Страница 11 из 25
Человек так сложен, что сам в себе путается в два счета. Получив богатство, он понимает, что обознался и жаждал вовсе не того, но признать свою ошибку ему не дает самолюбие, гордыня. И он выпячивает грудь вперед, про себя заявляя, что никому не покажет своей глупости, что никто никогда не узнает, что он растратил жизнь на шелестящие купюры, которые, в свою очередь, продолжает растрачивать на множество ненужных вещей.
Я глубоко вздохнула. Обида за этих людей разрывала мою душу. Только теперь мне даже не с кем было поделиться этими мыслями – здесь лишь скромная горстка Милоа поймет, о чем я так переживаю.
А я ужасно переживаю за человечество.
И тут мне в голову пришла еще одна мысль. Уж не потому ли я попала сюда, что так самозабвенно готова отдаться какому-то благородному делу? Спасению людей? Воспитанию хороших качеств в их душах? Прекращению войны?
«А что нужно для спасения этого мира?» – спросила я себя. – «И кем мне стать, чтобы и вправду помочь Эбери?»
Я развернула карту Вегарда, окинула ее взглядом генерала, планирующего атаку и, крепко зажмурившись, наугад ткнула пальцем.
Открыв глаза, я увидела, что мой аккуратно подстриженный ноготь указывает на белое поле за пределами Вегарда. Чуть левее от него располагался овал, обозначавший, похоже, стадион. Рядом было написано: «Тренировочное поле».
Порыскав глазами по округе, я нашла небольшой комплекс зданий, расположенных где-то в лесу.
«Школа разведчиков» – гласила надпись.
Перед моим внутренним взором пробежал ряд ярких картинок: строгая армейская дисциплина, ежедневные физические нагрузки, я, одетая в коричневый кожаный костюм, падаю от усталости прямо в зарослях, через которые ползла. Ночные вылазки, дружеская поддержка моих соратников, сухой паек, быстрая реакция, неимоверное напряжение, когда в пяти шагах от тебя останавливается враг, могучий имперец с огромным мечом на поясе. Отчеты командиру, ориентирование в горах, награды за успехи, выговоры за оплошности… ух…
Милоа пришли из общества, неумолимо вступающего в информационную эпоху. Из общества, где у человека был выбор – отсиживаться дома перед телевизором с минималкой в кармане или рвать когти, достигая новых вершин. Из общества, где от этого выбора зависела судьба не одного человека и его семьи, а целого человечества. Потому что информационный век объединяет всех в одно целое. Там господствовала глобализация.
Вот откуда я была родом. Здесь же царили иные порядки, но если я привыкла быть в курсе всех дел, если я хочу участвовать в преображении этого мира, мне надо быть на передовой. Что я знаю об империи? Только то, что рассказали мне Шаман и Айм. Что я знаю о Триниане? Только то, что увидела за эту неделю и прочитала в не слишком полных источниках. И теперь мне предстояло сделать выбор: удовлетвориться тем, что есть, и остаться в Вегарде или в каком-нибудь другом селении «рядовым работником» или вступить на сложную и полную сюрпризов (самых непредсказуемых) тропу воина. Я девушка, но я Милоа. Мне семнадцать, но это значит лишь то, что я достаточно молода для обучения.
Гонимая этими противоречивыми мыслями (у людей в голове всегда бардак, как будто проводится заседание Государственной Думы), я шла прямиком на север Вегарда – и чем громче раздавался скрип поднимаемых корзин, тем быстрее становился мой шаг и крепла уверенность.
В этом мире появляется шанс найти себя снова, да в таком деле, о котором раньше ты и подумать не мог!
Подъем на корзине стоил всего три мелочи. Отсчитав шарики «лифтеру», как я мысленно назвала делового человека в странном берете, я уселась на маленькое откидное сиденье, немного напряженно глядя на покачивающуюся корзину. Она прислонялась прямо к скале, насаженная на четыре каната. Когда работник крикнул что-то своему коллеге наверху, канаты натянулись, и корзина поехала вверх, мерно покачиваясь и издавая протяжный скрип.
– Быстро привыкаете к таким звукам? – спросила я у «лифтера».
– Привыкаешь, – откликнулся он. – Ничего особенного, все же лучше, чем полуголодным по горам шастать.
«А я вот именно этим и собираюсь заняться», – подумала я, оглядывая Вегард, крыши которого уменьшались у меня под ногами.
Карта быстро вывела меня на нужную тропу. Надо сказать, что дорога была не из близких, а я в своем порыве совершенно забыла взять какую-нибудь еду и теплую куртку. Пришлось быстро шагать по тропе, уводившей меня вниз по склону в дремучий лес. И хоть тропа уверенно вела вперед через заросли, мое рвение заметно поубавилось. Стало очень не по себе. Туда ли я иду? Что собой представляет Школа разведчиков? Вдруг я буду выглядеть глупо, вот так просто придя к ним? А если кто-то повстречается мне на пути, что сказать?
Вскоре ветки стали хлестать меня по лицу, так сузилась дорога.
А потом послышались голоса. Испуганно замерев, я уж начала думать, куда мне прятаться, но потом поняла, что смысла в этом никакого нет – голоса и не приближались, они раздавались откуда-то из-за деревьев.
Аккуратно сделав несколько шагов, я сошла с тропы и постаралась укрыться в зарослях. В конце концов, для разведчика это нормальное поведение.
Пробравшись вперед, я осторожно выглянула из-за кустов – передо мной раскинулась широкая поляна. За поляной стояла она – Школа разведчиков. Величественное деревянное здание, прекрасно сочетавшееся с окружавшим его лесом.
На поляне «резвились» молодые люди – их было четверо, но позади, ближе к школе, виднелась еще одна компания.
– Непробиваемый Баджер все равно мужик! – восклицал парень лет двадцати, брюнет с приятным, открытым лицом.
– Конечно, мужик, да еще какой! – почему-то немного обиженно произнесла девушка с огненно-красными волосами. – Но очень тактичный и вообще… нормальный!
– Ну, вот мы и говорим, нормальный мужик! – засмеялся другой парень, высокий и худой.
Эти слова окончательно смутили девушку. Несмотря на ее вызывающий цвет волос, у нее было небольшое бледное личико с россыпью веснушек и необычно беззащитный, растерянный вид.
Мне было неловко и страшно показываться перед этими людьми, но если я хотела попасть к Баджеру, а не плестись обратно через темнеющий лес, надо было переступить через свою застенчивость.
Вернувшись на тропу и оправив одежду, я как можно более спокойно и непринужденно вышла на открытое поле.
Мое появление заметили сразу, даже быстрее, чем я ожидала.
– Добрый вечер! – поздоровалась я, не давая молодым людям время прийти в себя. – Могу я поговорить с… с Баджером.
Почему-то я запнулась, и мне было неловко оттого, что они, быть может, поняли, что я подслушивала их разговор.
Но приятной наружности брюнет легко поднялся с травы, как будто сама земля подтолкнула его, и с улыбкой приблизился ко мне.
– А с кем мы имеем честь…? Простите нас, это всего лишь любопытство!
– Самуэла. Самуэла Лилиан, можно просто Сэмми. Новая Милоа, – я улыбнулась, протягивая руку. Меня ждало крепкое рукопожатие.
– Ох, я слышал о вас! Знаю, вас привели Шальной и Колка, Шальной часто у нас гостит, хотя даже не поступил еще в эту школу. Просто он с детства участвует в вылазках, – пока брюнет говорил, ко мне приблизились другие – огненноволосая девушка и двое парней.
– Я Элиза, ученица этой школы первого ранга, – представилась девушка.
– Я Свон из рода Землепашцев, но можешь звать меня Длинный, или просто Трос, – протянул руку высокий парень.
– А я Мэрт Большая голова, – произнес третий парень. Хоть голова у него была и небольшая, но круглая, и сам он был крепко сбитым и невысоким.
– Ну а я просто Шмидт и тоже Милоа, – очаровательно улыбнувшись, сказал брюнет.
Он сразу мне понравился.
– Я рада познакомиться с вами, – совершенно искренне изрекла я. – Меня привело сюда не столько любопытство, сколько тайное желание или зов сердца – думайте как хотите, но если все сложится благополучно, я, наверное, здесь задержусь.
– Это здорово, еще одна Милоа! – воскликнул жизнерадостный Шмидт. – Ты тут точно останешься, после встречи с Баджером и уходить не захочется! Я провожу тебя!