Страница 23 из 77
* 20 *
Оказалось, что с утра ничего не случилось, ее отсутствие не повлекло за собой никаких проблем, а с текущими делами она в любом случае успевала разобраться до вечера. Так, в принципе, и получилось. Разобралась, тихо-мирно закончила работу и отправилась в косметический салон - на регулярные процедуры. Опять же, внимание к себе должно было избавить от последних остатков депрессии.
Во вторник Элоиза уже по привычке хотела тихонечко отсидеться в кабинете, но не вышло. Сначала с утра возникло незапланированное совещание у искусствоведов, опять по поводу новых покупок. Потом юристам понадобилась ее консультация. А потом кардинал пригласил доложить о результатах ее собственной работы.
Что ж, собрала папки и пошла. Голова соображала неплохо, разные разности не тревожили, отчего бы не поговорить с адекватным начальством об интересной работе?
Поговорили, выпили кофе, по ходу посмеялись с отцом Варфоломеем над парочкой студентов-неслухов, которые учились описывать картины, но пока несли редкостную чушь. Потом еще посмотрели выводок новорожденных щенков, которых в корзинке принесли с псарни сотрудники показать кардиналу. Тот чрезвычайно обрадовался, вынул из корзинки каждого, осмотрел и поименовал.
В разгар благостной беседы о щенках и картинах к кардиналу снова явился Винченцо Анджерри.
- Дядюшка, мне очень нужно с вами поговорить. Это очень важно и очень секретно. А, здравствуйте, - кивнул он остальным и хотел что-то сказать Элоизе, но она опередила его.
- Добрый день, господин Анджерри. Ваше высокопреосвященство, отец Варфоломей, я, с вашего позволения, откланиваюсь. Если что - буду у себя.
Кивнула всем и выплыла из кабинета. И даже каблуки не высекали искры из мраморного пола.
Водворившись к себе в кабинет и плотно закрыв дверь, Элоиза крепко выругалась. Шепотом, чтобы не смущать брата Франциска. Ругаться она умела на всех известных ей языках, и даже немного на некоторых неизвестных - кузина Линни научила, но уже давно не позволяла себе ничего подобного в обществе, а обществом почитались все, кроме некоторых особо близких родственников. Остальному населенному миру знать об этом умении Элоизы де Шатийон не полагалось. Впрочем, она осталась довольна собой - потому, что смогла не только сохранить лицо при встрече с крайне неприятным ей человеком, но и не впасть в расстройство от общего несовершенства мира.
Как там, по словам Линни, прогоняют призраков? Крепким словом и холодным железом? Ну, сегодня холодного железа не понадобилось, обошлись крепким словом. И отлично.