Страница 16 из 103
Когда подошел поезд, на котором Гарри должен был возвращаться к Дурслям, Хагрид втащил в купе все его вещи и на прощанье протянул конверт.
— Это твой билет на поезд до Хогвартса, — пояснил он. — Первое сентября, вокзал «Кингс Кросс» — там все написано, в билете этом. Если с Дурслями… э-э… какие проблемы, ты мне… ну… письмо пошли с совой, она знает, где меня найти… Ну, скоро свидимся, Гарри. И… Спасибо за дракона!
Поезд тронулся. Гарри пытался получше рассмотреть Хагрида, пока тот не исчез из виду, — он встал с сиденья и прижался носом к окну. Но стоило ему моргнуть, и Хагрид растворился в воздухе.
====== Огонь, вода и как работают другие ======
Гарри не очень представлял, как ему удастся добраться от станции до дома Дурслей со всей этой грудой пакетов и еще совой в придачу. Однако все оказалось не так страшно. Во-первых, выпущенная по ее собственной просьбе из клетки Хедвиг (так Гарри решил назвать сову, вычитав это имя за время недлинной поездки в одной из купленных книжек по истории магии) ухватила когтями сразу три свертка (и свою собственную сложенную до размера кофейной чашки клетку впридачу) и помогла ему вытащить их из вагона, вызвав, правда, недоуменные взгляды выходившей вместе с ним пожилой парочки. Разумеется, вылетающая из вагона поезда полярная сова станет новой пищей для сплетен местных кумушек, но сейчас Гарри было не до того.
Во-вторых, на пристанционном пятачке обнаружилось такси с веселым плешивым старичком-водителем. Он с готовностью помог Гарри загрузить пакеты и свертки, лишь почесал лысину, размышляя, куда девать белоснежную сову.
— Подождите, пожалуйста, сэр, — обратился к нему Гарри, — может быть, сейчас мы решим эту проблему. Лети к хозяину, — обратился он к Хедвиг, — к хозяину лети, ну?
Сова посмотрела на него, как на идиота, тяжело взмахнула крыльями и перелетела к нему на плечо. Гарри слегка перекосило: птица была крупная.
— Значит, она все-таки моя, — задумчиво сказал Гарри, — но все равно…
— Ну, надеюсь, ты не будешь бросать в нее камнем? — улыбнулся старичок и вздохнул, с тоской глядя на обивку заднего сиденья.
Гарри забрался в машину, устроив Хедвиг на коленях. Машина развернулась и направилась в сторону Тисовой.
Дом Дурслей явно был пуст, да и дядиной машины у него не наблюдалось. Водитель вышел первым, ловко открыл каким-то хитрым устройством входную дверь и помог Гарри перетащить вещи в его спальню на втором этаже. Хедвиг заняла вновь разложенную до прежнего размера клетку и, похоже, заснула.
Водитель сходил к машине и протянул Гарри пластиковый пакет. Гарри сбросил свою старую одежду на кровать и быстро надел брезентовые брюки и робу, которые были в пакете. Еще в пакете были каска и респиратор, и мальчик вопросительно посмотрел на старичка. Тот предупреждающе поднял руку с часами, показал три пальца и вышел, держа в руках невесть откуда взявшиеся пару фунтов. Такси отъехало.
Минуты через две в воздухе потянуло гарью, а за окном взметнулся в небо столб дыма от вспыхнувшей неподалеку помойки. Еще через минуту с воем и скрипом тормозов рядом с домом остановилась пожарная машина, и оттуда посыпались пожарные в таких же, как у Гарри, брезентовых штанах и куртках.
— Джон, полей на всякий случай сад, чтобы не перекинулось! — крикнул кто-то. Одна из мощных струй прошлась по ухоженному садику тети Петуньи, и Гарри послышались сдавленные ругательства, а потом живая изгородь в дальнем углу словно бы примялась под чьим-то весом.
— Дом проверьте там! — продолжал командовать невидимый брандмейстер. — Живо!
Входная дверь открылась, и в дом кто-то вошел. Гарри натянул каску, респиратор и стремительно слетел вниз. Там стоял хорошо знакомый Гарри бывший констебль Лесли. Лесли, улыбаясь, натянул свой снятый было респиратор обратно и поманил Гарри за собой. Гарри посмотрел на Хедвиг, потом открыл окно, накарябал записку на листе бумаги и отдал сове.
— Отнеси это Хагриду, хорошо? И… меня тут не будет какое-то время, но я обязательно вернусь! — еще бы он не вернулся, он ведь оставлял здесь свою волшебную палочку! — Подождешь меня неподалеку, если я задержусь, ладно?
Хедвиг с подозрением оглядела хозяина и вылетела на улицу.
— Все в порядке, сэр! — отрапортовал Лесли, когда они, наконец, покинули дом. — Возгорания не обнаружено!
— Тогда дуйте в пожарную часть и пишите отчет, тут народа и так достаточно! — отдал приказание так и не показавшийся начальник.
Лесли потащил Гарри к пикапчику в цветах пожарной команды, стоящему чуть подальше, они уселись на заднее сиденье, и здоровенный седой водитель тронулся.
— Джон его зацепил, суперинтендант! — сказал Лесли, снимая респиратор и каску. — Попал струей прямо в брюхо, его аж на ограду отбросило. И, кстати, эти их мантии, когда намокают, становятся видны. Плохо видны, но, если знать, что искать… Джейн снимала из машины, может, что-то увидим.
— Как ты думаешь, кто это был? — спросил МакФергюссон, выруливая на моторвэй.
— А тут и думать нечего — Флетчер, — ответил Лесли, — пока я издали наблюдал, с веревки загадочным образом бесследно испарился поролоновый лифчик миссис Дурсль. Эх, жалко, что я в отставке, могли бы, наконец, раскрыть ту серию похищений одежды и белья с веревок!
— Да, жалко, — вздохнул МакФергюссон, — все равно запиши себе благодарность. В конце месяца получите с Джоном по двадцать фунтов премии. Такое надо поощрять.
— Ай-ай, сэр! — ощерился в улыбке бывший морской пехотинец Ее Величества. — Вы щедры, как истинный шотландец!
— Ты как, Гарри? — глядя в зеркало заднего вида, спросил МакФергюссон.
— Все нормально, сэр. Там, скорее, скучно было, чем плохо. Я боялся, что не дотащу, ну, покупки все эти, но майор помог.
— Хоть какая-то от него польза, — пробурчал МакФергюссон, — и чего это он не пошел в таксисты?
Гарри понял, что он снова среди тех, кого он любит.
Они съехали с моторвэя, и Дерек загнал машину в мойку при маленькой заправочной станции. Там же, в подсобке, они переоделись в обычную одежду (пакет для Гарри лежал на переднем сиденье) и сели в неприметный «Ниссан».
Еще через полчаса они, наконец, добрались до фермы, точнее, до «Стрелковой и Детективной Школы МакФергюссонов». Строения сверкали новой краской в лучах закатного солнца, а со стрельбища нет-нет, да и доносились редкие выстрелы.
Они сели в большой комнате с плотно занавешенными окнами. Миссис Кейн и миссис Бересфорд распространяли вокруг аромат сгоревшего пороха и выглядели крайне довольными. Делла Стрит обмахивалась своей знаменитой шляпой. Майор Бутройд что-то прослушивал через вставленный в ухо наушник.
Джейн и Джон принесли чай, кофе и бисквиты.
— Ну что ж, Гарри, — взял разговор в свои руки майор Бутройд, — поздравляю тебя с успешным внедрением. Мы, конечно, просто умираем от нетерпения, но уже поздно, так что все завтра.
— Погодите, майор Бутройд, — сказал Гарри, — а как же Дурсли?
— Ты так беспокоишься о своих родственниках? — поднял редкую седую бровь майор.
— Не то, чтобы сильно, и… временами я хочу их убить, сэр. Особенно дядю. Но это от злости. А потом это проходит. И… Вы же сами говорили, что убийство должно решать проблемы, а не создавать их. К тому же… К тому же я не уверен, что… смог бы, — почти прошептал он.
— Чем дальше, тем больше я горжусь тобой, Гарри, — задумчиво сказал майор. — Понимаешь… Я тут изучил всю твою жизнь, начиная от того момента, когда тебя подбросили на крыльцо дома твоих… родственников. И вот что я скажу тебе. По всем законам психологии, в результате тех издевательств, которые тебе довелось вынести, ты должен был вырасти зверем. Не благородным волком, как Маугли, а загнанной в угол крысой — лживой, трусливой и всегда готовой ударить в спину. Ты должен был мучить кошек и издеваться над слабыми, когда тебя не видят сильные.
— Я… Ну, я запугивал Дадли, — пробормотал Гарри, — эээ… он же слабый, да?
— Ты же не получал удовольствия от того, что ему страшно?