Страница 24 из 51
«Хочешь сказать, что не отпустишь меня обратно в норку, Сэмми?»
«Хотела бы, да не могу. Я убегала от того-что-ты-прячешь с самого конца войны, точнее, с самого побега из того эшелона. А теперь это невозможно. Сама видишь, что происходит, и твое присутствие просто необходимо. Даже не потому, что я не умею того, что умеешь ты. А это, знаешь ли, может стать актуальным в любой момент».
«И какова же другая причина?»
«Разумеется, Шарлин, это мистер Поттер. Он очень чуток, и вряд ли я обманула его своими психологическими трюками. Он продолжал ощущать мое раздражение, злость и, боюсь, даже в какой-то степени и ненависть».
«Ты хочешь сделать с этой злостью то же самое, что я сделала с тем-что-мы-спрятали? Закатать в себя и уйти в глубину? Я вижу тут минимум три проблемы».
«Всего три?»
«Первая — ты уверена, что мистер Поттер не почувствует то-что-я-прятала, Саманта? Это, знаешь ли, не то, что следует пусть даже и не знать, но просто чувствовать десятилетнему мальчику с довольно сложной судьбой».
«Мне кажется — и тут я опираюсь уже на мои навыки, сорок лет учительского стажа, Шарлин, сорок лет — что чувствовать то-что-мы-хотели-бы-забыть будет для него несколько проще, чем постоянно находиться под прессом ненависти. И… Да, физически его никто не пытал и не… Но я полагаю, если он ощутит тень, а это будет только тень, мы же не будем рассказывать ему, правда? Мы и себе-то не рассказываем… Скорее всего, он посочувствует нам, и может быть, легче станет и нам, и ему».
«Положим. Доверюсь твоему профессиональному чутью, миссис Училка. Вторая проблема — я сама. Ты уверена, что шпионка, диверсантка и вообще весьма легкомысленная девушка, которой психологически по-прежнему двадцать четыре, несмотря на старческое тело — подходящая компания для юного джентльмена? Особенно на фоне респектабельной пожилой учительницы с ангельским терпением?»
«Более чем. Боюсь, что опыт общения со шпионками и террористками будет для мистера Поттера крайне полезен. А с добропорядочной учительницей он все равно будет общаться во время занятий по школьной программе».
«Не боишься, что мы с ним взорвем твой уютный домик, пока ты сидишь в норке?»
«Не очень. Вряд ли ты захочешь в дом престарелых».
«Ну, я тебя предупредила. А третья причина — ты сама сможешь вот так сидеть наедине с этой ненавистью? Я-то за все эти годы привыкла».
«Ты же смогла. Причем ты сидела там наедине с чем-то много худшим, чем просто злость. Значит, смогу и я. К тому же три раза в неделю ты будешь отпускать меня на уроки с мистером Поттером, не так ли?»
«Кстати, ты была права. Проблем-то действительно четыре. Если я, что называется, выйду на сцену и буду там блистать — я не смогу закрыться не только от мистера Поттера, но и от тебя. И наш с тобой замечательный симбиоз, когда я благородно страдаю от кошмаров, а ты живешь и радуешь меня сегодняшним днем, разрушится. Ты готова снова вспомнить тот-самый-год?»
«Если бы я не была готова, я не была бы тобой, а ты мной. В конце концов, нам осталось на этом свете заведомо меньше, чем ты прятала то-что-надо-спрятать от меня. Как-нибудь выдержу. И знаешь… Я буду чувствовать себя увереннее и спокойнее, передав нашу общую голову тебе. Если я снова загоню тебя на задворки, боюсь, нам просто может не хватить времени, каких-то долей секунды, чтобы в случае чего вовремя выпустить тебя и дать порезвиться».
«Спасибо, Саманта».
«Не за что, Шарлин».
Саманта Шарлин Кейн, урожденная Бэлтимор, откинула теплое одеяло, шлепая босыми ногами, подошла к окну и, приподняв раму, выбросила оставшийся в гордом одиночестве сигаретный фильтр на крышу пристройки. Тучи немного рассеялись, и две яркие звезды глядели на нее из темного просвета. Видимо, это было все, чего ей не хватало, потому что уже через две минуты она, наконец, заснула. И той, и другой снилось что-то приятное, вот только утром ни та, ни другая не могли вспомнить, что.
========== Великолепный Он ==========
Три пожилых леди и три примкнувших к ним джентльмена (два пожилых и один не слишком) собрались за большим круглым столом в гостиной фермерского дома. В центре стола лежал диктофон миссис Кейн, проводок из которого шел к усилителю от музыкального центра. Мисс Стрит как обладающая наибольшим из всех опытом, заносила особо важные моменты в блокнот.
«…авиться — Локхарт, Гилдерой Локхарт, известный писатель».
— Известный, ха. Скромность вряд ли присуща этому господину. Что скажешь, Сэмми?
— Ничего. Крутим дальше, он сам о себе все скажет.
«О, сам мистер Локхарт! Не может быть. Прошу Вас, проходите в дом. Не желаете ли чаю?»
— Зачем ты пригласила его, Саманта?
— Судя по всему, не хотела мокнуть под дождем. Ну и, вероятно, боялась, что если нас увидят, свидетели тоже пострадают. Кроме того, возможно, я рассчитывала, что за чаем смогу выпытать у него чуть больше.
— Логично. Мисс Стрит, запишите, пожалуйста: надо подобрать для миссис Кейн, да и для всех вас, леди, несколько упаковок особо качественного чая. Надеюсь, биохимия у «мутантов» совпадает с человеческой.
— Вряд ли это поможет, Джефф. Я, очнувшись, удивилась, почему у меня на столе стоит две чашки. И лишняя оказалась нетронутой. Я решила, что просто устала и налила себе чаю два раза вместо одного. Я… чувствовала себя несколько странно.
«Я рад, что моя известность простирается и на магглов, миссис Кейн!»
— Магглов?
— Слушайте дальше, леди и джентльмены. Похоже, так наши друзья называют обычных людей.
— Кстати. Почему ты не поинтересовалась, откуда он знает твое имя?
— Я наделала кучу ошибок, Джефф, но, полагаю, не в этом случае. Иначе, боюсь, разговор закончился бы так, как он закончился, намного раньше.
— Согласен.
«Это неудивительно, молодой человек. Вы же не откажете Вашей почитательнице в автографе?»
— И он подписал?! Не могу поверить! На что ты его поймала, Сэмми?
— Ну, у меня на полках среди прочих стоял один э… роман. Джон привез его сюда, вот гляньте.
Все с любопытством уставились на обложку покетбука, на которой молодой красавец властно обнимал откинувшуюся назад млеющую от страсти женщину универсального возраста.
— Элизабет Ламберт, «Крылья желаний». Фамилия схожа, браво, Саманта. Но почему, скажем не Лиддел-Гарт или не «Семь столпов мудрости» Лоуренса? Фамилии на ту же «Л», а тебе они подходят намного больше.
— Видимо, этот господин ассоциировался у меня с определенным типом литературы. Другого объяснения у меня нет. И, кстати, да, подписал, причем не читая. Видимо, с категорией книги я угадала. Посмотрите, леди и джентльмены. Дерек, не мог бы ты поделиться своим заключением?
— Подпись причудливая, размашистая, с виньетками. Наработанная. Почерк устойчивый, беглый. Данный господин явно привык много писать и довольно часто дает автографы. Причем, судя по следу, не шариковой ручкой и даже не «паркером», а чем-то вроде пера. «Почитательнице моего таланта» — смерть от скромности ему явно не грозит.
— Итак, судя по записи и автографу, мы видим автора дамских романов, самовлюбленного и самоуверенного. Полагаю, тогда я видела нечто подобное и действовала исходя из увиденного. Послушайте дальше.
«Ах, мистер Локхарт, это такая честь, такая честь для меня! Я не могла себе даже представить, что такая знаменитость, как Вы, снизойдете до нашего маленького городка. Что привело Вас сюда?»
«Дела, мадам. К сожалению, один мой знакомый — Вам же известна фамилия Снейп? — в силу занятости в школе не смог нанести Вам визит, чтобы поинтересоваться, чем был вызван Ваш интерес к его скромному жилищу в Коукворте. Увы, его, в некотором смысле, коллега, мистер Флетчер, Вы его не знаете, при попытке найти Вас несколько… эээ… отвлекся. Кстати, как Вам удалось затащить беднягу Мундунгуса на склад маггловской одежды? При виде такого богатства он несколько растерялся и позабыл о своих обязанностях. В результате Дамблдор…»
— И ты позволила такому самовлюбленному дилетанту достать себя, Саманта?