Страница 9 из 10
– Я видела Избранного лет трехсот, – с легкой иронией сказала маг. – Потратившего много сил. Усталого. Он сутулился. И его рост… Я думаю, он будет на два дюйма ниже Дана. Волосы короткие, с сединой. Кажется…рыжеватые. И темные глаза. Конечно, никаких шрамов. А что? Маска, которую он примерил? Вы знаете, кем прикрывался враг?
– Да, – коротко признался Дан. – Описание слишком похоже на моего друга Феликса Булгакова, сына бывшего Главы Стражи. Это мне не нравится – он тоже может быть в опасности.
– Скорее всего, – согласилась с ним Рона сочувственно. – Известно, что у Высших каждый дар индивидуален. Не может такого быть, чтобы этот Избранный мог менять личину, как ты.
– И это не просто маскировочные чары, – заметила Ида. – При такой растрате сил простые заклинания давно бы растаяли.
– Магия крови, – задумчиво произнес Кир. – Только так. Древняя и сильная.
– Запрещенная, между прочим, – Михаил хмурился все больше. – Она требует множества смертей. Или, по крайней мере, ранений. Дан, с утра осторожно навести своего друга с небольшим отрядом. Я почти уверен, что Феликс в беде.
Нарышкин лишь коротко кивнул, стараясь пока подавить беспокойство. Они с Феликсом вместе прошли войну, дружили почти с самого детства. Сейчас даже думать было страшно, что друг в опасности. А еще надо решить столько других проблем…
– Магия крови требует жертв. – Марси явно удивилась: – Но он… никого из нас не убил. А ведь мог! Просто те трое с автоматами. Расстрел, и все.
– Кстати, это на самом деле странно, – согласилась с ней Ева. – Когда я пришла на поляну, толпа лишь удерживала вас дальше от отца, чтобы вы не закрыли портал. Военные стреляли поверх голов. И потом… когда Рона его атаковала, и он даже был ранен… он практически не причинил ей вреда.
– Согласен. – Дан чуть улыбнулся. – И это значит, что у Феликса есть шанс. Он еще жив.
– Конечно, – благожелательно заметил ему Кир. – Если бы Феликса убили, его личина развеялась бы. И да, все это странно. Он не собирался никого убивать, просто кинул какой-то странный вызов. При его-то даре…
– Ты о чем? – нахмурился Михаил.
– Враг явно Высший, – пояснил старший Куракин. – Только Высшие могут использовать магию крови. А его дар… Я слабо верю, что Скиф не опутал свою оружейную целым ворохом защитных заклинаний.
– И не только ее! – старый вампир, почти задремавший под их разговор из-за действия зелий Ли, тут же оживился. – У меня весь дом был защищен. И ловушки…
– Да и у нас, знаете ли, имение не проходной двор, – язвительно напомнила Ида. – А он спокойно выстроил портал сюда и просто вошел!
– Значит, это точно его исключительный дар, – пожала плечами Ли, устало вздохнула и устроилась рядом с Марси, наконец-то закончив медицинские хлопоты. – Он способен пробивать любую защиту, что вообще-то, я считаю, крайне опасно.
– И глупо, – подхватила Ева. – Высший Избранный трехсот с небольшим лет, с таким даром. Неужели его трудно будет найти?
– Опознать точно не трудно, – согласился с ней Глава Стражи. – Но я уверен: он этого и ждет. Он на самом деле бросил вызов! Только еще бы понять, в чем и кому конкретно? Нам всем или только Магнусу?
– Отцу, – уверенно заявила Рона. – Я просто пока еще не сказала вам. Дома у папы он оставил это.
Девушка достала из сумочки небольшой предмет, который торжественно выложила на стол.
– Перчатка? – У Марси было почти смешное выражение детского изумления на лице. – Серьезно? Как… в прошлые века? Вызов на дуэль? Он нормальный вообще?
Магнус, морщась от боли, наклонился вперед и взял предмет в руки. Лицо его приняло какое-то странное задумчивое, но в то же время торжественное выражение.
– Вот как… – произнес он. – Думал, не доживу.
– Только без театральных сцен! – тут же предупредил его Кир. – Если знаешь, что все это значит, просто объясни. Я, вообще, устал как-то…
– А что тут объяснять? – чуть пожал плечами вампир, отбрасывая перчатку обратно на стол. – Это реально вызов. Мне. На поединок.
– С чего бы? – Михаил тоже жаждал более внятного ответа.
– Не с чего, а ради чего, – наставительно поправил его Скиф. – Ради места в Кругу Хранителей.
Где-то с полминуты все переваривали услышанное. Наконец, Ида не выдержала.
– Магнус Скиф! – почти с угрозой начала она. – Ты уверяешь нас, что какой-то мальчишка – а по твоим меркам он именно им и является – бросает тебе вызов, чтобы победить и получить твое место Хранителя? С чего? И… это вообще возможно?
– Теоретически да, – заверил ее вампир. – Когда мы создавали Круг, все понимали, что даже с эликсирами молодости и магией камня, дающего долголетие, мы не сможем выполнять наш долг вечно. Старость и смерть не обманешь.
– Это очевидно, – согласился Михаил. – Но тогда в Круг должен встать тот, кто достоин. Сильнейший в новом поколении.
– Так уже было, – Магнус кивнул, устало, даже грустно. – Вместо моего друга, бывшего Хранителя Юга, пришел его ученик. Тогда случилась похожая история. Мальчик учился у старика. Скажу сразу, характер у лекаря был мерзкий. Хуже, чем у меня.
Он постарался улыбнуться. Друзья и близкие ответили тем же, стараясь поддержать Скифа.
– Мальчишка прикинулся немым, – продолжал вампир. – Таково было условие старика. Он брал в обучение лишь тех, кто не мог разболтать секреты его зелий. Ну… а дальше ученик превзошел учителя. И однажды тайное стало явным. Старик сам вызвал мальчишку на поединок.
– Эту сказку знают даже смертные, – заметила Ева. – Ученик и старик должны были обменяться смертоносными зельями. Кто найдет противоядие и выживет, тот победил. Старик не выжил. И что? Мальчика приняли в Круг? Безоговорочно?
– В тот раз да, – продолжал Магнус. – Но были и другие попытки. Старик все равно был уже не настолько силен, чтобы удерживать Равновесие. И парень честно доказал свое право. А еще один выскочка решил сместить Хранительницу Севера… Тогда все было так же. Он решил, что нет Закона и договора Равновесия, разве что он не стал впутывать в дело смертных. Он тоже вызвал ее на поединок, но проиграл.
Он еще раз вздохнул.
– Даже если бы он выиграл, – продолжил Скиф, – то не получил бы желаемого. Выскочек много, и среди них реально мог быть сильнейший. Но он должен еще и предложить нечто особенное, чтобы Круг признал его. Мы смешали свою кровь, когда создавали Орден Хранителей. Также мы заново породнились, когда приняли ученика лекаря. Что будет сейчас? Хранители – моя семья. Они могут и не отказаться от меня даже в случае поражения. Но это уже другой вопрос. Пока же скажу: да, он имеет право на поединок.
– Ты сказал, новый претендент должен быть и сильнейшим, и достойным, – заметила Ева. – Он должен предложить нечто, что даст ему право на место в Кругу. Но это явно не кровь и не смерть смертных: они тоже часть Равновесия. Если этот Избранный действует так нагло и открыто, у него должен быть козырь. Сильнейший аргумент, способный гарантировать ему место в Кругу. Я его пока не вижу.
– Потому я и сказал, – довольно подтвердил Магнус, – что вопрос о его принятии, даже в случае моего проигрыша, не будет так быстро и однозначно решен. Он должен будет предоставить нечто очень весомое.
– Но явно же не палку или меч! – напомнил Кир. – И это как-то… слишком. Если вызов тебе, при чем тут второе ограбление? А ведь он точно рассчитал все так, чтобы забрать оба предмета.
– Также непонятно, – добавил Дан, – почему он воспользовался личиной Феликса. Зачем его-то сюда втягивать!
– Могу лишь предположить, – пожала Ева плечами, – что пока мы догадались далеко не обо всем. Если ему было нужно кинуть вызов и продемонстрировать свои возможности, при чем тут все мы? И еще… меня очень беспокоит использование древней магии крови. Это и есть его козырь?
– Кто возьмет в Круг сторонника жертвоприношений? – разумно возразил ей Михаил. – Круг создавали, чтобы это прекратить.
– Тогда использование этой магии, – заметила Ида, – вызов уже всему Кругу. Что вообще лишено смысла. И снова тот же вопрос: при чем тут палка и меч?