Страница 45 из 48
Выстрел!
В районе головы элитника разорвалось. Стая чуть приостановила бег. Облачко взвеси ушло в сторону, а элитник только тряхнул чушкой из стороны в стороны, громко рыкнул и с ещё большей прытью кинулся в сторону обидчика.
— Вот это я проверил. Порш, гони! Они не пробиваемые.
— Эх, хороша тачка! — водитель с нескрываемым удовольствием втопил педаль газа в пол.
— Я кое-что придумал, — крикнул Кат, — Фикс не зря меня с вами отправил. Они вообще не поворотливые, как танки прут. Поршень, отрывайся как можно дальше, разворачивайся и иди на них, перед самым носом уйдешь в сторону и заходи к ним с тыла, ну а там и меня подберете.
— В смысле подберете? Ты к ним спрыгнешь?
— Делай! Рат, смотри, меня не задень, бей по ногам и торсу.
— Заметано.
— Ну держитесь, мужики, — Поршень резко крутанул руль и дёрнул ручник, кидая в занос и разворачивая многотонную машину в полицейском развороте.
Дико взревел двигатель и броневик пулей кинулся обратно, Кат откинул люк и выскочил наружу. Клин четко летел навстречу броневику. Клокстопер выхватил из-за спины обе катаны и приготовился. Где у кабанов могут быть уязвимые места? Времени на раздумья почти не было. Вернее, можно было бы остановить мгновенье, посидеть и хорошенько поразмыслить, но тратить на это драгоценный дар не хотелось. Морда представляла собой неподвижную костяную маску, его катаны для кабана как зубочистки, только поцарапать могут, да и только. Проверенные не раз глаза монстров хоть и защищены прочной плёнкой, но всё же являлись довольно слабыми точками. Совсем уж непробиваемыми они были у элитников, именно в одной из схваток с монстром и был потерян любимый шотель — обломок остался в глазнице. Но катаны не годились для колющих ударов от слова совсем. Или это будет одиночный удар. Управляются таким оружием обычно двумя руками, лишь опытные воины могли в совершенстве овладеть искусством ведения боя одновременно с двумя катанами. И он учился, уничтожая время, силы и противников. Но сейчас это ему не понадобится.
Ладони крепче схватили рукоятки оружия, Кат привстал на ноги, как будто под ним был не мощный броневик, а доска для сёрфинга, навстречу ему неслась настоящая буря. Водитель посигналил, что стало начальной точкой схватки. Крыша резко ушла влево, Кат оттолкнулся и полетел навстречу волне монстров. Морда секача приближалась стремительно и он активировал дар. Оба лезвия с хлюпом и звоном аккуратно вошли каждая в свою глазницу. На половине длины лезвия ожидаемо лопнули и в руках Ката остались жалкие подобия клинков. А чем это не оружие?
Ноги коснулись лба, прошли по дрожащей холке. Дикий рёв секача не заставил себя ждать, казалось, что по громкости он не уступал сигналу поезда. Первый кинжал с треском вонзился в шейный отдел позвоночника, второй в поясничный. В это же время во фланге показался броневик с наставленным дулом на стадо тварей. Кат как можно сильнее оттолкнулся ногами от поясницы кабана и взметнулся вверх над визжащей кучей тел, делая головокружительное сальто. Он летел и наслаждался этой картиной как в замедленой съёмке: снаряды медленно встречались с телами, вырывая из серых боков фонтаны тёмной крови и мяса, обнажая куски рёбер, проходили насквозь, выплёскивая с обратных сторон ошмётки и фрагменты внутренних органов, отшвыривали тварей друг на друга и снова выбирали новых жертв. У него определённо было лучшее зрительное место в этом воздушном кинотеатре! Бронеавтомобиль огибал стаю сзади по равномерному кругу, видимо, водитель и стрелок очень хорошо работали в тандеме. На такую удачу даже он не мог рассчитывать. Кат приземлился на землю, кубырнулся, снова оттолкнулся и в прыжке ухватился за перекладину лесенки на корме бронеавтомобиля, ноги чиркнули по земле. Интенсивная стрельба очень быстро затихла. Оставалось только спасаться бегством. Кат оглянулся и осмотрел результаты дерзкого налёта — вожак и половина стаи валялись в копошащейся горе тел. Между тем не менее пяти тварей, свирепо рыча, всё же увязались за машиной. Только бы наши не подвели.
Тач и четверо стронгов внимательно всматривались в дымку. Сенс держал руку на готове, чтобы в удобный момент дать отмашку. Послышался рёв двигателя. Бойцы напряглись и наставили вниз стволы. На радаре сенса появились первые три пятна — все взвинчены до предела, но кое-кто из них просто пылал от переполнявшего счастья. Ну конечно же, это был Кат — адреналиновый маньяк! Мотор проехал под ними рядом с опорой и ушёл немного дальше. А теперь пора. Рука резко упала вниз: один из бойцов нажал на кнопку дистанционного взрывателя, а остальные принялись щедро поливать обусловленное пространство ливнем из пуль. Грохнуло так, что взрывная волна, комья земли и частички органики долетели до всех.
— Готовы! — криком возвестил сенс об успешной операции.
— Фикс! — Горыныч рукавом утирал лицо от попавшей на него серой массы. — Ты справился, поздравляю. Всё прошло, как по нотам!
— Это ещё не… — интуит не успел договорить, как со стороны леса просвистело.
Парень дернулся, покачнулся, сделал нелепый взмах рукой, стараясь ухватиться за опору, откинулся назад и ухнул вниз. Тело шмякнулось где-то в белой дымке.
— Трындец, мля! Кисляк, мужики! Кисляк! — проорал один из стронгов.
Часть 3. Отмычка.
К команде прихрамывая подошёл Рамм.
— Живой! Что там случилось? — командира встретил Рат.
— Внешники дохлые случились.
— А с ногой что?
— Да фигня, по тяге чиркнули немного. Я смотрю, здесь вообще кабздец.
— Все целы. Шальная пуля Фиксу прилетела по ноге, только что грохнулся, обе ноги в хлам, внутреннее кровотечение, не жилец, в общем. И перезагрузка начинается.
— Вижу, что не дискач. Тачка на ходу? Где соседний кластер?
— Соседние тоже на загрузку уходят. Сраная гряда кластеров. Западня.
— Дела, — протянул стронг и подошёл к куче людей, склонившихся над новичком.
Фикс то открывал глаза, то снова впадал в беспамятство. Ноги со множественными открытыми переломами были туго перетянуты жгутами. Рамм вытащил шприц со спеком и потряс плечо Горыныча:
— На, вколи, пусть прибалдеет напоследок. Я со своими отойду подальше — стронги не могут уходить из жизни добровольно рядом с внешником.
— Да, спасибо, конечно, — знахарь принял шприц и сделал укол.
Фикс приоткрыл глаза:
— Загрузка… Вот что не успел рассмотреть. Простите.
— Это стихия Улья. Ты бы всё равно не смог ничего изменить.
— Нет, — тихо возразил интуит.
— Что нет?
— Ты и Рамм можете. Я чувствую выход. Но не знаю как, — Фикс поморщился и прикрыл глаза.
Горыныч нахмурился и застыл. Если интуит не знает точного выхода, но догадывается, что решение есть, получается, что он просто не знаком с инструментами. В силу своего малого житейского опыта в Улье не может представить, как выйти из этого положения.
Что умеет Рамм? Откатывать время. Что умею я? Исцелять. Не вяжется. А если… Лицо знахаря засветилось:
— Рамм! Рамм! Сюда! Быстрее!
— Что ещё? — стронг нехотя подошёл к команде.
— Нам надо перекрестить Фикса, я постараюсь дать ему искусственное умение. Дар Улья! Я умею. Долго объяснять, но если иммунного перекрестить, появляется второй слой или пространство, ну и некая связь с крестным, конечно. Оно в первые дни очень гибкое и можно на него записывать новые умения.
— Всегда знал, что знахари не из мира сего. Но он полудохлый.
— Ты можешь его откатить!
— Я откатываю только своих крестников, забыл? — Рамм хмыкнул.
— Ну так, — замялся знахарь, — покрести его.
— Башню окончательно снесло? — вскипел стронг.
— Но ведь формально он умрёт в Стиксе внешником, а воскреснет обычным иммунным.
Все замолчали. В разговор встрял Рат:
— Командир, давай попробуем. Что мы теряем? Не получится, я сам его шлёпну.
— Братья… — начал Рамм. — Для меня было честью ходить с вами по Стиксу и делить споран. Даёте ли вы согласие на крещение этого человека ради спасения?