Страница 63 из 64
— Больше не будет дождей и туманов. Днем ты будешь порхать под белым солнцем, а ночью любоваться ночными светилами, — произнес Дэрил.
Я чувствую его дыхание рядом. Поворачиваюсь к нему и вижу другие звезды в черных глазах. Они мне намного милее небесных светил.
— Дэрил, мы живы? — Задаю самый глупый вопрос, с жадностью ожидая ответа.
— Да, любимая.
Наши губы касаются друг друга. Поцелуй, казавшийся невозможным, о котором мечталось в холодном одиночестве, опрокидывает реальность и возвращает ощущение счастья.
Этой ночью Дэрил с помощью двенадцати советников и одной бывшей фейри уничтожил Лэра. Он не пощадил захватчика, уничтожившего Сумеречный мир и навязавшего новый порядок. Он не стал сохранять жизнь тому, кто не ценил этого дара, и заточать обратно в темницу. Нет. Дэрил поступил так, как велело ему темное сердце.
Принесенная мной брошь оказалась последней составляющей искры Райхарена. Когда-то разделенный на несколько частей, источник темной магии разделили между несколькими камнями. В нужный момент, соединенная воедино искра помогла Лэру освободиться из Запретных гор. Преданные темные лаэры, участвующие в освобождении, получили на хранение ценные камни. Дэрил был в их числе, контролируя силу Лэра.
Вскоре темный властелин не захотел делить власть со своими приверженцами. Он устранял их по одному, объявляя предателями, а части источника магии забирая себе, становясь сильнее. Темные отдавали свою силу замку, становясь живой крепостью. Именно их голоса я смогла услышать. Остатки воспоминаний когда-то живых, а на тот момент превратившихся в темную магию лаэров показались мне. Не только из камня состояли стены, а из верных и преданных темных, ставших живым магическим щитом для своего правителя. Они утрачивали личность и превращались в сырую материю, послушную воли Лэра.
Уничтожив захватчика и тирана с помощью искры Райхарена, Дэрил разрушил созданный им мир.
Советники знали, как менять реальность. Пойдя против заклинания, они обрекли себя на гибель, но выполнили свой долг перед Сумеречным миром до конца.
— Крылья, Тиоль. У тебя снова есть крылья! — С трепетным восторгом произнес Дэрил, когда мы немного поверили в свершившееся с нами.
Мы выжили, благодаря вмешательству советников.
— Крылья, — оглянувшись за спину, потрясенно выдохнула я, — Они вернули мне крылья.
— Как же я счастлив, Тиоль, — прижал меня к своей груди Дэрил. — Даже не представляю, чтобы могло сделать меня еще счастливей.
— Кажется, я знаю, — улыбнулась я.
Приподняла голову и встретилась с чернотой, искрящейся счастьем.
— У нас есть сын. Эдмон.
Можно ли быть более счастливым? Не знаю. Наверное, ощущение счастья безмерно.
Эпилог
— Лаэр кот, — вежливо поздоровалась я с невысоким мужчиной.
Коренастый незнакомец встретил меня настороженным взглядом. Кисточки на ушах едва заметно подрагивали, выдавая волнение. Немного изучив мимику Эгры, могла распознавать настроение обортней. Вот и сейчас отчетливо видела, насколько насторожен и нетерпелив стоящий передо мной мужчина.
— Я хочу вас отблагодарить за помощь, — искренне произнесла я.
— Мне ваша благодарность ни к чему, — презрительно фыркнул кот.
Улыбнулась в ответ. Наверное, все оборотни предпочитают обходиться без вежливых фраз.
— И все же я вам благодарна, — упрямо повторила и постаралась улыбнуться, не показывая зубы.
Мужчина молчаливо подождал продолжения, потом порычал, словно выругавшись под нос, и повернулся к дверям.
— Я не знаю вашего имени, — снова обратилась к нему.
— Грэм, — бросили мне через плечо.
— Лаэр Грэм, Эгра просила передать, что …
Договорить я не успела. Ураган по имени сумеречный кот мгновенно обернулся и обрушился на меня сизой дымкой.
— Где она? — Прошипел оборотень.
Испугать, если было таково намерение кота, не получилось. Улыбнулась в ответ, удержавшись от желания провести рукой по волнующейся призрачной шерсти. Эгра строго-настрого запретила это делать, но очень хотелось не только словами успокоить взволнованного кота.
— Эгра ждет вас. Идите к ней.
— Ждет? — Туман преобразился в мужчину, а его настороженный взгляд осматривал меня с ног до головы, словно взвешивал правдивость слов.
— Таверна «Сварливая кошка». — Успела вымолвить.
Слов прощания я не услышала. Огромный кот метнулся в двери и помчался по крышам домов навстречу с той, кого давно искал.
— Простила, значит, Эгра, — хмыкнула Тосс, проводив взглядом оборотня.
— Оказалось, нечего прощать, — возразила ей, — Запутались они. Рядом не оказалось того, кто бы смог помочь им.
— А ты смогла? — Хмыкнула Тосс.
— Я вижу связующие нити, — просто ответила ей. — Заглянув в них можно многое понять.
— Как поняла про свою сестру?
— Лаэль и Усиль. — Протянула задумчиво. — Они скрывали свою любовь. Таили, прятали чувства. Даже от самих себя. Фейри буквально проросли друг в друге, сплетясь связующими нитями. Не разорвать, не развести их в стороны, чтобы они могли отдать себе отчет в охватившем их пламени. И оба не понимали, что происходит с ним.
Я вздохнула, бросив взгляд на парочку, весело беседующую в парке. Тосс задумчиво посмотрела в том же направлении.
Лаэль и Усиль. Я долго не могла поверить, когда увидела связующие нити, свившее уютное гнездо для моих близких.
— Их чувство гораздо полнее и объемнее, чем привычное нам определение любви, — произнесла я и улыбнулась, заметив короткий поцелуй, сорванный фейри случайно.
— А твой темный? — Тосс подошла ближе и теперь наблюдала за влюбленной парочкой рядом.
— Больше нет темных, — поправила ее.
— Знаю, — буркнула Тосс, — темные теперь называются магами.
— Вы не поняли, — мягко улыбнулась ей. — Советники изменили реальность, отдав свои жизни, ради гармонии в Сумеречном мире. Те, кто когда-то пришел к нам из Райхарена, и те, кто родился позже от чужемирцев, стали магами. Их сила осталась, но больше не несет разрушение. Постепенно сезон дождей сократится, а после все вернется к обычному порядку в Сумеречном мире. Мы будем видеть солнце и звезды.
— Я их не вижу из своей таверны, — хмыкнула Тосс.
— Могу помочь, — широко улыбнулась ей.
— Не надо! — Испуганно отшатнулась она и выставила перед собой руку. — С меня довольно, что теперь Эгра витает в облаках. А если еще и в любовь ударится… — она осуждающе покачала головой.
В ответ тихо рассмеялась, опасаясь ранить чувства суровой женщины.
К нам тихо подошел Дэрил. Он нежно обнял меня за плечи, прижал к широкой груди и уткнулся губами в макушку. Рядом с могучим великаном я казалось маленькой и хрупкой.
Тосс недовольно поджала губы и смотрела с осуждением.
— Мать, что говорит? — Выдвинула последний аргумент она.
— Она видит связующие нити, — пожала плечами я.
— Смирилась? — По-своему перевела Тосс.
— Смирилась, — признала ее правоту.
Высокая дверь распахнулась, и к нам побежал Эдмон. Я развернулась к сыну, поймала и прижала к груди. Дорогой мой человечек!
— Эдмон, ведите себя достойно! — Раздалось нравоучительное наставление от мамы.
Она вошла в двери все такая же гордая, с переливчатыми крыльями за спиной и с едва заметным недовольством в выражении глаз. Внук не укладывался в привычные ей методы воспитания, каждый день ставя в непонятные ситуации. Магия Эдмона отличалась от магии фейри, а потому мама порой терялась, но ее беззаветная любовь к внуку побеждала недопонимание. К тому же вернувшийся Дэрил помогал в воспитании любимого, а потому разбалованного ребенка.
— Я лучше пойду, — пробурчала Тосс, встретившись со строгим взглядом лаэры Явиоль.
— Останьтесь, — попросила ее и перехватила натруженную руку.
— Лаэра Тиоль просит, и я присоединяюсь, — включился Дэрил, заметив замешательство Тосс.
Тосс испуганно взглянула на моего мужа. Он навсегда останется для нее темным лаэром, как бы я не старалась показать обратное.