Страница 40 из 102
Спросить, что именно он имеет в виду, я не успеваю, потому что мы попадаем в толпу роскошно одетых женщин и мужчин. Сканируя их ауру, я удивляюсь тому, что только половина из них вампиры. А все остальные: люди, маги светлые и темные.
То, что это развлечение для элиты, я понимаю сразу, как только вижу увесистые колье на шеях женщин и дорогие аксессуары из кожи рептилий у мужчин. Большинство из них в возрасте, мы с Тором тут самая молодая пара. Ну, не считая вампиров. Они-то вообще в тысячу могут выглядеть так же, как и в двадцать. Но даже здешние вампиры в большинстве своем, все с седыми волосами.
Это кажется мне чуть странным, но мое внимание тут же увлекают прекрасные фрески на стенах и красные ковры, ведущие зрителей к их местам.
Зал оказывает невероятно большим величественным: бордовые сиденья из бархата, занавес такого же цвета, сейчас опущенный, расписанный вручную потолок, сценами, взятыми из книги Теней. Все это выглядит не хуже дворца Света, честное слово. Вот только в алой гамме, что наводит меня на мысль о вкусовых предпочтениях владельцев театра.
- Здесь будем только мы? – удивляюсь я, понимая, что рядом еще человек десять можно посадить.
- Да, это моя ложа.
Тор это произносит очень просто, и я не решаюсь пускаться в расспросы. Чувствуя на себе чужой взгляд, я перевожу глаза на противоположный балкон. Смотрящей оказывается женщина невероятной красоты. Темная аура со стальными вкраплениями подсказывает мне, что она – вампир. Ее светлые волосы убраны в сложную прическу, венчает которую бриллиантовая диадема. Она одета в роскошное красное (ну, разумеется) платье с открытыми плечами и черные перчатки по локоть. Женщина сидит очень прямо, практически не двигаясь, только усугубляя сравнение с античной статуей. На вид ей лет сорок, но это «ухоженные сорок».
Поняв, что я поймала ее за этим «рассматриванием меня», она чуть склоняет голову в знак приветствия, и я отвечаю тем же. Спросить у Тора кто она, я не успеваю, особенно, учитывая то, что свет начинает гаснуть.
По первым же сценам оперы, я понимаю, что это произведение «Мир на грани», так любимый женщинами всех возрастов. Оно повествует о мужчине, убивающим свою жену из ревности. Она же, ставшая духом, преследует его, пытаясь доказать, что не виновата в преступлении, и в итоге сводит его с ума. Он запутывается между реальностью и потусторонним, и в конце сам совершает самоубийство. Хорошего, конечно, немного, но в конце, пара соединяется в загробном мире и прощает друг друга. Это моя любимая сцена, говорящая о том, что любой прегрешение может быть прощено.
Уникальность этой постановки состояла в том, что все телесные повреждения были реальными. Когда герой вонзил нож в Алису, исполняющую главную роль, я вздрогнула, но Тор взял меня за руку, призывая смотреть дальше.
Не представляю, чего ей это стоило, но Алиса продолжила петь свою арию с лезвием, находящимся у нее под ребрами. Из раны сочилась кровь, лужей расползающаяся вокруг нее, а она выдерживала каждую ноту чистой. Я не могла отвести глаз от ужаса и красоты этой сцены.
Да, вампиры технически бессмертны, но боль все равно чувствуют, а потому всё это было просто немыслимо.
В антракте я все еще находилась в трансе от увиденного, а Тор не мешал мне переварить все впечатления, общаясь с посетителями ложи. Люди, вампиры, маги. Все они почтительно склоняли перед ним головы, что тоже немало удивило меня.
- Ты здесь важная персона? – прошептала я, когда занавес вновь начал подниматься.
- Я защищаю территорию вампиров, - ответил Тор.
Это еще больше шокировало меня, с учетом его репутации, но опера вновь началась и говорить было невежливо.
Второй акт я уже наблюдала поспокойнее, но все равно роняла слезу на особенно тяжелых моментах. А в конце, когда Алиса и ее партнер проследовали в загробный закат, первая вскочила на ноги, отбивая себе ладоши. За мной последовали и все остальные, поднося актерам цветы и подарки.
- Пойдем? – прошептал Тор мне в ухо.
- Да, - согласилась я, понимая, что мне не мешало бы подышать свежим воздухом, после всего увиденного.
- Это просто потрясающе! – пропела я, выбегая на улицу.
- Тебе понравилось? – с улыбкой спрашивает куда более сдержанный Тор.
- Еще бы! Думаю, это самая грандиозная постановка, которую мне только удавалось видеть!
- Я рад, - мягко улыбается он, медленно шагая рядом, засунув руки в карманы брюк.
Мы еще немного идем вот так, в молчании, понимая, что приятная часть вечера закончилась, и сейчас нам придется возвращаться в свою неприглядную реальность.
- И все же, - я первая возвращаюсь к нашим насущным проблемам, - почему ты защищаешь территорию вампиров?
Мелкие камешки шуршат у нас под ногами, а вокруг всё наполнено стрекотом кузнечиков и пением ночных птиц. Желтые фонарики, свисающие с деревьев, освещают нам путь.
- Так исторически сложилось, - отзывается он, подумав. – Это длинная и неинтересная история.
- Ясно, - отзываюсь я, понимая, что больше он ничего не скажет.
- Лара, - Тор останавливается, резко разворачивая меня к себе, - тебя ведь не это интересует, правда? – он слегка склоняет голову на одно плечо. - Так не ходи вокруг да около, и задай вопрос прямо.
- Хорошо, - тихо произношу я, загипнотизированная его потемневшим взглядом. – Почему ты защищаешь вампиров, если ненавидишь тьму? Ты ведь тот самый инквизитор, да?
- Я ведь обещал тебе честно отвечать на все вопросы, - произносит Тор, отпуская меня и направляя нас к большому заброшенному зданию. – Так вот да, Лара. Я ненавижу тьму и у меня есть на это свои веские причины. Скажу больше, до недавнего времени, я вообще не считал убийство темного вопросом. Это был для меня, скорее ответ на мое предназначение. Поэтому, все, что ты слышала обо мне, как об инквизиторе, скорее всего - правда.
Приехали. Я-то надеялась, что наш разговор меня успокоит, но все только запуталось еще больше.