Страница 28 из 85
И почему он так медленно выпрямлялся? Он что, разглядывал ее ноги? Он продолжал выпрямляться, его взгляд медленно поднимался вверх по ее платью к вырезу. Ее лицо вспыхнуло. Господи, она знала, что не должна была надевать это платье.
Она прочистила горло.
– Моя сумочка?
Он перевел взгляд на ее лицо, потом на свою руку, как будто с удивлением обнаружив там клатч.
– Вот.
Она взяла ее.
– Спасибо.
С горящими щеками она поспешила к машине и села на длинное боковое сиденье рядом с Мэдисон.
Джош и Грегори забрались внутрь. Когда они отъезжали, она услышала возмущенный крик папарацци.
Должно быть, он освободился от контроля разума Грегори. Она настороженно взглянула на него. Как часто он играл с головами людей? Ее взгляд переместился на блестящий хромированный потолок лимузина. Она видела отражение своего бледного лица, но не его.
Задрожав, она обернула свой платок плотно вокруг плеч.
– Привет, Снейк, – поздоровался Грегори с огромным вышибалой у простой черной двери в конце темного переулка.
Вышибала хмыкнул и прищурил свои маленькие глазки. Грегори предположил, что его зовут Снейк, так как у него была татуировка змеи, которая ползла вверх от шеи к лысине, но он никогда не спрашивал. Снейк не был разговорчивым парнем.
Вышибала принюхался и скривил губы.
– Смертные.
Грегори кивнул.
– Они – мои гости на этот вечер.
Снейк хмыкнул.
– Ты знаешь правила, – он открыл дверь и впустил их.
– Какие правила? – спросил Джош, входя вместе с Грегори.
– Ничего особенного, – солгал Грегори. Не было ничего необычного в том, что вампир приводил в клуб смертного парня или девушку, но, когда их отношения заканчивались, вампир должен был стереть память смертного.
– Какие правила? – снова спросил Джош, осматривая комнату.
Грегори вздохнул. Ему придется что-то придумать.
– Мы не должны позволять смертным пить кровь. От этого им становится плохо.
Джош кивнул, видимо, поверив в эту историю. Когда девушки вошли, он остался рядом с ними. Чарльз двинулся к центру пустого танцпола, затем повернулся, осматривая комнату.
Это был прямоугольный зал, просто оформленный, с деревянным танцполом посередине, по бокам которого стояли маленькие круглые столики и деревянные стулья. У правой стены за пультом стоял диджей. Вдоль левой стены тянулся длинный бар, и в этот ранний вечер дежурил только один бармен. Около двух дюжин вампиров сидели за круглыми столами, тихо болтая и потягивая кровь из бокалов. В дальнем конце комнаты несколько пар сидели, прижавшись друг к другу, в креслах в форме полумесяца, обитых красным бархатом.
Играла медленная музыка, но никто не танцевал. Толпа была меньше, чем обычно, и более подавлена. Вампиры, вероятно, не хотели веселиться, не во время вампирского апокалипсиса, висящего над их головами.
– И это все? – Мэдисон нахмурилась, оглядываясь. – Все выглядит так нормально. Даже люди выглядят нормально.
А чего она ожидала? Голую римскую оргию?
– Сейчас только половина десятого, – объяснил Грегори. – Обычно здесь спокойно до трех, пока большинство вампиров не уйдут с работы, и толпа с Западного побережья не начнет телепортироваться, – он не хотел признавать, насколько волновались вампиры.
Мэдисон вздохнула.
– Музыка немного тихая.
Грегори кивнул.
– У нас чувствительный слух. Если музыка слишком громкая, она может быть болезненна для нас.
– Мне это нравится, – Эбигейл взглянула на сестру. – Мы сможем слышать друг друга.
Она избегала смотреть на него. Отлично. Он должен был сделать девочек счастливыми, но Мэдисон была разочарована, а Эбигейл испугалась. Он едва ли мог винить ее. Сначала он напугал ее, применив вампирский контроль сознания к папарацци. Затем он смутил ее, заглядываясь на ее сладкое тело. И, наконец, он напугал ее по дороге. Он не отражался в хромированном потолке лимузина, но мог видеть отражение в нем, и он увидел, как она содрогнулась и от ужаса съежилась.
– Я поговорю с диджеем, – предложил Грегори. – Финеас, почему бы тебе не сопроводить дам в кабинку?
– Конечно. Дамы? – Финеас повел их через танцпол к кабинке, обитой красным бархатом, за ними следовали сотрудники Секретной службы.
– Привет, Грегори! – две вампирши помахали ему из-за столика рядом с диджеем.
Он помахал в ответ. Они выглядели знакомыми. Наверное, он уже танцевал с ними раньше. Блондинкой была Пруденс? Прунелла? Он назвал ее Пру.
– Привет, дамы. Вы сегодня прекрасно выглядите, – сказал он, направляясь к диджею.
Они хихикнули.
– Привет, Грегори! – диджей пожал ему руку.
– Как насчет настоящей музыки? – спросил Грегори, кладя на стойку пятидесятидолларовую купюру. – И немного света. Целое шоу.
– Все будет, чувак, – диджей нажал несколько кнопок.
Огни потускнели, сверкающий диско-шар начал вращаться, а красные и синие лазерные лучи заметались по комнате. Комнату наполнила стремительная, грохочущая техно-музыка.
Две вампирши вскочили на ноги и захлопали в ладоши. Они бросились к Грегори и схватили его за руки.
– Отлично, Грегори! – сказал Пру с британским акцентом. – Будь хорошим парнем и потанцуй с нами.
– Si, – сказала другая с испанским акцентом. – Ты такой горячий! – ее голос звучал так, словно кашляла мокротой.
– Мне очень жаль, но я на той вечеринке, – он кивнул в сторону кабинки, которую выбрал Финеас, и заметил, что Эбигейл наблюдает за ним. Черт. Десять минут назад она не хотела смотреть на него, но теперь она смотрела на него, как ястреб.
– Но это же несправедливо, – возразила Пру. – С этими двумя девушками трое мужчин, а у нас их нет.
– И мы хотим тебя, потому что ты такой горячий!
– Извините, – он высвободился из их хватки. – В другой раз, ладно?
Пру выпятила нижнюю губу.
– То же самое ты говорил и в прошлый раз.
Правда? Он прошел через танцпол к бару.
– Привет, Грегори! – две вампирши, сидящие у бара, улыбнулись ему.
– Привет, леди, – он улыбнулся в ответ и повернулся к бармену. Пока он заказывал выпивку, две девушки приблизились к нему.
– Хочешь еще выпить с нами? – спросила одна из них. – В прошлый раз нам было так весело.
Когда это было? Он не мог вспомнить. Восемнадцать лет пролетело с тех пор, как он стал вампиром. Что, если его мать права? Что, если он принимает вечность как должное и тратит свое время впустую? Он годами развлекался. С таким количеством женщин. Он даже не мог вспомнить имена этих девушек.
Он всегда говорил себе, что делает вампиршам одолжение, развлекая их. Но разве они не заслуживают настоящего друга, который мог бы запомнить их имена?
Такого рода вещи никогда не беспокоили его раньше, так что изменилось сейчас? Он бросил взгляд на кабинку и обнаружил, что Эбигейл все еще наблюдает за ним. Дерьмо. Вот в чем была проблема. Она изучала его, как новый вид. И он не был уверен, что ему понравилось то, что она узнала о нем.
– Простите, в другой раз, – он схватил два мартини и направился к кабинке.
Он поставил напитки перед дамами.
– У них здесь всего несколько напитков для смертных. Это яблочный мартини.
– Замечательно! – Мэдисон сделала глоток и улыбнулась. – Это восхитительно! И мне нравится свет и музыка. Спасибо.
– Не хочешь потанцевать? – спросил Финеас.
– О, да! – Мэдисон вскочила и вышла на танцпол вместе с Финеасом.