Страница 8 из 8
– Пустой треп. Отец мог вытребовать с вас втрое больше, но слишком хорошо относился к твоему отцу. Тебе придется сильно постараться, чтобы заслужить и мое хорошее отношение… – в последней реплике тон слегка сменился, и мое тело полыхнуло жаром. Я прекрасно поняла намек.
Все! Это уже последняя капля!
– Да катись ты, Яров! – мишура самообладания слетела, как луковая шелуха.
Я вскочила на ноги и, кипя от негодования, ринулась к двери.
– Отличный способ вести дела! – донеслось саркастическое. – Даю твоей фирме максимум год. Потом под таким руководством она точно ко дну пойдет.
Я застыла столбом, уже занеся ногу над порогом. Потом медленно обернулась. Буравила невозмутимо наблюдающего за мной оборотня ненавидящим взглядом и понимала, что так просто уходить нельзя. Это будет означать, что он прав – никчемный из меня директор фирмы. Развернулась и двинулась обратно. В этот раз сев в кресло, постаралась принять более уверенную позу и с вызовом взглянула в глаза Ярову.
– Мы готовы пересмотреть условия контракта. Хотите вознаграждение больше? Давайте обсудим.
– Деньги меня не интересуют, – протянул он, и в его глазах снова зажглись золотистые отблески.
– Ничего иного я предложить вам не могу, – холодно откликнулась я.
– Еще как можешь, девочка, – голос приобрел легкую хрипотцу, и внизу живота заныло так, что я нервно заерзала на месте. – Ты ведь понимаешь, что я чую тебя? – еле слышно и рокочуще проговорил Видан. – Как сильно ты возбуждена. Как и в тот раз. Помнишь? Я вот не забыл той встречи. Знаешь ли, не люблю незавершенных дел.
Да плевать на то, что ты там любишь! – хотелось выпалить, но я сдержалась. Хоть и с трудом!
– А я вот не собираюсь иметь с вами никаких отношений, помимо деловых, – заявила, вскидывая подбородок. – Так что это ваши проблемы, – последнее уже было лишнее, но вырвалось почти помимо воли.
– Не принимай ты ликапин, я мог бы тебе приказать. Ты ведь это понимаешь? – взгляд его сделался таким тяжелым, что в этот раз я не выдержала и опустила глаза.
Я прекрасно понимала. Отец рассказывал, как сильно влияние альфы на членов своей стаи. Ему стоит приказать, и отказать будет невозможно. Своего рода гипноз или безусловный рефлекс.2041a3
– Ты ведь все еще остаешься частью моей стаи, – услышала новую реплику. – Твоему отцу разрешили нас покинуть, но речь о его детях-оборотнях не шла.
– Я больше не оборотень! – процедила, все еще не решаясь взглянуть на него. – И я рождена свободной. Вы не имеете права предъявлять мне какие-то требования.
Молчание тянулось так долго, что я все же решилась поднять глаза. Тут же об этом пожалела. Альфа смотрел таким голодным звериным взглядом, что меня практически вдавило в кресло. Я с шумом выдохнула и сипло произнесла:
– Давайте вернемся к обсуждению контракта. Я здесь только за этим.
– Неужели? – лицо альфы приобрело более спокойное выражение, но я физически ощущала его напряжение. – Еще скажи, что не думала обо мне все это время!
– Не думала, – солгала я, хотя этот мерзавец приходил в мои мысли и сны гораздо чаще, чем хотелось бы.
– Ты ведь знаешь, что оборотни знают, когда им лгут, – протянул Видан и его глаза довольно блеснули. – Сердцебиение учащается, интонации голоса слегка меняются. Давай начистоту, волчица.
– Я не волчица! – тут же огрызнулась я, чувствуя, как самообладание снова трещит по швам.
– Волчица, – он ухмыльнулся, – как бы ни пыталась это отрицать. Между нами с самого начала возникло особое притяжение. Надеюсь, этого ты отрицать не будешь?
В этот раз я не решилась солгать. Все больше хотелось вскочить и, наплевав на все, убежать прочь. Подальше от так смущающего мужчины.
– Я тоже думал о тебе, – его неожиданное признание совершенно огорошило. Я даже дышать перестала, с неудовольствием замечая, как сердце охватывает что-то вроде ликования. Какого черта?! Да плевать вообще, думал он обо мне или нет! Меня это вообще заботить не должно! – Хочу, чтобы ты осталась в стае. В моем доме.
А вот теперь я поняла, что значит настоящий шок. Округлившимися глазами смотрела на альфу, по чьему лицу сейчас ничего нельзя было прочесть. Только глаза светились теперь отчетливым золотистым светом, что выдавало, насколько сильны эмоции, бушующие у него внутри.
– В качестве кого? – выдавила я, судорожно цепляясь за свой портфель, словно утопающий за спасательный круг.
– Ну, для начала в качестве моей женщины.
Контрольный в голову! Сама формулировка настолько возмутила, что мне не без труда, но все же удалось унять возбуждение. Да за кого он себя принимает?! Предлагает мне роль своей девки так, словно делает величайшее одолжение! Еще и дает понять, что я могу ему надоесть, и мое положение может измениться.
– Этого не будет никогда, – процедила я, поднимаясь и не глядя на него, чтобы не лишиться мужества. – Контракт оставляю у вас. О своем решении насчет него сообщите. Можете послать письмом в мой офис или передать с кем-то из своих людей. В любом случае это наша с вами последняя встреча.
Я резко крутанулась на каблуках и двинулась к выходу, спиной чувствуя буравящий спину взгляд. Услышав утробный рык, застигнувший уже у самого порога, почувствовала, как сердце ухнуло в пятки. Дернувшись, обернулась и зажала себе рот рукой от охватившего ужаса. У Видана началась трансформация. Он судорожно цеплялся за столешницу, и я видела, как его пальцы становятся крупнее и длиннее, а ногти на них удлиняются и заостряются. Вся фигура тоже становилась ощутимо больше, рубашка жалобно трещала по швам. Нижняя челюсть выдвигалась, обнажая устрашающие клыки. Глаза теперь стали совершенно звериными. Волчьими. И эти самые глаза были устремлены прямо на меня!
Я закричала, напрочь позабыв об извечном желании все решать своими силами:
– Помогите! Помогите, кто-нибудь!
В мозгу панически билась мысль – меня сейчас просто разорвут!
– Убирайся! – рычание, вырвавшееся из устрашающей челюсти Ярова, уже мало напоминало человеческую речь, но разобрать слова все же было можно. – Вон!
Я не заставила себя упрашивать и опрометью ринулась прочь, больше ни разу не оглянувшись.
Не чувствовала себя в безопасности даже когда оказалась в своей машине и покинула территорию оборотней. Все казалось, что машину преследует громадный волк. Позже трансформацию Ярова не раз видела в кошмарных снах и каждый раз просыпалась от собственного крика.
Но что самое странное – через три дня к нам в офис прислали контракт. Подписанный Яровым. Он согласился на все условия. Это уж вовсе не укладывалось в голове. Но я тогда вздохнула с облегчением. Не напрасно пережила всю эту жуть!
Какой выбор сделает Яров теперь, четыре года спустя, оставалось только догадываться…
Глава 4
Где-то за три километра до блок-поста оборотней я быстро глянула на себя в зеркало, проверяя внешний вид. Не хватало еще предстать перед ними растерянной и показать, насколько мне не по себе возвращаться сюда. Слабо улыбнулась своему отражению, подумав, что хорошо, что лично с Яровым встречаться не придется. Он бы, без сомнения, мог неадекватно отреагировать на изменения в моей внешности.
Я больше не считала необходимым искусственно себя старить или скрывать внешность. Напротив, за те четыре года, что мы не виделись, научилась пользоваться ее преимуществами. Насколько легче идут дела, когда бизнес-партнеры или клиенты поддаются моему природному обаянию и становятся гораздо сговорчивее! Я в полной мере оценила свое кукольное, словно фарфоровое личико с пухлыми губками, маленьким, чуть вздернутым носиком и огромными синими глазами. Полуночно-синими, как в вечер нашего знакомства выразился Аден Ларес. Сказал, что мои глаза такого же цвета, какое принимает ночное небо, когда чернота больше напоминает глубокую и насыщенную синеву. Таких комплиментов мне раньше не говорили, и я оценила.
Конец ознакомительного фрагмента.