Страница 70 из 117
В салоне флаера тихо гудели двигатели, пахло ароматизатором хвои, идентичным натуральному, и экологической кожей, которая на деле являлась особым соединением тонких синтетических нитей. Раньше мне нравилось перемещаться на аэротакси, а не на собственном флаере, потому что не нужно ломать голову, где припарковаться, но сейчас я впервые поймала себя на том, что поездка меня расстраивает. Слишком навязчивый запах синтезированной хвои как назло навевал воспоминания о великолепных исполинах Вечного Леса и прохладном журчащем ручье, где я мыла руки. А ещё о том, как один мужчина последовал за мной просто, чтобы вылечить кожу от волдырей и убедиться, что со мной всё в порядке.
Торговый центр встретил меня яркими огнями софитов и шумной толпой цваргов. Я даже пожалела, что не оформила покупку коммуникатора и планшета с доставкой на дом взамен утерянных в экспедиции. Цварги всех возрастов, а также многочисленные домашние роботы и квадрокоптеры сновали туда-сюда, кто-то сталкивался, перед капсулами-лифтами тянулись здоровенные очереди, какая-то сердитая дама в алой вуали громко отчитывала охранника за то, что плазменный баннер так не вовремя упал и отдавил ей ногу.
— Шва-арх, — простонала я, понимая, что надо было задать конкретный адрес или название Торгового центра. Если роботизированному водителю не дать конкретики, то он отвезёт туда в самое популярное место, заложенное в его программе.
Вздохнула, посмотрела на указатели, вмонтированные в пол, и отправилась в ближайший, располагающийся на этом этаже, магазин электроники. Высокий цварг в летах встретил меня с дежурной улыбкой на губах. Серебряные нити в тёмных волосах и морщинки у глаз и рта говорили о том, что мужчине уже перевалило за два столетия.
— Добрый день! Могу ли я чем-нибудь вам помочь? — вежливо осведомился продавец.
— Да, — я кивнула и привычно перечислила нужные мне характеристики устройств: — Мне необходим коммуникатор и планшет. Максимальная ёмкость батареи, память на меморезисторах, чтобы сохранялись данные даже после экстренного отключения питания. Пятый слот для карты выхода на межгалактическую связь, квантовый сопроцессор, сапфировые стёкла от скользящих ударов и обработка корпуса с защитой от погружения под воду до сотни метров.
Работая тау-агентом, я не заметила, как привыкла к самой хорошей технике.
— О, приятно иметь дело с покупателем, который точно знает, чего хочет, — обрадовался цварг, явно не ожидавший, что девушка в лице меня разбирается в электронике. — Цвет устройств имеет значение? Могу подобрать что-то яркое под вечерний наряд или с отделкой из муассанитов. Коммуникатор будет блистать, словно драгоценное украшение.
— Нет-нет, — я покачала головой, едва улыбнувшись уголками рта. — Мне, пожалуйста, наоборот, чтобы оба устройства обладали функцией «Хамелеон» и минимально привлекали к себе внимание.
— Понял, выполняю, — засуетился цварг. Ещё бы! Я сейчас запросила технику премиум класса, на покупку которых собиралась потратить внушительную сумму денег. — Позвольте, я дотронусь до вашего запястья, чтобы снять мерки под коммуникатор?
— Да, конечно.
Пожилой цварг обхватил мою руку огромным никелевым браслетом с засечками. Дёрнул за шарниры, приложил к коже так, чтобы браслет сидел плотно, но не давил, выписал цифры себе на экран персонального помощника и поспешил скрыться в подсобном помещении. Конечно, можно было бы настоять на универсальном креплении-ремешке, но тогда бы я получила более или менее стандартный коммуникатор. Лучшая техника на Цварге производится в ограниченном объёме и исключительно с готовой линейкой индивидуальных размеров.
Я тяжело выдохнула и приготовилась ждать, уставившись на витрину со всевозможными электронными записными книгами, автоматическими распознавателями речи, цифровыми перьями и бумагой. Чем дольше я смотрела на всё это, тем яснее осознавала, что Цварг всё больше и больше напоминает Танорг. Скоро и у нас будет от пяти до восьми роботов на душу населения. Автоматизация поглотит основные отрасли, в результате чего подавляющая масса общества перестанет работать. На планете уже сейчас из-за муассанитовых копий порядка пятнадцати процентов населения ленятся и предпочитают жить на дотации Аппарата Управления.
— Лейла? Лейла Виланта?! Неужели это ты? — Визгливый женский голос отвлёк меня от размышлений о будущем Цварга.
Я повернула голову и едва удержалась от того, чтобы не поморщиться. Передо мной стояла бывшая одноклассница — Жардет. Высокая цварга с разноцветными волосами и золотыми, как у эльтониек, глазами. Сколько знала Жардет, она всегда любила экспериментировать над своей внешностью. Когда-то наши родители были дружны и отдали нас в одну школу, но после получения обязательного образования я продолжила обучение в подготовительном заведении при СБЦ, а Жардет решила, что того, что она уже знает и умеет, ей достаточно. В конце концов, работать она не собиралась, и часто шутила, что уже обеспечила себе достойное будущее, просто родившись девочкой на Цварге.
— Жардет, здравствуй, — поздоровалась я, бросая тоскливый взгляд на дверь в подсобку.
Шварх! Встретиться в многолюдном торговом центре посредине рабочего дня с бывшей одноклассницей — это какое-то колоссальное невезение. Вероятность такого события — это как поймать тракского коня притом, что только недавно обновил антивирусные базы.
— Ох, Лейла, как же давно мы не виделись? Лет пять, наверно? — произнесла цварга, расплываясь в слащавой белоснежной улыбке. — А ты всё такая же, как и была, ничуть не изменилась. Такая же невзрачная серая мышка. Хоть бы волосы покрасила или цветные линзы вставила, глядишь, кандидаты в мужья нарисовались бы.
Жардет прекрасно знает, что кандидаты в мужья у меня уже давно имеются. Как-никак наши матери время от времени общаются и обмениваются информацией. Чего я в упор не понимаю, так это зачем бывшей однокласснице меня оскорблять. Если вспомнить школьные годы, то ещё тогда ребята уделяли ей внимания куда больше, чем мне. Правда, несколько лет назад мама обмолвилась, что планетарная лаборатория всё никак не может подобрать Жардет супруга. Я не поверила и лично влезла в общую базу медицинских карт, благо СБЦ всегда закрывали глаза на такие вещи. Как оказалось, все те, кого лаборатория проверила на совместимость с генами дочери маминой подруги, с трудом дотягивали до сорока процентов.