Страница 5 из 25
– Так значит, ваши лошади – совсем не такие, как наши?
– Я знаю, как выглядят лошади Милоа, – ответил Альв. – Они точь-в-точь как боевые кони имперцев. Наши же лошадки меньше и, как бы это сказать, убористей. Они приспособлены к жизни в горах и обитают здесь так же долго, как в вашем мире, к примеру, горные бараны. Они у нас тоже есть, причем абсолютно идентичны вашим. Так вот, у наших лошадей копыта раздвоены и заострены, чтобы удобнее было передвигаться по каменистой местности, туловище короче, а ноги длиннее, а еще они имеют серый или бурый окрас, для маскировки.
– Вы слышали от землян об эволюции? – решила немного озадачить я Шамана.
– Да, слышал, – тут же ответил он. – Но у нас, горцев, все-таки остались древние поверья о сотворении мира, и ваши «научные» взгляды нам понять не так-то просто. Если ты хочешь сказать, что имперские кони много лет назад пришли в горы и постепенно изменились, приспособившись к окружающей среде, то я не дам тебе точного ответа. Может, так и было…
– Расскажи еще что-нибудь об этом мире!
– Чтобы понять этот мир, стоит месяц слушать рассказы и рыться в древних свитках. Я не смогу тебе поведать и малую долю того, что можно узнать…
– Кстати, о свитках – книги у вас есть? И как вы передаете информацию – пишете или, ну, не знаю, – узелки завязываете?
– Узелки?
– Я слышала, таким способом действовали древние народы индейцев на нашей планете.
– Интересно…
– Знаешь, что я скажу, – вдруг обратилась ко мне Колка. – Наши миры очень похожи. Оглянись вокруг, и все сама поймешь. У нас есть книги, как и у вас, и лошади, и письменность, и красивые одеяния… и оружие – мечи, луки со стрелами. Мы – братья и сестры, пусть вы и опередили нас в развитии на много лет.
– Колка права, – кивнул Альв. – Поэтому тебе можно не тревожиться – все бытовые мелочи можно усвоить и на практике, а окружающий мир…
– Да откуда вы знаете! – с раздражением воскликнула я. – Откуда вам знать, как выглядит наш мир?
– Но твои сородичи рассказывали нам! – воскликнула Колка.
– Какие они мне сородичи? У меня от силы три сотни знакомых по всему миру, может, полтысячи, и большинство из них живет на небольшом клочке земли, в то время как на планете населения шесть миллиардов! Или уже семь – я даже не знаю. Подумаешь, одним миллиардом больше или меньше! И все разделены культурой, традициями, религиями – а вы всех под одну гребенку зачесываете!
Шаман и Колка молча смотрели на меня. В его взгляде смешались сочувствие и напряжение, в ее – озадаченность.
– Но ведь вы же Милоа! – услышала я вдруг еще неокрепший голос Шального.
– И что?
– Вы, Милоа, самые умные здесь! Вы нас спасете от имперцев, не дадите в обиду! Вы нас летать научите! Так ведь? Так?
Настала моя очередь сдавленно замолчать.
Тринианцы используют нас. Используют в своих целях. Нет, не так – у нас с ними общие цели. Нам надо заключить мир с империей, чтобы попасть на запад и изучить аномалию, перенесшую нас сюда, а тринианцы просто хотят мира и свободы в своих горах. И всему этому мешает армия противника, окружившая наши прекрасные горы! Как я сказала? Наши? Ну вот, я уже причисляю себя к ним – к тем, кто, возможно, будет сражаться еще тысячу лет и так и не победит. Или после этого Атамурлана появится особенно одаренный император и сотрет все тринианское племя в порошок. А может, и Атамурлан преуспеет в этом. Кто знает. Кто знает…
И все же они надеются на нас. Тринианцы то зовут нас братьями, то трепещут перед нашими знаниями. Как будто боятся дерзнуть и признать, что в их силах стать подобными нам, но в то же время видят, что мы тоже нервничаем, боимся, психуем – одним словом, ведем себя как самые обыкновенные уроженцы матушки-Земли.
Меня разбирало любопытство лично переговорить хотя бы с одним моим «сородичем». Не верю, что никто не возгордился. Иначе получится утопия. И неужели никто не решил захватить власть над местными? Стать вторым Александром Македонским, или Наполеоном, или Гитлером? Странно все это… И ничего не узнаешь, пока не доберешься до этого… Вегарда.
В таких противоречивых мыслях я продолжала свой путь.
Следующей «заставой» оказался удивительный домик в ущелье – сколоченный из досок, обмазанных глиной, он был совершенно незаметен между скал и в то же время закрывал вход в долину.
Я была приятно поражена увиденным: в той долине, своеобразной кишке, окруженной каменными стенами гор, было создано что-то наподобие небольшого поля. На поверхности, тщательно вспаханной, уже зеленели свежие ростки какой-то травы. Несколько деревянных строений лепилось к стенам ущелья, а в одном месте прямо в горе была выдолблена просторная ниша, поддерживаемая крепкими колоннами, под которой было свалено свежее сено. Там же, привязанные к специальной балке, мирно стояли несколько лошадок. Они и вправду были малы, как говорил Альв, – убористы. С коротким крепеньким тельцем, даже короче, чем у пони, но мощными длинными ногами, горные коняшки постукивали раздвоенными, как у козлов, копытцами, и размахивали длинными лохматыми хвостами, отгоняя редких в этой глубинке насекомых.
Я с интересом наблюдала за этими необычными животными, почти не заметив людей, с которыми разговаривал Альв. Типичные разведчики-дозорные, подобно Кунату, только более хозяйственные в силу порученной им работы.
Я заметила, что Колка приветливо улыбнулась одному из них – крепкому высокому детине с квадратным подбородком. Видимо, они были знакомы.
Альв тем временем разговаривал со вторым дозорным-коневодом, более низкорослым и хлипким на вид, с соломенными непослушными волосами и простым открытым лицом.
После беседы Альв подал знак Шальному, и мальчишка вместе с соломенноволосым пошел запрягать и навьючивать лошадей.
– Что слышно из центра? – впервые разобрала я речь тринианцев, не вслушиваясь в слова. Это Альв обратился к высокому мужчине.
– Последние разведчики приходили за неделю до вас. Очередная расчистка территории. Руководство приказало, – усмехнулся дозорный.
– Не верится, что Баджер уступил притязаниям Гра, – усмехнулся Альв. Мне показалось, Шаман не слишком высоко ставит начальство.
– Гра привык, что ему подчиняются беспрекословно. Он бывалый воин, генерал и родом из вождей. Когда его выбрали главой наступательной армии, многие заметно напряглись. Баджер так и вовсе обозлился: он осторожен и всегда вел скрытую партизанскую войну, а Гра настаивает посылать разведчиков на рожон в самые горячие точки.
– Когда я уходил, они, помнится, вовсю спорили, стоит ли проводить массовую разведывательную операцию – ведь тем легче будет имперцам поймать наших разведчиков… – рассудил Шаман, наблюдая, как Шальной пытается усмирить вдруг разгорячившуюся лошадку. Да, нрав у этих животных тот еще!
– Баджера мы все знаем и любим, а вот Гра появился откуда ни возьмись, – вступила в беседу Колка. – Зря командующего наступлением назначили и командующим разведкой. В нашей ситуации это две совершенно разные силы.
– Руководство так не считает, – пожал плечами Альв. – После того, что было в период зачистки, когда разведчики не пожелали прийти на помощь командиру наступления просто потому, что он был вождем вражеского племени их собственного командира, первые Милоа решили связать наступление и разведку неразрывными узами, причем в экстренных ситуациях именно оффары имеют право командовать следопытами.
– Как вы сказали? – решила спросить я, обозначив свое участие в их беседе.
– Оффары – атакующие войска, это слово пришло из Эбериана, точно так же, как дефкары – оборонительные войска, – пояснил Альф.
– А все наши отряды принадлежат к разведке и делятся на школы шпионов, разведчиков, следопытов-преследователей и дозорных, – охотно объяснил мне громила-коневод. – Разведчики – это как Колка и Шальной, проникают на линию фронта и следят за передвижением противника, при этом частенько устраивают засады. Их начальник уже лет пять как Баджер – опытный и знаменитый на весь Триниан разведчик. Дозорные – это я, Эдрик, ну и кого вы там еще встречали?