Грани уязвимости

Дверь кабинки открывается.

–Доброе утро, малыш. – Говорит Картер и заходит внутрь. – Ты опять купаешься в ледяной воде.

Он поворачивает кран и вода начинает обжигать мою кожу.

–Нас ждет Чарльз, мы опоздаем. – Отвечаю я.

–Он поймет. – Говорит он и целует меня.

Мы выходим из дома и садимся в машину. Мой форд покрылся пылью, потому что Картер постоянно заезжает за мной, привозит и отвозит туда, куда я пожелаю.

–Люблю, когда ты в красном. – Говорит он, осматривая мое красное платье, выше колена, с коротким рукавом и баской.

Сегодня я дополнила образ белыми лодочками, сумкой и ниткой жемчуга.

–Люблю, когда ты вот так на меня смотришь. – Говорю я и целую его.

Мы подъезжаем к кофейне, в которой мы завтракаем каждое утро, заходим, ищем свободный столик и начинаем ждать Чака. Деревянные столы, в стиле лофт, дополняют стены из красного кирпича, а лампочки, вместо люстр придают атмосферу Бруклина.

–Доброе утро! – Улыбаясь, говорит Чарльз. – Какие планы на День Благодарения?

Чак ставит меня в тупик, ведь я еще не просила Картера поехать со мной. До дня Благодарения еще целая неделя и я оттягивала момент до последнего, чтобы он не смог отказаться.

–Мы будем дома, есть индейку и благодарить за то, что учимся в Йельском. – Ухмыляется Карт.

–Вообще-то, я бы хотела поехать и увидеть семью. – Произношу я.

Мой парень меняется в лице, внимательно смотрит на меня и говорит:

–Ладно.

Он нервничает, я это вижу. По тому, как загорелись его зеленые глаза, по тому, как начинают ходить желваки на скулах, по тому, как он сжимает кулаки под столом.

–Я бы хотела, чтобы ты поехал со мной.

–Я? С тобой? – Переспрашивает он.

–Да. Проведем время с моей семьей, познакомлю тебя с Кейт. Ну и с родителями. – Говорю я и переживаю, что в моем голосе недостаточно уверенности.

–Я не думал, что у нас уже настолько серьезные отношения. – Отвечает он и его слова ранят меня до глубины души. Час назад я думала, что это человек меня любит, а он не считает наши отношения серьезными. Я встаю из-за стола, беру сумку и молча ухожу.

Ухожу и молюсь, чтобы он догнал меня и сказал, что пошутил, что он конечно же поедет со мной, что он любит меня. Но этого не происходит. Слезы душат, я иду в корпус, и не чувствую ничего, кроме сильной обиды.

В голове всплывают воспоминания о том, как мы смотрим фильмы, ходим на вечеринки, вместе готовим ужин. Смеемся, целуемся, засыпаем рядом. Он обнимает меня и прижимает к себе, он весь мой мир, а я лишь не серьезная ступень в его жизни.

«Блистательный мне был обещан день,

И без плаща я свой покинул дом.

Но облаков меня догнала тень,

Настигла буря с градом и дождем.»3

В голове всплывает строки 34 Сонета Шекспира, моя буря это Картер, который застиг меня врасплох.

Пока идут лекции, я постараюсь обдумать дальнейшие действия, это наша первая ссора за долгое время.

Пары заканчиваются, а Картер все никак не проявляет себя. Я выхожу из корпуса и возвращаюсь в общежитие пешком. Одетая не по погоде, я быстро замерзаю, поэтому зайдя в свою комнату я переодеваюсь в пижаму и залезаю под одеяло. Включаю сериал и пытаюсь сосредоточиться на сюжете.

В комнату заходят подруги, они очень сдружились за последние месяцы и практически все время проводят вместе. Они смеются, Чарли рассказывает историю про Адама, они были бы идеальной парой, но никто не делает первый шаг.

–Кто это у нас тут? – Улыбается Макс. – Я не могу, поверить глазам. Кажется, ты похожа на мою старую подругу, которая бросила нас ради одного красавчика.

–Мы повздорили. – Перебиваю ее я.

–Вы что? Картер умеет вздорить? Это же Мистер Спокойствие. – Удивляется Чарли. Они садятся ко мне на кровать и выслушивают мой рассказ.

–Ну а что ты хотела? – Начинает Макс. – Ты вылила на него эти новости в кафе, при его младшем брате. Могла бы придумать момент поудобнее.

–Я тоже считаю, что ты зря вспылила. – Поддерживает ее Чарли.

–Пусть сделает первый шаг, тогда я извинюсь. Наверное. – Сдаюсь я.

Картер

Чаки смотрит на меня насмешливым взглядом, а мне очень хочется вылить заказанный кофе ему за шиворот.

– Ты, конечно, самый настоящий идиот. – Смеется брат.

Мои кулаки сжимаются, я резко встаю, готовый накинуться на него, посетители в кофейне оборачиваются и смотрят на нас.

Только не здесь, только не сейчас. Мне не нужны скандалы, тем более, это будет отличным поводом лишить меня стипендии. Я вздыхаю, поправляю стул и сажусь на место. Окружающие теряют интерес к нашим персонам и начинают заниматься своими делами.

– Что опять я сделал не так?

– Ты сейчас дал понять Оливии, что она для тебя ничего не значит. – Вздыхает Чарльз.

– Я этого не говорил.

– Ты сказал, что не считаешь ваши отношения серьезными, Карт. – Повышает голос он.

–Чтобы знакомиться с ее родителями. – Оправдываюсь я.

–После слов не серьезные, она, наверняка и не слушала, так что не парься, можно было и не уточнять.– Уточняет брат. Он, конечно, ужасно меня бесит, но ведь он прав.

– И что мне теперь делать?

– Не знаю, почему ты не пошел и не объяснил ей свою точку зрения. И почему до сих пор сидишь тут. – Чак допивает свой кофе, встает из-за стола и выходит – Оплати счет.

Я кидаю двадцатку на стол и выхожу за ним, догоняя его на лестнице. Он смотрит в сторону моей машины и спрашивает:

– Кто это? Я не первый раз вижу ее возле тебя.

– Не обращай внимания, она меня преследует, мне кажется она сумасшедшая. – Отвечаю я, бросая взгляд на Стейси.

– Оливия в курсе?

– Нет, и не должна быть, я сам разберусь. Разобрался бы давно, но боюсь еще одного судебного запрета после. – Отвечаю я и сажусь в машину.

Стейси смотрит на меня, своим фирменным взглядом, глазами полными слез, но не говорит ни слова. Я завожу двигатель, она делает шаг в сторону, а я уезжаю, делая вид, что ее не существует.

Сейчас я сделал огромную глупость. Поругался с Оливией. Но я не из тех, кто будет бегать за ней и извиняться, тем более я совершенно не хочу ехать к ее родственникам на День Благодарения.

Завтра утром заеду за ней в общежитие, мы попьем кофе и поговорим спокойно. Пусть едет одна, а я останусь тут. Я даже готов отпустить ее одну, хотя последние месяцы мы практически не расставались. Она практически переехала ко мне с той вечеринки у Адама. И меня все устраивало. Мы проводили вместе много времени, Чак перестал лезть к ней и даже ее подруги стали реже ей названивать. Мне казалось, что все отлично, что она полностью под моим контролем и наши отношения будут развиваться так, как хочется мне. А самое главное, что ее тоже все устраивает. Но, оказывается, она строит свои планы на меня, на праздники и наверняка на нашу дальнейшую жизнь.

Это совсем мне не нравится.

Глава 8.

Оливия

День Независимости

Я начинаю понимать, что происходит, когда меня ослепляют вспышки фотокамер при выходе из полицейской машины. Копы ведут меня в участок, я пытаюсь закрыться от надоедливых журналистов.

Один из них преграждает нам дорогу, протягивает мне микрофон и говорит:

– Мисс Тернер, как ваши родители отреагировали на то, что их дочь убийца? Они считают, что вам все сойдет с рук? За что вы убили своего парня?

Полицейский отталкивает его, а я продолжаю молчать. Меня заводят в участок и отводят в комнату для допросов.

– Ваш адвокат уже здесь. – Говорит детектив. – Меня зовут Мистер Гиллиган и теперь я веду ваше дело.

– А родители? – Спрашиваю я. Это первые слова, которые я произношу после задержания.

– Родители зайдут к вам через несколько минут.

Ноябрь

Вечер проходит незаметно, ночью я просыпаюсь от стука в дверь.

–Пожар! Выходим группами. Пожар! – Кричат из-за двери.

Я вскакиваю, бужу Шарлотту и начинаю паниковать. Нужно собрать вещи. Я понятия не имею, что брать первым.

3

4 Вильям Шекспир. Сонеты. Перевод Самуила Яковлевича Маршака. Сонет 34