Страница 67 из 80
Но эту мысль тут же вытеснила более насущная забота.
- Почему он на дежурстве один? Остальным ведь должно быть ясно, что он не может принимать решения. - Склонившись над Джулианом Грэйвзом, он взял его голову в свои руки и повернул лицом к себе, чтобы смотреть в глаза советнику. - Советник Грэйвз, выслушайте меня. У меня к вам очень важный вопрос. Где все остальные?
- Остальные? - пробормотал Грэйвз. Глаза его замигали, губы задрожали. Он кивнул, что понял. Ребка не сомневался, что так и будет. Однако казалось, что он не может выдавить из себя ответ.
- Остальные, - повторил Ребка. - Кто еще на борту "Эребуса"?
Грэйвз начал подергиваться, так что жилы напряглись на тонкой шее. Невероятным усилием он собрался, крепко сжал зубы, затем со стоном выдавил:
- Единственный, кто сейчас... на борту "Эребуса"... это Жжмерлия.
Ребка напрягся, получив этот тревожащий ответ, отпустил руку Грэйвза и разочарованно буркнул. Грэйвз, не подозревая о том, своими словами убедил Ребку в собственном безумии. Жжмерлия мертв. Ребка был свидетелем его гибели. Из всех, прибывших в Свертку, только Жжмерлия категорически не мог находиться сейчас на борту "Эребуса".
- Это решает все. - Ребка придвинулся и встал рядом с Грэйвзом. Бедняга. Давайте унесем его, уложим отдохнуть и напоим успокоительным. Ему нужна медицинская помощь, но обеспечить ее могут лишь те люди, которые встроили мнемонического близнеца. Они там, на Миранде, в тысяче световых лет отсюда. Я не знаю, как его лечить. Что же касается остальных, здесь, на борту... когда я их найду, то спущу с них семь шкур. Они никоим образом не должны были оставлять его в рубке одного... даже если он считается руководителем.
Ребка подвинулся еще ближе к Грэйвзу и сделал знак Ненде, чтобы тот взял его под другую руку. Когда они его подняли, советник недоуменно перевел взгляд с одного на другого. Сопротивления он не оказывал, но идти без них не мог. У него хватало физической силы, но, казалось, его ноги не знали, в каком направлении двигаться. Ребка и Ненда повели его к двери. Атвар Ххсиал осталась в рубке. Правило номер один выживания в пространстве гласит: "Никогда не оставлять капитанский мостик пустым".
Они отвели Грэйвза в корабельный лазарет, где Ребка дал ему легкое успокоительное и укутал защитной тканью. Он, казалось, уже впал в полуобморочное состояние.
- Вряд ли это ему поможет, но по крайней мере здесь он не сможет причинить себе вреда, - произнес Ребка, пристегивая советника к койке какой-то хитрой сбруей. - И если он разберется в этих узлах, значит, его котелок заработал гораздо лучше.
Мужчины направились обратно в рубку. Они подошли к последнему участку коридора, когда с противоположной стороны услышали цокающие шаги Каллик.
- Вы развернули "Поблажку"? - спросил Ребка, не поглядев на хайменоптку. Вместо ответа на человеческом языке Каллик разразилась высокочастотным свистом и щелкающей скороговоркой на хайменоптском. Луис Ненда сразу подскочил к ней. Он схватил маленькую хайменоптку и затряс.
- Что ты делаешь? - Ребка попятился. С хайменоптами так не поступают! Никому, кроме Луиса Ненды, такое не сошло бы с рук. Короткий черный мех Каллик, так хвалимый неразумными охотниками, встал дыбом, а из нижнего конца округлого брюшка высунулся кончик ядовитого желтого жала.
Ненда и ухом не повел.
- Это необходимо для ее же блага. Видишь, она в шоке. Надо было вывести ее из него. - Он крепко стиснул гладкую круглую головку хайменоптки и разразился бурей щелкающих звуков. - Приказываю ей говорить по-человечески... это должно помочь. Стонать на чужом языке она не сумеет. Ну, давай, Каллик, говори, в чем дело?
- Я развернула к-корабль. - Каллик заговорила, но медленно и неуверенно, как будто человеческая речь была ей внове.
- Ладно. Что было потом?
- Я вышла из дока и пошла по коридору. А потом... потом...
- Ну, продолжай!
- Потом... - Жало спряталось в брюшко, но маленькое тельце в руках Ненды продолжало дрожать. - Потом я увидела Жжмерлию. Он с-стоял прямо передо мной. В коридоре, ведущем к рубке.
- Каллик, ты же знаешь, что этого не может быть. Жжмерлия умер на наших глазах. - Но взгляд Луиса Ненды говорил обратное. Они с Ребкой переглянулись. Невозможно?
Кто знает. Из двух независимых источников они услышали одно и то же.
- Это был Жжмерлия. Несомненно. Его голос, его внешность. - Каллик успокаивалась. Ею, как существом в высшей степени рассудительным, любое нарушение логики воспринималось очень болезненно. Но рассказ на человеческом языке восстанавливал ее природную способность рассуждать. Он стоял в двадцати метрах от меня. Он меня окликнул, а затем сказал, чтобы я шла немедленно в рубку, так как Джулиан Грэйвз нуждается в помощи. - Каллик замолчала и уставилась на Ребку. - Это ведь правда, не так ли? А потом я во все глаза глядела на него...
Она замолчала. Каждый глазок ее остекленел и словно расфокусировался. Ненда бросил ее на пол.
- Нечего снова впадать в столбняк. Давай же, Каллик, выкладывай все на чистоту и немедленно, а не то я из тебя кишки выпущу.
Каллик покачала головой.
- Я все скажу, хозяин Ненда, как вы велите. Пока я стояла и смотрела на него, он взял и исчез. Он не двигался: у меня ведь реакция лучше, и я увидела бы его малейшее движение. Я не теряла сознания, даже на мгновение, хотя это было первым, что пришло мне в голову, потому что я в прыжке уже преодолела половину расстояния. Я прыгнула ему навстречу как раз, когда он исчез. Это не фокус или какой-то оптический эффект, ведь менее чем через секунду после его исчезновения я стояла на том же месте и почувствовала разницу в температуре пола. - Каллик осела, широко раскинув ножки. - Это действительно был он. Мой друг Жжмерлия.
Ребка и Ненда уставились друг на друга.
- Знаешь, она ведь не врет, - пробормотал Ненда, по-видимому, убеждая скорее себя, нежели Ханса Ребку.
- Знаю. Я этого и боялся. Лучше бы она врала. - Ребка заставил себя не думать об открывающейся бездне невозможного и вернуться к тем вещам, с которыми мог справиться. - Именно это он и сказал, - он ткнул большим пальцем назад, показывая на лазарет, где лежал Джулиан Грэйвз. - По его словам, только Жжмерлия оставался с ним на "Эребусе".