Страница 99 из 131
- Да блин, упертый, какой! Она ее не примет ни сейчас, ни через год! Ее свет уже мой. Понимаешь? Она не сможет принять другого демона. Тогда, еще в детстве, спасая ее, я отобрал у девочки ее боль и страх из души, подменив своей заботой и любовью. Уже тогда, она стала моей. Мы сами еще этого не осознали, а уже были связаны душами. Тут не вопрос честно или нечестно я действую, тут вопрос в том, что она в принципе не примет никого другого.
- И все же, я предпочел бы убедиться лично.
- Убедишься. Пусть ходить начнет. И разговаривать внятно.
Градацкий поджал губы, недовольный моими словами, но уходить не торопится. Смотрит испытующе, пока я собираюсь, пряча свои заготовки под магические замки.
- Иди Арт, иди, - подгоняю я недруга, но и не врага. – У меня еще куча дел.
***
Я вошел неслышно в комнату Жасмины. Девочка спала, прикрытая легким покрывалом. Не смотря на крепкий мороз за окном, в помещение поддерживается комфортная температура, чтобы избежать лишней одежды и тяжелых одеял. Сиделка Леночка меня не видела, она самозабвенно начищала тренажер имитатор ходьбы, тревожно поглядывая на подопечную.
Уже подходя к кровати со спящей девушкой, я учуял запах крови. Нервы натянулись до опасного звона.
- Что произошло? – Тихо спрашиваю, заставляя Леночку подскочить на месте от неожиданности. Бедняга схватилась за сердце, часто дыша и не в силах сказать ни слова. Запах ее страха, перемешиваясь с запахом крови, заставляет Тьму внутри меня ворочаться тревожным змеиным кублом. – Лена, я задал вопрос, - мой голос максимально спокоен, не хватало еще сиделку до сердечного приступа довести.
- Она упала, - хватанув ртом воздух, сообщает мне перепуганная девушка. – Перетрудилась. Всё не хотела останавливаться. А потом, как с тренажера сошла, так ноги и подкосились, а я не смогла удержать. Вот, - показывает на тряпичную салфетку с бурым пятном, - голову рассекла об металл.
Я подсел к Жасмине, на самый краешек кровати. Повернул лицо спящей девушке, поврежденной стороной ко мне. Рана обработана, рассечение несерьезное, швы и без учета магии тут были бы без надобности. Так, неприятная травма, но не смертельная. Правда, вокруг рассечения синяк расползся размером с кулак. Я погладил подушечкой большого пальца по самой ранке с еще свежими краями, запуская магический импульс, заживляя, снимая небольшую отечность вокруг и избавляя от гематомы. Жасмина пошевелилась, реагируя на мои прикосновения, и открыла глаза.
- Ругать будешь? – виновато закусила губу, смотря на мою мрачную физиономию.
- Чуть позже, Искорка, - беру свои эмоции под контроль и выдыхаю, - больше нигде не болит?
- Нет.
- Леночка, можете быть свободны пока. Примите успокоительного, ничего непоправимого не произошло, - я отдавал распоряжение, не поворачиваясь к человечке, только взгляда не мог оторвать от любимых глаз.
- Спасибо, - робко пискнула девушка, выскальзывая из комнаты.
- Ты уже так четко говоришь, - тихо замечаю и касаюсь сухих ото сна девичьих губ пальцами. – Я очень доволен твоими результатами, Малыш.
- Спасибо, - отводит смущенный взгляд. – Но ругать же все равно будешь, да?
- Нет, не буду, - после минутного разглядывания ее неловких попыток струсить с себя мой взгляд, все же решаю сжалиться, - только попрошу тебя, больше так не делать.
- Я думала, чем больше тренироваться, тем быстрее восстановлюсь, - пытается объяснить мне свою неосмотрительность.
- Искорка, - держу себя в руках, на самом деле же зол, как черт. Она даже с амнезией остается упертой до победного конца. – Сейчас, пока ты слаба, позволь за тебя буду думать только я. И я требую выполнения моих указаний, а не самодеятельности. Отдых не менее важен физиотерапии. Всё должно быть дозировано и выверено. Твое упрямство сегодня привело к небольшой неприятности. Будет тебе урок, слушаться.
Возмущенный взгляд на меня и я спешу пресечь ее возможные негодования.
- Только сейчас, Жасмина. Я же не деспот, а мы не в средневековье. Тобой никто не командует. Ты сильная, характерная и волевая личность, свободная в большинстве случаев поступать по собственному желанию.
- В большинстве случаев? – переспрашивает она и поднимается, усаживаясь на подушки поудобнее.
- Да, в вопросах твоего здоровья и безопасности, к тебе доверия никакого, поэтому это моя юрисдикция. Особенно сейчас. Договорились?
- Справедливо, - нехотя признает мою позицию девушка. – Ты только на Лену не срывайся. Хорошо? Она просила меня остановиться, но я уперлась.
Я лишь дернул губами в подобии улыбки.
- Что? – недоумевает она. – Чего ты на меня так смотришь?
- Мне нравится слушать, как ты говоришь, - объясняю я свое пристальное внимание. – Четко. Без перерывов. И губы больше не кривятся в параличе. Горжусь. Любуюсь. Можно?
- Можно что? Алекс, я говорю уже почти нормально.
- Стройгидравлика скажешь? – Усмехаюсь и встаю с кровати.
- Очень смешно, - бурчит она, откидывая покрывало и пытаясь встать. На ней мягкие домашние брючки и свободная футболка. Босые ступни касаются пола. – Я есть хочу.
- Я попрошу Инессу принести тебе что-нибудь.
- А можно… - начинает она и осекается под моим испытующим взглядом. – Ты меня подавляешь, - опять тушуется и отводил глаза, - твоя аура кажется не оставляет мне возможности дышать.
- Прости, - смаргиваю наваждение и пытаюсь запихнуть свою Тьму поглубже, что бы перестать смущать свою робкую Искорку. Присаживаюсь рядом с ней на корточки, беру хрупкие ладошки в свои руки, заглядываю в глаза. – Извини, Малыш. Я буду сдержанней. Со временем ты перестанешь вообще воспринимать мою ауру отдельной от своей. Мне просто ужас, как трудно сдерживаться, когда вижу тебя. Вот она ты. Рядом. Покорная и зависимая от меня. Не по своему желанию, нет. По обстоятельствам. Но всё равно, совсем близко. И мне трудно сдерживать порывы моей души. Но я буду очень стараться не давить на тебя. – Я пригладил непослушно торчащие кудряшки на голове своей врединки и постарался улыбнуться, - что ты хотела попросить?