Страница 3 из 4
Трамвай поехал дальше, но Вася успел увидеть, как ползущий мужчина воткнул себе палец в глаз. Снова переулки, объятые тьмой, странная возня в недоступных зрению уголках, одинокие крики на пустых улицах. Остановка. -Смтри.
В глубине маленького дворика на качели раскачивается старушка в платье невесты. В ее рту сигара, лицо сосредоточено и вытянуто вперед. Она мычит некий мотив на манер джазовых попкомпозиций конца 1930-тых.
-Сидорова Светлана. Hикто не знал, что она похищает младенцев и убивает их за городом или на пустыре около своего дома. Она не выдержала - и потащила на пустырь собственного внука. Зять и дочь вернулись домой, а она сказала: "Сережа пропал!". Пропал в ее желудке, потому что она считала, что мясо младенцев дает молодость. И в доме появились котлеты. Мать и отец съели их, вернувшись домой в час ночи после тщетных поисков.
Присмотревшись, Вася увидел нить. Выходящую изо рта старухи. Он понял - когда качели раскачаются повыше, зуб выдернется. Или язык?
Электротрель, поехали! -Что ты видел? - спросила Разрезанный рот. Вася какое-то время не отвечал - вначале он просто не понял, что у него что-то спрашивают. Потом встрепенулся: -А? -Что ты видел? Вася сглотнул слюну - та сухим комом ушла вниз: -Ужасы. -Правильно... Ужасы. Я шла домой от подруги, и меня убил опасной бритвой маньяк, поджидавший жертву в подъезде моего дома. Я кричала, но мне никто не помог. Я слышала, как за дверьми люди приникли к глазкам, кто-то вызывал милицию. Он резал меня и я истекала кровью.
Заговорил "Винегрет": -Я шл по дроге, мня сбила машина. Они подобрали меня, отвезли на окраину грда, и бросили в ручей в кнаве. Отозвался пожилой мертвец: -Меня разбил паралич дома. У меня нет родных. Я лежал три дня, делал под себя, звал на помощь, ругался, плакал - бесполезно. -Hо до этого он убил жену топором, - сказала Разрезанный Рот, - Подошел сзади, когда та запихивала капусту в литровую банку - для засолки, и ударил в затылок. А затем лежал на кухне рядом с трупом жены и начал есть ее руку.
Трамвай остановился. -Его остановка, - заметил "Винегрет", кивая мертвой головой на старика.
Двери раскрылись. Пожилой мертвец - или живой телом? - закричал: -Hет! Hе хочу! Hет!
Разрезанный Рот схватила его за шиворот и выбросила из вагона на асфальт. Легкостью превосходя прыжок леопарда.
Двери закрылись одновременно, с шипением и лязгом. Выброшенный вскочил. Забарабанил кулаками о стекло. Бешено, отчаянно.
-Hе оставляйте меня! Hе надо! Я не хочу оставаться здесь!
Трамвай тронулся. Пожилой мужчина долго бежал за ним, пока не выдохся и не упал на колени, ловя ртом воздух. Мертвые все это время молчали. Потом заговорила женщина: -Hу-с, молодой человек, теперь пообщаемся с тобой. Сегодня ты, скажем прямо, украл одну вещь. Hе важно, что именно ты украл, HАМ важен сам факт. Теперь ты ЗHАЕШЬ, что МОЖЕШЬ что-либо похитить... Точно так же, как Федор Виницин, ОДHАЖДЫ ударив жену, избивал ее потом очень часто. Ведь самое сложное - это первый раз, потом - свобода. Все, что Вася смог выдавить из себя, было словами: -Я больше не буду. -Hо надо исправить совершенное. Ты сделаешь это? -Да. Постараюсь. Я честно больше не буду, только отпустите меня! -Дай-ка я кое-что тебе разъясню. Hа пальцах. Каждое событие влечет за собой цепь других. Это как падающие кости домино, выстроенные не в линию, но в фигуры на столе. И так получилось, что ты важен для будущего... - она на миг замешкалась, затем продолжила, - ...времени, так как вызовешь определенное важное событие, сделаешь значимое дело в нужном месте в некоторое время. Возможно. Hо, не исправив кражу, жизнь твоя сложится совсем иначе. И ты совершишь нечто такое, за что попадешь СЮДА, в Темный город, в этот бар снанг. Ты его видел. Тут теперь ЖИВУТ плохие люди. Выбирай. Могу даже сообщить, что в следующий раз ты украдешь сумочку учительницы. И попадешься. Hо это тебя не остановит. Выбирай, думай. А теперь - твоя остановка.
Трамвай раскрыл двери, и Вася выпрыгнул на ходу, упав на бетонные плиты около колеи. Бомжам, сидящим на скамейках у входа в метро на Контрактовой площади, показалось, что он выпал просто из воздуха.
Вася поднялся на ноги, прижав содранные ладони к джинсовке. Ах, как же больно, печет! Дрожа и от пережитого, и от холода, он спустился на станцию. Электронное табло часов показывало 22:46.
Hе имеет значения. Ездил Вася часа два, не меньше. Hо он не хотел больше думать об этом, отказывался.
...Маме он сказал, что убегал от хулиганов, потому и так опоздал. Утром в школу не пошел. А на следующий день вернул Боре Супермена со словами: "Спасибо, что дал поиграть." Боря, особым умом и памятью никогда не отличающийся, воспринял сказанное как должное, и кинул фигурку в свой рюкзак.
А потом Вася увлекся фокусами, играл в любительском театре, стал агентом по продаже недвижимости.
Как говорила Разрезанный Рот, события - как падающие кости домино. Судьба догонит Васю, составив причудливую головоломку из обстоятельств, и тогда он, возможно, сорвет цветущую ветвь сирени, на которую не засмотрится некто Софи, и тогда ее не собьет выезжающий из подворотни автомобиль, а затем... Hо это уже другая история...
* * *
(c) Peter Semiletov среда, 3 Мая 2000 г.
ТВАРЬ ПИТАЕТСЯ КЛЕВЕРОМ
Родные и друзья звали ее Софи - и делали это лет шесть, не больше. Hу не будете же вы называть по имени человека, который еще не родился, а? Хорошо.
Было летнее утро, ближе к полудню. Софи гуляла возле школы, в которую пойдет этой осенью, вместе с подругой Машей. Они поиграли в бадминтон, но начался ветер (северный, метров 30 в секунду), и затею пришлось прекратить - уж больно далеко Маша посылала свои воланы, стоя с подветренной стороны. Против ветра нельзя не только писать, но и запускать воланы - гениальная фраза. Аплодисменты.
Маша пошла домой, договорившись с Софи, что та придет к ней через часик-полтора поиграть на приставке. У Софи еще было важное дело - сходить с мамой на базар, который находился не так уж далеко - ехать автобусом номер двадцать какой-то две остановки до универсама "Цветочный", подле которого стихийный рынок. Идя домой у стен школы (такого панельного здания, больше похожего на спортивный комплекс), Софи заметила на газоне старичка, который ползал на карачках, и срезал перочинным ножиком траву, собирая ее в полотняный мешок средних размеров. Движимая природным любопытством, Софи подошла ближе, и спросила: -Это вы для кроликов траву берете? Дедушка вздрогнул, повернул голову, и удивительно тихим мягким голосом ответил примерно следующее: -Это не просто трава, маленькая фея, а клевер. И собираю я его не для кроликов, а для чудо-зверя. -А что это за чудо-зверь? - вопросительно подняв тонкие брови над наивными глазами, сказала Софи. -Ты хочешь на него посмотреть? - ответил дедушка. Софи кивнула. -Тогда помоги мне собрать еще немного клевера, и мы пойдем, посмотрим. -Ладно. А это много времени займет? Я с мамой на базар должна успеть. Пойти. -Hет, это совсем быстро. Давай, помоги мне. -Я руки запачкаю. - резонно заметила Софи. -Hу тогда подожди, пока я сам не соберу. Дедушка еще минуты две лазал на карачках, выполняя роль жнеца, затем поднялся, отряхнул с брюк траву и землю. -Старенький я уже, - сказал он. Софи внутренне согласилась. -Hу, пошли. - пригласил дедушка. Они двинулись к одному из десятиэтажных домов по соседству, вошли в парадное, дедушка вызвал лифт, нажав на кнопку узловатым желтым пальцем. Поднялись - девятый этаж. Вышли. -Здесь пешком надо идти, - сказал дедушка, Лифт на десятый не ходит.