Страница 38 из 58
Те что не имели римских солдат в своем гарнизоне сдавались без боя. Греки есть греки. Да, и понять их можно очень хорошо. Простым грекам нафиг не уперся этот великий и ужасный Рим. И класть головы за его величие они не собирались. В принципе, это их страна, а римляне и Селевкиды тут просто чужаки. Несмотря на всю свою храбрость, дисциплину и боевое мастерство, ни один из римских гарнизонов не смог продержаться долго. Для этого римских солдат было слишком мало. В таких вот штурмах в первых рядах Саня пускал своих греческих союзников. Так он убивал сразу двух зайцев. Берег своих воинов для будущих боев. А что? Они тут, между прочим, ведут войну за освобождение греков. Вот пусть греки и отдуваются, а не прячутся за спинами Селевкидов. И одновременно с этим, так правитель Селевкидов еще и вязал кровью своих греческих союзников. Убив столько римлян своими руками, они так просто уже не смогут соскочить и предать Селевкидов. Римляне в таких делах очень щепетильны. Одно дело – когда ты лишь формально был противником Рима, не принимая участия в боевых действиях. И совсем другое дело – когда ты самолично резал римских граждан. Тут точно пощады не будет. В конце концов, вся Акарнания была захвачена, и царская армия двинулась дальше. Теперь ее целью стал Эпир. Последняя из областей Греции, которую следовало освободить от римского влияния. Уже на самой границе с Эпиром царскую армию догнала радостная новость. В морском сражении при острове Кефалления в Ионическом море флот Селевкидов разбил еще одну большую римскую флотилию. Селевкидский наварх Леонатис в очередной раз доказал превосходство новой тактики. На этот раз римляне собрали сто шестьдесят кораблей и попытались прорваться в Эгейское море мимо побережья Пелопоннеса. Тот римский флот Леонатис тоже сжег при помощи "сирийского огня", понеся не очень большие потери. Вот теперь маятник качнулся уже в сторону Селевкидов. На море превосходство медленно но верно стало переходить к ним. После такого разгрома римские корабли уже не осмеливались подходить к греческому побережью южнее Коринфского залива. И в этом нет ничего удивительного. Ведь, селевкидский флот в данный момент базировался уже в Коринфе и мог достаточно быстро выйти на перехват противника уже в Ионическом море.
И вот армия под командованием царя Александра вошла в Эпир. Эта область расположенная на северо-западном побережье Греции выглядела довольно пустынной и разоренной войной. Именно, отсюда римляне начали свое завоевание Греции. Эпир принял первый удар римских легионов. К эпирцам у Рима давняя нелюбовь. И все из-за эпирского царя Пирра, который был одним из самых сильнейших врагов Римской республики. В 279 году до нашей эры этот талантливый военачальник объявил войну Риму и высадился в Италии. Он нанес ряд серьезных поражений римлянам и смог даже захватить юг Италии. Кстати, знаменитое на весь мир выражение "пиррова победа" как раз и относят к этому самому эпирскому царю Пирру. Оно появилось после битвы при Аускуле. Тогда Пирр тоже победил римлян, но понес катастрофические потери. Несмотря на все свои военные успехи, Пирр все же ту войну проиграл, а Рим уцелел. Хотя и был на грани поражения. Пожалуй, после Пирра также напугать гордых римлян смог только один человек. Ганнибал. Вот с тех пор римляне эпирцев не очень любят. И они это доказали на практике, когда вторглись в Грецию. Тогда римские легионы прошлись по Эпиру огнем и мечом. Многие эпирские города тогда были взяты штурмом и разграблены. А их жители угнаны в рабство демократичными римлянами. Ох как же подешевели в то время рабы из Греции на римских рынках! С тех пор Эпир заметно так обезлюдел, а многие его города так и лежат в руинах. На момент вторжения Селевкидов в Грецию Эпир считался независимым. Но все то знали, что это чистая формальность. На самом деле там уже давно всем распоряжались римляне. Во всех крупных городах этой многострадальной греческой области всем рулили римские наместники, собирая дань в пользу Рима, и стояли римские гарнизоны. Римляне даже свои колонии в Эпир выводили.
Что такое римская колония? Сейчас объясню популярно. Это небольшое, укрепленное поселение римских граждан, основываемое на недавно завоеванных землях. Обычно, такие колонии строились на месте старых военных лагерей римских легионов, а потом вырастали в города. Причем, первыми поселенцами там были ветераны, успевшие повоевать за Рим в многочисленных войнах. Таким образом, римляне получали очаг римской культуры на враждебных территориях. Так Рим расширял свое влияние и мог постепенно романизировать местных жителей по своим стандартам, замещая местную культуру своей. Типично имперская тактика в действии. А вы думали, что ее придумали римские императоры? А вот и нет. Все уже было придумано до них милыми и демократичными добряками из Римской республики.
При приближении царской армии к городу Амбракия, бывшему когда-то столицей Эпирского царства, горожане подняли восстание и смогли перебить большую часть римского гарнизона. Двум сотням римлян все же посчастливилось уцелеть в той резне и они заперлись в крепости, бывшей когда-то царским дворцом. Ликующие горожане встретили Селевкидов как освободителей. Римлян они не любили и натерпелись от них за время оккупации. Засевшие в крепости остатки римского гарнизона не смогли хоть как-то помешать вхождению армии царя Александра в город. Правда, сдаваться отказались. И после короткого штурма были все уничтожены. Пленных в этом случае Саня приказал не брать, спустив на римлян заскучавших галлатов. Когда все было кончено, и весь город находился под контролем Селевкидов, то селевкидский царь толкнул речь перед горожанами. Все тот же стандарт о свободе для всех греков и коварстве римлян. В конце похвалил граждан Амбракии за решительность и поддержку. А потом заявил о принятии добровольцев, желающих сражаться с римлянами в рядах его армии.
***
Консул Римской республики Маний Ацилий Глабрион недовольно поморщился, услышав доклад гарцующего неподалеку всадника. Новоиспеченному римскому консулу в этой военной кампании не нравилось ровным счетом ничего. Он человек из простого плебейского рода Ацилиев сделал карьеру "нового человека". Так в Риме называли тех, кто сумел пробиться наверх, не имея череду из родовитых предков, занимавших различные государственные должности в верхних эшелонах римской власти. Как и подавляющая часть римских политиков Маний Ацилий добился этого, благодаря своей военной службе. В данное время римская элита еще не успела превратиться в бесхребетных трутней, придающихся пьянству и разврату. Рим пока еще был силен, как и его элита. Сейчас Римской республикой управляли воины. Практически, все члены Сената были вояками. Они сражались в многочисленных войнах во славу Рима. И не пускали в свои ряды тех, кто ни разу не пролил кровь на поле боя. Время напыщенных ничтожеств и бесхребетных болтунов еще не пришло. Римом правили волки в человеческом обличье. Если у тебя не было военных заслуг, то на более или менее значимую должность в государственном аппарате Римской республики ты не мог претендовать в принципе.
Поэтому, Манию Ацилию Глабриону и приходилось часто рисковать своей жизнью в армии. Его усердие было замечено, и он стал быстро расти в чинах. А потом он был избран народным трибуном. Это произошло во время Второй Пунической войны, когда юного Мания заметил сам знаменитый Публий Корнелий Сципион, которого впоследствии прозвали Африканским за то, что он победил Ганнибала, разбив того в битве при Заме. Маний Ацилий был офицером в армии Сципиона, который и взял шефство над талантливым юношей. Он же и помог Манию Ацилию занять пост народного трибуна в 201 году до нашей эры. С тех пор Маний стал ярым сторонником Сципиона и вошел в "партию друзей Сципиона". Кстати, его заметили совсем не за красивые глаза. Он участвовал во всех походах Публия Корнелия Сципиона. Дрался против карфагенян в Италии и Африке и даже участвовал в той знаменитой битве при Заме, положившей конец этой долгой войне. После войны с Карфагеном он стал делать стремительную карьеру на государственной службе. В 200 году Маний Ацилий избран децемвиром для священнодействий, заменив в этом качестве Марка Аврелия Котту. В 197 году до н.э. он уже плебейский эдил. В следующем году стал претором. Когда в Риме узнали о заговоре рабов в Этрурии, то Глабрион был отправлен с одним из городских легионов на ликвидацию этой угрозы. Он победил шайку рабов и многих взял в плен. Хорошенько выпоров и распяв на крестах всех зачинщиков заговора, остальных пленников Маний вернул их хозяевам. Глабрион дважды баллотировался на пост консула и смог занять его только со второй попытки. Вторым консулом на этот год был избран двоюродный брат Сципиона Африканского Публий Корнелий Сципион Назика.