Страница 113 из 143
- Порядка ста двадцати лет назад. Уже тогда он был женат и отцом четверых демонят и одного светлого лучика…
- А…?
- А они выросли, лучик, ушли, разлетелись… Прайдон решил вспомнить молодость и вернуть себе радость ощущения себя человеком, отцом…
- Удивительные вы создания, Кирилл, - удивляюсь я. – Вы можете поставить весь человеческий мир на колени и править здесь безраздельно… а хотите чувствовать себя смертными…
- Да, у нас бывают личности с завышенным эго… Но мы уже научились на ошибках, и основная масса носителей тьмы пришла к выводу, что этот мир нам нравится и губить его нам не хочется. А ведь, именно гибель и ждёт мир, если равновесие будет нарушено… пойдет откат такой силы, что чудом будет, если кто успеет уйти в другие миры… а там… опять начинать всё с начала…
- Так появился Контроль?
- Так появился Контроль, - тихо соглашается с моими выводами Чернов. – Не все приняли идею сосуществования с человечками…
- А с носителями Света вы тоже не сразу научились сосуществовать?
- Оооо, - вздохнул Кирилл, - это вообще отдельная, история. Местами очень печальная. Я не хочу, что б ты в нее вникала – тебе будет больно, капелька.
- А почему из твоего Круга никого нет рядом с тобой, кроме Антона? Ведь везде тебя окружают только люди…
- Не только, ты просто их не чувствуешь. Ведь демонов среди ближнего окружения почти нет. Демоны не привыкли подчиняться. Но, как люди любят выражаться, нечисти в моём Кругу много.
- А почему Прайдон не создал Свой Круг?
- Он слабый демон, - равнодушно протянул мне в затылок Кирилл. – Как человек, он намного опаснее и сильнее личность, чем его тёмная сторона. Он даже убить может человеком без зазрения совести, одним ударом, таким, что не каждый демон устоит. А вот магические силы у него больше направлены на побочные направления: телепортация, манипулирование сознанием, магия принуждения…
- Но не боевая, - понятливо шепчу я и поворачиваюсь к демону лицом. – И почему ты его взял в Свой Круг? Ты не похож на любителя благотворительности …
- Ты совсем плохого обо мне мнения, - пытается обидеться Кирилл, но сдаётся под моим скептическим взглядом. – Он спас мне жизнь, капелька. Очень давно. Я тогда был совсем другим… демоном… сейчас, после того, как ты открыла мне глаза… я понимаю, действительно, тогда я был не готов принять свой Источник. И да, я был тебя не достоин тогда. Я не смог бы тебя обезопасить даже от своего демона. На путь осознания я встал благодаря Антону и его семье, где мне пришлось немало провести времени, зализывая свои раны.
- И тем не менее, весь такой из себя святой Прайдон, убивал…
- Убивал, - вздыхает мой демон, - и будет еще убивать. Но поверь, капелька, его преступления не идут ни в какие сравнения с моими…
- Я в курсе, - вздрагиваю я от осознания всего того, что видели мои искры, ныряя глубоко в бездонной мгле его души.
Моего источника заискивающе коснулась маленькая мягкая лапка щенка, сотканного из первозданной тьмы… виновато повисшие ушки и большие слезящиеся глаза смотрели с надеждой и мольбой о прощение… пришлось приласкать несчастный обрывок тьмы, потрепав по загривку лучиком света.
- Это было давно, Кирилл, ты изменился. – Я не спрашивала, я утверждала. Убеждала нас обоих и мы верили.
- Да, - грусть в голосе. – Иначе бы не заслужил тебя у Мироздания.
- А Ортайл, он тоже вхож в чей-то Круг? – Вдруг вспоминаю я своего неуравновешенного друга.
- А ты как думаешь? – Лукаво отвечает мне вопросом Чернов.
- Думаю, он слишком амбициозен и силён…
- Точно, любовь моя. Он создаст Свой Круг… Когда-то… Возможно совсем скоро. Ведь на путь осознания он уже встал. Благодаря тебе капелька,
- Значит и ему скоро повезёт встретить Источник? – Обрадовалась я.
- Возможно, она даже уже родилась…
- То есть…
- У него еще есть лет пятнадцать – двадцать, чтобы справится со своими проблемами по части самоконтроля и подружиться со своим даром…
- Жестоко, - мне правда жаль друга. Думала, ему вот-вот повезет.
- Ничего, - усмехается Кирилл, - поверь, что никакого воздержания, кроме духовного ему не грозит.
- Кобели вы все. – Неодобрительно вздыхаю я.
Кирилл не нашел, что мне ответить, поэтому решил просто поцеловать. И в этом поцелуе не было страсти или похоти. Ни вожделения, ни признаний в любви. Нет. Это было раскаяние. Он просил прощение за всё содеянное собой и своим демоном в те далёкие века, когда он был почти безумен… И с каждым касанием его губ, он каялся за каждый свой проступок перед Вселенной, и вымаливал прощение… И я прощала, скользя в его рот своим языком, и я карала, прикусывая его за губу, и я любила, не смотря на осознание, какое чудовище стоит передо мной…