Страница 55 из 60
Ещё хрип, ещё рывок и вот длинная мощная лапа тянется к постаменту, словно в насмешку над гениальным учёным, сияющему ровным синим светом. Тянется к тому, что скрыто под тонкой неразрушимой плёнкой силового поля.
Осознание того, что ещё мгновение и Бардин победит, открывает в теле Густава уже не второе, второе было за километр от убежища, а пятое дыхание и лапа дотягивается до купола силового поля, бессильно падая на него сверху, не имея никаких сил и шансов продавить его физическим воздействием.
С судорожным вдохом Густав собирает последние крупицы силы и порождает ядро воздействия прямо под лапой. Под плёнкой силового поля. На гранях каменного кубика, зачем-то укрытого непреодолимой защитой. Кубика, разрушение которого, по мнению Тьмы, и способно уничтожить Бардина. Уничтожить его окончательно.
И глядя на то, как под действием локальной гравитационной аномалии мелким песком оседает бессмертие Бардина и ощущая, как перестаёт терзать его тело зелёный туман, оскал украшает морду Густава.
Охота удалась!
Глава 14
В голове роились сотни мыслей.
Течение боя, способности гуля, как он их применяет для атаки, как он их применяет для защиты, наши резервы, особенности местности и немного жалостливых соплей, нет-нет, но прорывающихся сквозь барьер самоконтроля.
Я собрал воедино всё, что мог и пытался родить хоть какую-то стратегию. Сидеть в глухой защите и ждать пока у противника кончатся силы — решением оказалось в корне неверным. Противник был неистощим.
Каждая секунда, потраченная на мыслительную деятельность, истощала наши резервы и сужала возможные варианты ответных действий. Этот факт с неумолимостью многотонного катка принуждал меня к скорейшим действиям, но я, упрямо сжав зубы, пытался оттянуть позорную сдачу. Хоть в данный момент, другого варианта финала этого противостояния я не видел.
Давление, оказываемое на нас гулем, было просто чудовищным. Непрекращающаяся атака, каждое мгновение грозящая смертью. А смерть, хоть и не окончательная, ставила крест на смысле этого рейда, обесценивая весь запал и настрой.
Я, чёрт возьми, покинул бункер, шагнув в «большой» мир, намереваясь согнуть его под себя. Согнуть его силой.
И такой позорный слив?
Оставалось сделать последнее. Единственное, что ещё не было опробовано против этой твари. То, чему она настойчиво и предельно успешно сопротивлялась.
Ближний бой!
Тварь категорически не шла в ближний бой, держалась от нас на расстоянии примерно пятидесяти метров, чуть подтягиваясь вперёд, когда я телепортировал всех назад и шустро отлетала назад, когда я пытался сократить дистанцию.
Тварь слишком трепетно держала нас на расстоянии. Не давая приблизиться к себе, но и не выпуская никого из нас из своей хватки.
А что ты будешь делать, тварь, если я разделю группу?
Ключевой точкой, вокруг которой я решил построить обманный манёвр, была «Тьма» девушки, так и оставшаяся лежать там, куда её выбило первым импульсом во время стремительного нападения твари. На первый взгляд, оружейная платформа не пострадала, и я очень надеялся, что не пострадала она не только на первый взгляд.
Собрав все свои резервы, предупредив шёпотом Тра, на мгновение скрывшись от взгляда твари за спиной девушки, чтобы она готовилась открыть огонь как только появится шанс, рассчитав все необходимые для финта прыжки и переносы, и видя, что Пётр тоже подобрался, как будто почуяв, что сейчас что-то будет…
Погнали!
Вся операция уложилась в пять шагов. Стремительно. Непредсказуемо. За гранью. Смертельно опасно.
Это был удар из последних сил. Я снял защиту с Тра за три переноса до момента, как ей откроется возможность начать действовать. Иначе, резервов сознания уже не хватало.
Перенос — Тра, уже без защиты, отправляется на максимальную дистанцию мне за спину, туда, где в шаге от её ног лежит ей прелесть. Ей больно, большая часть металла её брони уже в её крови, кровью же пропитана и одежда. Сейчас, без защиты Шлейфа броня с новыми силами вгрызается в тело девушки, счёт идёт уже не на секунды, а на мгновения, но я должен успеть.
Перенос — я шагаю через нереальность вперёд, на максимальную дистанцию Шлейфа, туда, где уже стоит Пётр, перекрывающий прямой путь твари к девушке, если вдруг гуль решится на рывок вперёд.
И последний перенос — снова я и снова вперёд, ещё раз на дистанцию, рвущую сознание и разум, на дистанцию, на четыре метра превышающую максимальную, свернув Шлейф в спицу, сняв защиту ещё и с Петра, убивая его этим, так как воздействие гуля на его броню уже набрало слишком много силы. Это должен был быть его перенос.
Тварь, обнаружив меня буквально в десяти метрах и понимая, что мне нужен всего один шаг, чтобы воткнуть ему под подбородок клинок экстрактора, который я уже активировал, резко отпрянула назад, теряя равновесие и манёвром диска восстанавливая его, заодно стремительно разрывая дистанцию, судорожно пытаясь восстановить безопасные пятьдесят метров. Одновременно, концентрируя на мне предельную мощь своей способности, пытаясь меня остановить, отбросить, затруднить прыжки.
Выпуская из убийственной хватки Тра.
Последствия этого не заставили себя ждать. Длинная очередь из «Тьмы» оповестила меня о том, что оружие боеспособно.
Тварь задёргалась, перераспределяя внимание и ослабляя на меня давление. Два металлических шара рванули вперёд, закрывая гуля от пуль, и, заодно, пытаясь задеть и меня. Воспользовавшись тем, что один из шаров закрыл твари обзор, я попытался уйти в сторону, открывая Тра сектор стрельбы, совсем забыв, что гуль ориентируется совсем не глазами.
Мгновение, когда мне кажется, что у нас есть шансы. Тра стреляет чем-то совершенно убойным, я вижу, как пули, только покидающие ствол, окутываются тёмным маревом, вижу их стремительный полёт, вижу, как тварь, лёгким движением лапы сбивает траекторию пуль и с мрачным удовлетворением вижу, как металлические болванки сносит полями твари в сторону, а вот тёмные сгустки продолжают своё прямолинейное движение. Вижу, как они достигают металлических шаров и вгрызаются в спрессованную поверхность, продавливая её, деформируя, вырывая куски, нанося урон.
Длинная очередь практически разваливает один из шаров. Мелкие огрызки летят в разные стороны, и тварь не спешит собирать их в прежнюю конструкцию. Вместо этого гуль, продолжая стремительный полёт на платформе, чуть присаживается, опираясь на платформу лапами, и издаёт короткий визг.
Словно в замедлении, я вижу словно рябь на воде, в виде структурированной энергии Королевы, расходящуюся волной от твари, чувствую, как слабеет хватка, пытающая меня смять, и слышу короткий вскрик Тра, когда на неё обрушивается вся мощь предельно сконцентрированной в одной точке хватки гуля. Вижу, как ломается фигурка девушки, как металлические элементы брони пробивают грудь, плечи, ноги. Вижу, как оружие в её руках сминается, как будто сделанное из пластилина, и девушка падает на землю.
Пётр, стойким оловянным солдатиком возвышается над руинами, но я знаю, что он тоже мёртв, и упасть телу не даёт лишь заклинившая экзоброня.
Тварь всё это время сдерживалась!
Весь бой гуль держал в рукаве козырь и, дождавшись атаки, в которую были вложены последние силы, спокойно его выложил.
Тварь! Тварь! Тварь!
Красная пелена затягивает мир вокруг, сужая область зрения и отсекая всё сейчас неважное и несущественное. Сейчас для меня существуют лишь две вещи: этот гуль и тот возмутительный факт, что он ещё жив.
Рывок вперёд, с одновременным переносом в Шлейф платформы, на которой парит гуль. Короткая дезориентация твари и его падение прекращается, а я вижу, что он держит себя в воздухе за счёт всего железа, что обёрнуто вокруг его тела. Взмах клинком экстрактора и скрежет металла, лентой поднырнувшего под удар и прикрывшего уязвимую область, говорят мне, что реакция твари на высоте. Я Шлейфом рву всё, что на нём одето, отбрасывая куски металлических «доспехов» как можно дальше. Гуль пытается помешать мне рвать с него «одежду», своей силой выстаивая какие-то блоки и пытаясь укрепить/уплотнить/усилить весь напяленный металлолом.