Страница 42 из 102
- Участница отбора, - произносит Венера тоном, эмоцию которого я не могу распознать, - рада знакомству, Лариэль.
- Я тоже, - глухо отзываюсь я.
- Какой прекрасный вечер! – она так резко переводит тему, что я впадаю в ступор. – Еще совсем недавно, лет двести назад, этот лес был опасен, кишел злобными тварями и монстрами. А теперь, взгляните на него – произведение искусства в чистой форме. И знаете, чему всё причиной? – мы с Тором храним молчание, словно этот монолог и правда ввел нас в гипноз. – Время. Оно всему указывает свое место и предназначение. Все мы подчиняемся ему. Что бы ни было задумано судьбой, оно неизбежно, вне зависимости от того, какие планы у самого объекта изменений. Возможно, этот лес так и планировал остаться чащей, - она обводит глазами пространство, словно у леса и правда есть душа и уши, чтобы нас слышать, - но не в его силах было остановить то, что произошло. И в конечном счете, это оказалось благом.
Венера говорила красивыми метафорами, но я ничерта не поняла. Может быть моя злость и обида на Тора затмили разум на столько, что я просто не способна была соображать. Он тоже был не в лучшем расположении духа, и явно пропустил мимо сердца то, что пыталась донести Венера. Ведь ее слова можно было понять только сердцем, не разумом.
- Что же мне с вами делать? – беззлобно произносит она, склоняя голову набок. – Я не могу допустить, чтобы люди расходились после моего театра в таком настроении.
- Дело здесь совсем не в театре, - недовольно бурчу я. – Тут уже ничто не сможет помочь.
- Разве? – улыбается Венера, переводя взгляд с меня Тора. – Я вижу, что вы двое связны… Какая-то нить между вами, словно кто-то один из вас пожертвовал ради другого своей жизнью.
Пока я пребываю в шоке от силы ее магического взгляда, Тор произносит:
- Это сделала Лара. Она отдала мне свое чудо, положенное темным при рождении.
- Ясно, - Венера произносит это с такой печалью, что я окончательно убеждаюсь в том, что они любовники, - теперь мне все понятно. И что же, Тор? Это поменяло твое отношение к темной стороне? Помнится, ты не испытывал к этому народу ни единого светлого чувства в нашу последнюю встречу.
Ага, и шинковал людей как капусту.
Меня удивляет, что лицо Тора становится напряженным и хмурым, он явно тщательно взвешивает каждое слово, прежде чем произнести:
- Многое поменялось с нашей последней встречи, Венера.
- Ты разочаровался в Свете, не так ли?
Мне хочется фыркнуть, но Тор почему-то молчит, избегая смотреть мне в глаза. И когда молчание затягивается, все это становится вдвойне странно.
- Если хочешь, мы можем поговорить об этом позже, - тихо добавляет Венера, видимо имея в виду, что Тор не захочет откровенничать при мне, но он вдруг подает голос.
- Я не знаю, чему верить. – Его голос звучит глухо. – Всю свою жизнь я думал, что борюсь за правое дело. Я считал, что Тьма – это то, с чем мы должны бороться, то, от чего мы должны отказаться ради всеобщего блага. Я был воспитал на понятии того, что Свет безупречен и нерушим, но…
- Но потом Тьма спасла тебя от смерти, в то время как Свет пытался убить, не так ли?
Я пораженно застываю, вновь присматриваясь к ауре Венеры. При более детальном рассмотрении, я понимаю, что вкрапления в ее ауре не серебряные, как мне показалось из ложи, а золотистые. Но этого просто не может быть! Что она вообще такое?
- В самый первый миг я подумал, - глухо отзывается Тор, - что так угодно Свету, что возможно Лара сделала ошибку, вернув меня к жизни.
О, господи, а я-то все думала, когда ж проявится его безумие. Я почти уверовала в то, что Тор нормальный, но нет. После этих слов я окончательно убедилась в том, что и у него тоже не все дома. Как и любого среднестатистического воина Света.
В самую первую нашу встречу я заметила на его теле татуировки золотого цвета. А это говорило о том, что он принадлежит к воинам, давшим обет верности Айе. На территории Тьмы были точно такие же, только их жизнь принадлежала Гекате, а татуировки на теле были цвета черненого серебра.
Не знаю точно, как проходили обряды их посвящения, но наверняка знаю лишь одно: после такой инициации силы и магические способности воина возрастали в несколько раз. Вязь рисунков на их телах была эдакой прямой связью с источником, и им практически не требовалось времени на то, чтобы восстанавливать магический резерв. Бесконечная сила. Вот, что они получали в обмен на полное зомбирование. Да-да, этот обряд начисто лишал человека воли и здравого смысла. Он не мог оценивать факты по-другому, кроме как «будет ли это угодно моей богине». Всемогущие марионетки, вот кем они были. У Тора в глазах я не видела пустоты, свойственной войнам Света и Тьмы. И поэтому совершила ошибку, подумав, что «не все они такие». Но сейчас, слушая Тора, я с ужасом осознала, что он именно такой, а возможно даже и хуже остальных. Прозвище «инквизитор» не просто так ему дали.
Венера подходит к нему ближе и проводит пальцами по щеке. Тор не сопротивляется. То ли, потому что находится в каком-то полутрансе, то ли, потому что ему это нравится.
Поражаясь самой себе, я понимаю, что испытываю жгучую ревность, когда эта красивая женщина его касается. Несмотря на то, что я понимаю, что мы с ним никогда не сможем быть вместе, сердце все равно мучительно ноет, не желая понимать обстоятельств непреодолимой силы.
Он убивал людей, таких же как я. Много людей. И никогда не сможет остановиться, потому что Айа поселилась в самой его сущности. Я не думаю, что когда-нибудь смогу принять это. А пока я тёмная, то и вовсе есть риск, что он прикончит меня, как только я начну при нем применять магию. Именно всплеск волшебной силы противоположной энергии срабатывает для воинов богинь как триггер. Конечно, это не всегда грозит убийством, но проверять мне как-то не хочется.
- Ты сумеешь побороть это, - шепчет Тору Венера, и я едва не захожусь истерическим смехом.