Страница 8 из 122
— Да, пирог — это серьезная потеря, — кивнула пожилая леди, — но, полагаю, ничего непоправимого не произошло. Мистер Поттер, Вас не затруднит вызвать карету “Скорой помощи”? И сопроводите меня до больницы. Такие приключения становятся слишком большой роскошью для моего старого тела.
Гарри кивнул и бросился к телефону: номер на такой случай он накрепко затвердил в числе еще полудюжины других уже два года назад.
— А Вас, Джейн, я попрошу прибраться. И вряд ли эскулапы отпустят меня до вечера, так что время для того, чтобы испечь еще один пирог у вас, скорее всего, будет.
«Скорая» прибыла к дому минут через пять — видимо, базировалась где-то неподалеку. Два дюжих санитара внесли в нее носилки с пожилой леди, а Гарри, переодевшись в белый халат и шапочку, юркнул вслед за ними.
За мгновение до того, как захлопнулась дверь, он услышал донесшийся через несколько кварталов рев дяди Вернона, но не разобрал, в чем было дело.
Срочно созванный Клуб все-таки собрался на внеочередное, уже третье за это лето заседание в полном составе, хотя и у постели миссис Кейн, которой доктора на всякий случай поставили капельницу. Поэтому присоединенный к видеомагнитофону телевизор расположили так, чтобы Саманте Шарлин было удобно, остальные могли хотя бы стулья передвинуть. К сожалению, камера в «спальне Гарри» была установлена так, что Добби был виден исключительно со спины, так что анализ эмоций три леди и три джентльмена могли произвести только по положению ушей домовика.
— Он явно не врет, — задумчиво сказал Делла. — Разумеется, свидетелей такого рода я еще не встречала, но этот тип явно неуравновешен, а такие психи не могут подделывать свои эмоции, какими бы домовыми гоблинами они, психи, ни были бы.
— Увы, да, — подтвердил Бутройд. — Что скажешь, Гарри?
— Ну… Я думаю, вы ведь согласны, что хозяин Добби — это Малфой, я имею в виду Малфоя-старшего, который Лорд, насколько я помню, его зовут Люциус? — все, кто мог, кивнули. — Это не может быть Драко, у него силенок не хватит, да и духу тоже. Значит, он, ну, Лорд Малфой, и затеял какую-то гадость. А Добби подслушал какой-то разговор про нее, и эта гадость ему не нравится. Он обязан подчиняться, видно же, но это ему вот совсем-совсем не нравится, так, что он решил меня предупредить.
— Мистер Люциус Малфой, если я не ошибаюсь, упоминался как лидер умеренной фракции сторонников мистера Волдеморта? — припомнила миссис МакФергюссон. — И, если я опять же не ошибаюсь, эта его гадость подразумевает убийство детей, что даст ему возможность сместить мистера Дамблдора?
— Да, — поддержал ее супруг, державший руку Таппенс в своей лапище, — если это — умеренные последователи, то неумеренные вряд ли уступают наци.
— Ну мне так и говорили, — пожал плечами Гарри, — а еще мне говорили, что сам Том был еще хуже. Они же даже его имя боятся повторять, ну, вы видели. И еще древнее зло какое-то… Кольцо, что ли? Ну, как у Саурона?
— Мало информации, — задумчиво сказал Бутройд, — но, боюсь, это временно. И слово «боюсь» я сказал не случайно. Судя по всему, ты — одна из целей этого древнего зла, так что новая информация в комплекте с неприятностями тебя явно не минуют. А Я СНОВА НЕ МОГУ ПОМОЧЬ ТЕБЕ! — треснул он кулаком по спинке кровати миссис Кейн.
— Спокойнее, лейтенант, — улыбнулась Шарлин, — не сбейте мне капельницу.
— Простите, сержант. Но если бы Вы знали, как это меня бесит…
— О, разумеется, я представляю это. Я бы тоже предпочла иметь больше рычагов влияния на ситуацию. И, возможно, мы когда-нибудь получим один или два таких рычага, хотя пока рано говорить об этом, — пресекла она попытку любопытствования со стороны Гарри, — хотя теперь у нас есть как минимум два потенциальных канала связи. Не идеальных, но все же…
— Здорово! — восхитился Гарри. — Ну один — это… Гермиона? Ведь она показала, что может хранить мои секреты?
— В обычных условиях я бы провел еще пару десятков проверок, — грустно усмехнулся Бутройд, — но в нашей ситуации… В общем, как минимум на рождественских и пасхальных каникулах она сможет посылать твои письма обычной почтой по известному тебе адресу, — Гарри кивнул, — и эти письма будут доходить до нас достаточно быстро, чтобы мы смогли передать с ней ответ. И еще — попроси ее выучить наизусть третий номер телефона из твоего списка. Это для экстренной связи.
Гарри заметно повеселел. Выучить номер для Гермионы — раз плюнуть.
— А второй способ? — спросил он.
— Мы проверили этого твоего Стивена Баттлербаума, через которого ты закупал, как ты говоришь, «маггловские штучки». В его досье — во всех досье, до которых мы могли дотянуться — он числится умершим от свинки, это такая детская болезнь, первого сентября восьмидесятого года.
— То есть в тот день, когда он поступил в Хогвартс? — уточнил Гарри.
— Именно. А учитывая, что «Хог» — это дикий кабан…
— Похоже, Фред и Джордж легко нашли бы с ним общий язык, — пробормотал Гарри.
— Гораздо важнее, что этот молодой человек весьма ответственно относится к собственной безопасности, — продолжил майор. — Все документы подчищены, не то чтобы безукоризненно, но вполне профессионально. Мы запросили полицию Глазго — ни в самом городе, ни в его пригородах человек с таким именем и фамилией не числится. Вероятнее всего, используя свои способности, он приобрел себе новые документы на другое имя. В принципе, можно проверить все небольшие торговые компании, особенно в районах, прилегающих к порту, но…
— Я бы лучше последил за совами, — предложил Гарри. — Он же много торгует с волшебниками, да? А значит к нему постоянно должны прилетать совы. Ну и улетать!
— Я же говорила тебе, Джефф! — победно улыбнулась Шарлин со своей кровати. — Мальчик уже почти готовый оперативник!
— Орнитологическое Общество при университете Глазго неделю назад получило Королевский Грант на изучение путей миграции ночных пернатых в городе, — подмигнул Гарри майор. — Так что, полагаю, через несколько месяцев мы найдем этого твоего Бутлегера. Хотя, полагаю, и сейчас он не откажется опустить в почтовый ящик конверт, к которому будет приложена десятифунтовая бумажка. Разумеется, абонентский ящик для такой почты будет отдельным. Запомни этот адрес, — он протянул Гарри бумажку с одной-единственной строчкой.
Гарри-Который-Помнит-Все несколько раз прочел текст и передал бумажку обратно майору. Тот щелкнул зажигалкой.
— Увы, эта связь пока односторонняя, — вздохнул Бутройд, — но, как ты понял, мы работаем над этой проблемой. Думаю, к мистеру Баттлербауму, когда наши парни установят его, я поеду сам.
— Только не сдавайте меня, — попросил Гарри. Майор взглянул на него с укоризной. Гарри даже немного устыдился, но лучше же попросить, чем потом жалеть, что постеснялся?
— Разумеется, твое имя даже не будет упомянуто, — с обидой в голосе заметил майор, — по крайней мере в первые несколько визитов. Первым делом мы попросим его послать что-то мистеру Финч-Флетчли, мы с отцом Джастина нашли общий язык еще в прошлом году. Да этот Бутлегер, как мы полагаем, наверняка заинтересован в… обретении новых клиентов как в нашем, так и в магическом мире. Тем более, таких респектабельных клиентов, как семейство Финч-Флетчли. Которые, к слову, сами не прочь… сменить контрагента.
«Вот это да! — подумал Гарри. — Оказывается, торговля между обычным и магическим миром идет вовсю, ну да это неудивительно: приняла же Мэри маггловские фунты за свою консультацию! Только интересно: майор специально об этом упомянул или проговорился?»
— Давай все же вернемся к мистеру Добби, — сменил тему майор, — что тебе показалось самым странным при разговоре с ним?
— Он никогда не говорит «Я». Все время «Добби то, Добби се…» Это ведь достаточно странно?
— Превосходно, Гарри! — подала голос Шарлин, нет, точнее, уже Саманта. — Так говорят о себе маленькие дети, еще не осознавшие себя как отдельную личность. Как правило, такое осознание происходит в возрасте трех лет. То есть у этого… домового эльфа разум ребенка. При этом его волшебные способности, признаться, впечатляют. Я не говорю о перехвате писем или об испорченном пироге — он простым щелчком пальцев поднял его в воздух и шмякнул со всей силы о потолок, — но это его исчезновение прямо из-под револьвера Джейн… При этом я не заметила у него этой вашей… волшебной палочки.