Страница 30 из 117
В одной из комнат я не выдержала и подошла к окну, чтобы потрогать занавеску руками. Это был лён! Самый настоящий лён! Огромный гладкий отрез ткани, закрывающий целое окно, приятный на ощупь с матовым блеском. На Цварге его ещё любили поэтично называть «южным шёлком» за то, что он делался из растений, что произрастали в тёплых краях.
Мой восторг несколько померк, когда Раита, а именно так звали ларку, которая без умолку причитала о моей нелёгкой доле, подвела меня к чему-то, отдалённо напоминающему бочку с водой. Вселенная! Я настолько увлеклась мебелью и тканями, что даже не подумала о том, что здесь может и не быть водопровода.
— Мойся, тебе никто не помешает, — напутствовала меня Раита. — А я пока в свою комнату сбегаю и попробую найти что-нибудь подходящее для тебя из одежды.
Я кивнула, после чего стянула с себя брюки и кофту, что позаимствовала у Моник, и с удовольствием залезла в бочку. Вода оказалась еле тёплой, чуть нагретой солнцем, но меня это даже взбодрило. Я быстро намылилась цветочным корнем, окунулась с головой, прополоскала волосы и вылезла, обтираясь огромным куском холстины. Тело пело. Купание в бочке оказалось на удивление приятнее, чем я думала. Да, это не привычный комбинированный душ и не ультразвуковая обработка одежды, с одной стороны, а с другой — именно вот такое простое окунание в высоком узком сосуде было тем, что мне сейчас требовалось.
Раита всё не шла, а потому я замоталась во влажную ткань и застирала своё нижнее бельё, которое из-за потери рюкзака оказалось у меня в единственном экземпляре. Подумала и заодно застирала и ту одежду, что была на мне. Самоочистка — вещь, конечно, хорошая, но даже высокотехнологичную таноржскую одежду на Цварге рекомендуется раз в месяц отдавать в химчистку. Как раз именно тогда, когда я всё развесила на ближайшем кустарнике, во дворе показалась запыхавшаяся и краснощёкая Раита.
— Ух, к сожалению, ничего чёрного найти твоего размера не смогла, но вот это платье должно тебе подойти.
Девушка протянула мне свёрток, который оказался длинным платьем синего цвета. Не яркого, но и не тёмного, отливающего на солнце насыщенным аметистовым оттенком. Я украдкой бросила взгляд на свои коричневые штаны и чёрную кофту, и к этому моменту уже сообразила, что цвета одежды у ларков многое значат. По-видимому, из-за невзрачных оттенков того, в чём я показалась в деревне, Раита приняла меня за вдову.
Я взяла платье в руки, которое оказалось неожиданно мягким. Юбка — так юбка, жаль, конечно, что не штаны, но, судя по тому, что женщин-ларк в деревне в штанах я не видела, у них такое носить не принято. Вот только без нижнего белья в платье я буду чувствовать себя уязвимой, а мой единственный комплект сейчас сушится на солнышке. Я закусила губу, посмотрев на ларку и не зная, как попросить принести ещё и исподнее.
— Тебе очень пойдёт! Прошу, не отказывайся! У тебя необыкновенные синие глаза, — заверила меня ларка, неправильно трактовав мою заминку.
Я вздохнула.
— Раита, спасибо. Платье отличное, — поспешила успокоить девушку. — Вот только… хм… а могу ли я попросить поделиться со мной ещё и нижним бельём? Видишь ли, моё мокрое. Можно просто шортики или что-то похожее.
— Нижним бельём? — медные брови хорошенькой ларки взлетели вверх.
— Ну, да, — я растерянно развела руками, указав на выстиранную одежду. — Мой рюкзак с личными вещами, к сожалению, потерялся…
Пока я говорила, Раита подошла к кустарнику, где я скромно развесила всё то, что на мне было надето, взяла в руку крохотный клочок ткани и уточнила:
— Вот это? Ты называешь это шортиками?
— Да, — теперь пришёл мой черёд удивляться. — Под платье надевается. А что, ты такого не носишь?
— Нет, — отрицательно покачала головой ларка. — А зачем это надевать под платье?
— Хм-м-м… — я растерялась, не зная как ответить.
Захотелось рассказать про гигиену, натирание тканей и психологический комфорт. Но я поймала себя на том, что психология и менталитет у цваргов с ларками разный, натирают в основном брюки, а не юбки, а что касается гигиены — кто знает, как часто они моются?
— Неудобно же, когда тебя защитник взять захочет. И время занимает, чтобы снять это самое нижнее бельё, — она старательно выговорила незнакомое словосочетание. — Да и порвёт его, скорее всего. Это что ж, на каждый день нужно по новому комплекту?
Я тяжело выдохнула и просто надела платье, решив, что разберусь со своей проблемой потом. Не такая уж и катастрофа какое-то время походить вот так. К тому же подол платья достигал моих щиколоток, и о том, что у меня под одеждой ничего нет, знаю лишь я. И женщины-ларки. И их мужчины. И Арх-хан, который прижимался ко мне со спины в лесном озере. И у него под его короткой кожаной юбкой тоже ничего не было. Последнее воспоминание заставило меня почувствовать нарастающий томительный жар, медленно разливающийся по всему телу. Я решительно встряхнула головой, отгоняя непрошенные мысли, и скрутила волосы в тугой пучок.
Раита неодобрительно покачала головой:
— Ну и сколько же ты горевать по своему защитнику будешь? Тебе с распущенными волосами ходить надо, может, кому в нашей деревне приглянёшься. Если кто из наших тебе представится, то ты отвечай согласием — не пожалеешь. У нас все мужчины сильные, гены хорошие, а детишки крепкие получаются.
Я не успевала поспевать за напором Раиты. Из её слов я только поняла, что подобру-поздорову лучше всё время буду ходить с собранными волосами в пучок.
— А сама-то ты почему с косой тогда ходишь? — спросила я больше из желания поддержать разговор, чем действительно интересуясь причёской ларки.
Мы к этому моменту обошли дом и оказались возле крыльца. Двое ребятишек, качавшихся на каком-то странном продолговатом бревне с опорой по центру, увидев Раиту, тут же взвизгнули и бросились к ней на руки. Старший пепельный блондин лет шести и младший с очаровательными веснушками, точная копия Раиты, лет четырёх.