Страница 28 из 61
– Нет таких крепостей, которые не брала Красная армия, – ободрил я сам себя, хотя истинны ради, «не взятых» крепостей за последнее время накопилось изрядно.
Сюрприз хорош, когда он нежданный. Банально, но справедливо. Поэтому покраску забора решил провести ночью. Встанет моя зазноба поутру, а тут такая красота неописуемая. Синим по деревянному!
Однако, возиться в одиночку полночи – удовольствие сомнительное. Поэтому выловил на рынке двух цыганят и предложил им заработать честным трудом.
– Те авен бахтеле! – по цыгански это означает «здравствуйте», в дословном переводе: «Будь счастлив и удачлив!»
– Те авес и ту, – старший из братьев (лет четырнадцати на вид) насупился, но ответил, младший, промолчал, мгновенно оценил, что выклянчить или стащить у меня ничего не получится, поэтому потерял интерес.
– Сар бушес? (как звать?) – лучше меня не спрашивать, откуда нахватался цыганских слов. Мутная и старая это история, с нехорошими разборками, и не самая интересная, поэтому опустим плодородности для ясности.
– Меня – Пити, брата – Михо. Чего надо?
– Заработать хотите? Дело есть.
– Сколько дашь?
– По трешке каждому за два часа. Работа честная, не сложная.
– Мало будет.
– Базар большой. Других найду. Того же Гришку найму, – упоминание конкурента, точно такого же цыганёнка, но из другой семьи, пасущейся на рынке, подействовало.
– Деньги вперёд!
– Ром, ты дурак? Может тебе и ключи от конюшни, где кони стоят дать?
– Чего обзываешься. Говори, что делать будем.
– Забор покрасить надо. Ночью. Чтобы хозяева не заметили.
Управились за полтора часа, я пацанам ещё руль сверху дал в качестве премии. На следующий день в обед прошёл мимо забора, проверил – отлично покрасили, практически без огрехов. Хоть, сейчас сватов засылай. После такого подарка ни одна красавица не устоит.
Идею с производством попкорна удалось впарить уважаемому Тофигу с первой попытки. Получить с килограмма кукурузы пятьдесят рублей чистой выручки – о такой прибыли даже наркобароны мечтать не смеют.
Пробную партию сделал прямо в сковородке, полил сиропом из малинового варенья и дал попробовать окружающим. Успех превзошёл все ожидания, Тофиг тут же дал добро на промышленное производство. Схему установки я нарисовал заранее, поскольку ничего сложного в ней не было, то слепили её за пару часов прямо здесь на рынке. При помощи сварочного аппарата и очумелых рук слегка нетрезвого сварщика.
Договорились на моей доле в тридцать процентов от прибыли, но судя по тому что уважаемый Тофик даже не торговался, а при его патологической жадности это смотрелось очень странно, решение о том, что лоха можно и нужно кинуть, было принято сразу и без раздумий.
Продавать решили по пятьдесят копеек за порцию, фасовать в бумажные кульки из серой оберточной бумаги. Здесь в таких семечки отпускают, так что никого это не удивило. Двойная выгода – и дёшево, и емкость такого кулёчка небольшая. Лишь с промышленным изготовлением сиропа возникла проблема, но это лишь вопрос времени и поиска подходящей рецептуры. Пока решили пользоваться разведённым и выпаренным домашним вареньем, купленным у бабок здесь же на рынке.
Облачившись в свой лучший наряд (весьма скромный с любой точки зрения, даже по меркам провинции), зажав в руке три гвоздички (добытые с невероятным трудом), я отправился знакомиться с будущей своей девушкой. Если быть точным, то мы уже знакомы – по крайней мере, я с ней – точно. По агентурным сведениям, добытым через Марата, все так же скептически настроенного, девице Наталье двадцать два года. Мне, кстати, ровно столько же, согласно новому паспорту. Не замужем, работает лаборанткой, учится здесь же в Воскресенске в химическом техникуме заочно. Из отягощающих обстоятельств – есть кавалер, судя по отзывам – гопота местная, мелкий рэкетир или что-то подобное. Появляется редко, но зато приезжает на автомобиле «Нива». По нынешним временам – крутой пацан, первый парень на деревне. Личное авто – здесь чрезвычайная редкость. Собственно, покупкой смертоносных книг я озаботился именно на случай встречи с неудачником-конкурентом. Почему – неудачником? Дык, очевидно же. Потому что со мной пересекся на своём пути.
Зачем мне понадобился столь экзотический вид оружия, как шахматные этюды в твёрдом переплете? По сути Марат прав, нунчаки в разы удобнее и эффективнее в драке, сделать их недолго, а попадать в милицию я не собираюсь в любом случае, поэтому проблемы с адвокатом явно надуманы. Дело в том, что нужно как-то позиционировать себя в среде уголовников и бандитов, раз уж я решил их нагреть по крупному. И порывшись в памяти я нашёл такую кандидатуру, точнее – подходящий образ. Встречался мне в жизни один такой странный тип по кличке «Книжник», он в двухтысячном году сбежал куда-то в Австралию, прихватив с собой то ли половину общака, то ли просто нагрел почти всех бандюков в городе на крупные суммы, взятые под «выгодный проект». Известность в криминальных кругах получил после того, как в кабаке покалечил трёх быков при помощи обычной книги. Как не трудно догадаться – книга была в твёрдом переплёте. Пусть даже братки были в попу пьяные, но сломанный нос, два треснувших ребра и рука в гипсе – все это произвело впечатление на публику, после чего фраер сразу поднялся в авторитете.
На самом деле, почти нет разницы, что именно использовать в драке. Хороший профессиональный боец обычно знает, как можно быстро и удобно покалечить оппонента при помощи любого предмета, попавшего под руку. Будь то пластиковая кредитка, которая режет не хуже лезвия, или массивная связка ключей от квартиры вместо кистеня. Желательно заранее потренироваться, но и это не обязательно.
Калитку открыла женщина лет шестидесяти, судя по возрасту – бабушка вожделенной красавицы.
– Ты чей такой будешь? – вкрадчиво поинтересовалась она, хитро щурясь и въедливо осматривая посетителя.
– Сосед ваш новый. Наталью можно позвать?
– Сосед? У Пантелея угол снимаешь? С Мараткой-татарчонком? – проявила недюжинную осведомленность бабуля, подтвердив теорию, что здесь «на районе» все друг друга знают и укрыться невозможно. – Наташка тебе зачем? Ухажёр новый чтоль?
– В некотором роде. Знакомец я евонтовый, – на всякий случай перешёл я на древнеславянский, учитывая бабушкин возраст.
– Марат твой, голь подзаборная, да и ты не далека от него ушёл. Тоже мне, кавалер, штаны с карманами надел и уже в женихи метит. Ступай с богом, пока собаку не спустила или с ведра не окатила.
– Так нет у вас собаки, бабуля. Это я точно знаю. Пока забор красили – ни разу не гавкнула.
Бабуля призадумалась.
– Э, во оно как? Значится, ты ночью озоровал. Наш забор краской портил?
– Имейте совесть, бабуленька-красотулечка. Красота получилась неописуемая. Цвет: синий бриллиант, сама краска финская, импортная, влагоустойчивая. По блату купленная. – Тут я немного приврал в рекламных целях, судя по этикетке это была продукция Рязанской лакокрасочной фабрики, но не суть.
– Ну, ежели импортная, да ещё и брульянтовая… за воротами жди, сейчас позову. Ходят тут всякие, потом дрова пропадают.
Через минуту появилась сама Натали. Без уродливой ватной куртки и не менее страшных резиновых сапог выглядела она восхитительно.
– Эээ…, – недоуменно рассматривая меня, попыталась вспомнить красавица имя гостя.
– Степан я. Третьего дня Мы с Маратом тебе ведра до дома хотели помочь донести. Цветы – это тоже тебе в подарок.
– Ага. Тимуровец, который бабушкам помогает? Поэтому ты наш забор краской изрисовал? – гвоздики все же взяла, хитро стрельнув глазками. – За цветочки спасибо.
– Ты же сама говорила, что хочешь забор покрасить. Желание исполнено.
– Степа, не морочь голову, ты всем соседям желания исполняешь или выборочно?
– Нет, конечно. Только самым красивым девушкам в городе.
– Угу. Тетя Клава, которой ты ведра нёс – красивше всех на этой улице, – улыбнулась Наталья, мгновенно став восхитительно неотразимой. – От меня-то чего надо, кроме спасибо?