Страница 5 из 11
– Нам совершенно необходимо с ним пообщаться, – задумчиво протянула Женька, точно угадав ход моих мыслей.
– Надо. Прямо-таки назрело, – согласилась я. – Давай-ка наведаемся туда после обеда?
– Давай, – решительно кивнула подруга. – Мальчики! Пойдемте! У меня там для вас кое-что есть!
Довольные мальчишки устремились к дому.
– Теть Лолит, а можно мы после обеда в вашем саду поиграем? – непосредственно поинтересовался Тима.
– Можно, – разрешила я. Вот поэтому и не хотела я садом заниматься: это – территория детей, у них там то шалаш, то засада, то еще что…
– А вы нам веревку дадите?
– Господи, веревка-то вам зачем? – удивилась я.
– Мы на нее одеяло повесим, – информировал меня Ванька, – чтобы от врагов заслониться.
– Ага, ясно, – усмехнулась я, и поинтересовалась – А одеяло вы где возьмете?
– Мое возьмем, – ответил сынок.
– Ни в коем случае! – решительно запротестовала я.
– Почему? – он искренне удивился. – Мам, мы же его потом на ночь снимем, и я под ним спать буду. Оно нам только до вечера нужно…
– Вань, не трогай одеяло. Я вам кое-что другое дам взамен.
– Ладно, – согласился он, – но только чтоб тоже большое!
Я автоматически кивнула, голова была занята совсем другим. Что это за тип вьется около детей? Что ему нужно? Это надо выяснить как можно скорее!
***
Я очень люблю Женьку. Она моя лучшая подруга. Вообще, единственная настоящая подруга! Мы с ней дружим с третьего класса. Мы с ней знаем друг о друге больше, чем о себе самих. Она второй самый близкий после Ваньки мне человек. Я готова за нее в огонь и воду!..
Но порой мне хочется ее прибить! Иногда бывает так, что ее непосредственная манера выкладывать все, что она думает сразу, по мере того, как это приходит в ее голову, а потом уже обдумывать свои слова, приводит к прямо-таки ужасающим результатам.
Вот, например, лет пять назад был такой случай. Мы собрались большой компанией дома у одной нашей знакомой – Риты Коваленко. Муж этой самой Риты получил повышение по службе, которого очень долго ждал, и на радостях решил отметить это дело, закатив пир на весь мир. Мы, собственно, с Ритой были, не сказать, чтобы уж такими близкими подругами, но супругам Коваленко явно хотелось, чтобы было побольше народу, чтобы все мало-мальски знакомые люди порадовались этому успеху. А у меня как раз гремела огромная личная драма всей моей жизни, и Женька, как верная подруга, старалась вытаскивать меня из дому по поводу и без, лишь бы не дать мне времени думать, копаться в себе и предаваться отчаянию, так что гулянка пришлась очень кстати.
Все действие проходило в трехкомнатной квартире супругов Коваленко. Одну из комнат отвели для детей, коих у самих супругов было аж целых два. К ним присоединился мой маленький Ваня, чья-то милая дочка Света, не помню уже чья, и пара очаровательных двухлетних близняшек Боря и Жора. В общем, у детей был свой праздник, у взрослых свой. Поначалу все шло просто великолепно. Гости мило общались между собой, обсуждали последние новости, и не скупились на похвалы и добрые пожелания в адрес хозяев.
Правда, среди гостей был один персонаж, несколько не вписывающийся в общую картину. Персонажа звали Кешей, было ему не тот момент двадцать семь лет от роду, и у него имелись две отличительные черты – он был до крайности робким и был без ума влюблен в сестру хозяйки дома. Последняя о его чувствах, скорее всего не догадывалась, так как Кешина потрясающая робость монолитной стеной стояла на пути признания.
При всем этом надо отметить, что природа Кешу не обидела ни внешностью, ни интеллектом, и причину такой его робости по отношению к женскому полу, понять было сложно. Из всех присутствующих женщин, он спокойно общался лишь со мной и Женькой. С Женькой потому, что она с таким обожанием смотрела на своего Владика, что остальные мужчины ее просто не интересовали. Кеша это почувствовал, и тоже стал относиться к моей подруге, как к своеобразному третьему полу. Ко мне же он проникся на почве сопереживания к моей несчастной любви, что было ему близко и знакомо.
Так вот, мы, значит, отдыхали, веселились, и общались: Женька порхала среди гостей, оживленно болтая то с одном, то с другим, я же устроилась поудобнее в кресле, и намерена была провести там весь вечер. Кеша сидел рядом, зудел что-то о своих очень горячих, но таких неразделенных чувствах, и равномерно накачивался спиртным. Мне он не мешал совершенно, я думала о своем. И, поскольку мысли эти были далеко не радужными, к бокалу я тоже прикладывалась с завидным постоянством. Да и не только я, большая часть народу к спиртному относилась положительно, поэтому лица вокруг потихоньку становились все более пьяными.
Женька в очередной раз плюхнулась на стул между мной и Кешей, жадно напилась минералки, и вытащила сигарету из чьей-то пачки, лежавшей на столе.
– Фу, пока Влад не видит, хоть покурю. – Она заговорщицки подмигнула мне. Муж ругал ее за курение, и Женька вот уже несколько лет тщетно пыталась бросить, но пока ее хватало лишь на то, чтобы не курить у него на виду. – Они с Глебом в магазин пошли, за вином, а то тут уже запасы кончаются. Эй, а что это с ним?
При этом она указала на Кешу. Последние несколько минут я полностью погрузилась в свои размышления, и совершенно перестала обращать на него внимание – гундит там себе под нос чего-то и гундит… Теперь же, подняв на него глаза, я обнаружила, что Кеша сидит, обхватив голову руками, с выражением крайнего отчаяния на лице, и по щекам его текут крупные слезы.
– Не знаю, – призналась я, – задумалась о своем… Кеш, а Кеш, ты чего, а?
– М-м-ыыыуууу… – нечленораздельно ответил парень, звучно шмыгнув носом.
– А-а, – поняла я. А что ж тут не понять? Перепил парень маленько, и началась у него банальная пьяная истерика. Не страшно, поплачет и забудет…
Но Женька была другого мнения. Она близко к сердцу приняла сердечные переживания этого бугая.
– Кеш, что ты? – ласково говорила она, и тормошила его. – Что случилось-то? Что ты так убиваешься?
– Она никогда меня не полю-у-у-бит… – печально прогундосил он, и со всхлипом спрятал лицо в ладонях.
– А-а-а, вот в чем дело! – дошло и до Женьки. – Так это понятно! Конечно, не полюбит, раз ты такой!
– Какой такой? – с тоской в голосе спросил Кеша, отнимая руки от лица.
– Вот такой. Весь из себя романтичный, тихоня сопливый! – припечатала Женька безжалостно.
– Женя! – попробовала я ее урезонить.
– А что? – возмутилась она. – Что такого?
– Нельзя же так!
– Только так и можно! – вскинулась она. Видать, ей винные пары тоже неплохо по мозгам ударили потому, что она оседлала любимого конька. – Наоборот, даже нужно! Ты, Кеша, послушай меня внимательно! Если, конечно, хочешь, чтобы эта девушка обратила на тебя внимание!
Кеша поспешно взял себя в руки: вытер лицо бумажной салфеткой, в нее же аккуратно высморкался, после чего деликатно спрятал ее себе в карман, быстренько глотнул воды и уставился на Женьку глазами, полными надежды. Похоже, он решил, что сейчас она ему на блюдечке преподнесет секрет всемирного счастья. Или хотя бы его личного счастья, но верный, стопроцентный рецепт.
Женька, польщенная таким вниманием, вся приосанилась, гордо вскинула голову и начала свою лекцию:
– Во-первых, не будь слюнтяем! То, что ты такой весь из себя романтик, это конечно замечательно, но мы, женщины, любим сильных, уверенных в себе парней! Вот как мой Влад, например.
Я поморщилась и отхлебнула из бокала. Ну как же, она своему муженьку и к месту и не к месту дифирамбы петь готова! Мне бы порадоваться за подругу… Но я никак не могла себя заставить, не потому, что завидовала, а потому, что с самого начала ощущала в этом человеке некое двойное дно. Правда, каких-либо фактов, которые оправдали бы мое отношение, вроде бы не было.
– Нам нравится, чтобы парень сам подошел первый, – тем временем продолжала она просвещать несчастного влюбленного, – чтобы вел себя уверенно, так, чтобы было видно сразу: ты – хозяин мира!