Страница 2 из 64
Торопливый шаг назад, и позади услышала хлесткий звук.
— Что случилось торговец? Воровку поймал? — проскрипел мужской голос и еще один удар кнута.
Странно. Стук копыт не слышала. Хотя по вязкой грязи, да в общем гаме вряд ли что возможно различить.
— Нет, лаэр, — отвесил короткий поклон Хрумт, — девку хотел облапить, а она сопротивляется. У меня жена только родила, вот и думал развлечься.
— Ишь какая, — хмыкнул голос за спиной.
Я смотрела полными ужасом глазами на Хрумта и боялась оглянуться. За моей спиной темного поддержали несколько мужских голосов. Петля скручивалась, подползая к ногам. Это был конец. Связующие нити правильно показали, не слухачи проявили интерес. А сам темный во главе с наемниками.
— Что ж ты такая неуступчивая? — Пошло скалясь, принялся обходить меня темный, осматривая с ног до головы, — Мужику послабление не хочешь дать. Это же такая малость. От тебя не убудет.
— Мне пора идти, лаэр, — выдохнула ему в ответ, опустив глаза вниз, и поторопилась ускользнуть в сторону.
Но мне не дали. Темный ухватил за локоть, чуть не вывернув руку, и швырнул в сторону. Ударилась обо что-то твердое и меня сразу обхватили крепкие крестьянские руки.
— Попользуй ее как следует! Разрешаю, — захохотал темный и его пошлый смех подхватили трое наемников.
— Спасибо, лаэр! — подобострастно выкрикнул в ответ Хрумт, — Уж непременно!
Сжалась в комочек, не зная, с какой стороны ожидать беды. Темный с наемниками развернулись и, чувствуя себя хозяевами жизни, направились вдоль рядов. Их шаги отсчитывал звук кнута, рассекающего воздух.
— Благодарю, — выдохнула и почувствовала, что до этого не дышала, — Вы меня не выдали.
— Не за что благодарить, — оттолкнул мужик меня, — Я себя спасал. Кто бы поверил, что не догадался о тебе за целый день?
— Если бы я могла вас отблагодарить, — слезы подкатили к горлу.
— Не надо мне от тебя ничего, — грубо отрезал он, — Вот твоя плата, а этот бидон с молоком забери. Там еще кое-что из овощей на землю упало.
Не верила своему счастью. Он меня не отдал на расправу темному, заплатил за день тяжелой работы и продукты в придачу. И тогда поклялась в душе, при первой же возможности помочь ему, перестроить связующие нити, изменив реальность.
Под овощи Хрумт сунул старую корзину, которую не собирался везти обратно домой, а на мои заверения, что обязательно верну ему бидон, отмахнулся со словами:
— Постарайся больше не попадаться мне.
Сказано было грубо и с раздражением, но я понимала его. Он боялся за свою жизнь, потому что сегодня целый день был рядом с фейри, а после продуктами помог.
— Все равно скоро помрешь, — с каким-то сожалением сплюнул под ноги в грязь он и цыкнул на свою крестьянскую лошадку.
Животина походила на своего хозяина. Беспородная, но ухоженная и сытая. Видно, что трудиться ей приходится много, но хозяин кормит помощницу и холит по возможности. Лошадь махнула хвостом на прощание и потянула за собой пустую повозку. Путь им предстоял неблизкий, а сквозь плотную пелену дождя пробиралась ночь. Сумеречная со своими опасностями и грозовыми раскатами над головой.
Поспешила домой. Опасливо осмотрелась по сторонам, чтобы ненароком не натолкнуться на наемников или того хуже на темного, и юркнула в узкий проулок. Торговцы собирались и покидали площадь рынка. На улицах слышалась ругань, цокот копыт, покрикивания на зазевавшихся горожан.
Узкий проулок таил в себе опасности, но это был самый короткий путь домой, а плата за сегодняшний день изрядно оттягивала руки. Но и на широких улицах, где прохаживались пикеты наемников, может не повезти. Здесь территория преступников, а они с доносом к темным не пойдут.
И все же мне не повезло. Удушливую петлю, взвившуюся как ядовитая змея передо мной, увидела буквально за мгновение до них. Это был тот самый темный с кнутом. Свистящий звук распорол воздух.
— Смотри-ка, а девка отзывчивой оказалась! — оскалился темный, — Вон как ее мужик отблагодарил. Так может, и с нами заработаешь?
Он медленно подходил ко мне, а я испуганно прижимала к груди тяжелую корзину и стиснула ручку бидона.
— Я бы не отказался от такой, — заговорил один из наемников.
— А ты от любой не отказываешься, — загрохотал гадким смехом его напарник.
— На мой вкус худая. Подержаться не за что, но я с вами. Почему бы не поиметь, раз готовая? — презрительно сплюнул третий наемник.
Высказанных слов хватило, чтобы принять решение. Потянулась к связующим нитям. Пусть это будет в последний раз, но я им не дамся! Оставалось всего несколько шагов пройти до широкой улицы. Может быть, если закричу, меня услышат? Только кто рискнет прийти на помощь в темный переулок? Выхода нет. Рванула нить жизни у одного из наемников, и он схватился за грудь, а затем начал оседать в хлюпающую грязь под ногами. Это произошло тихо, за шумом дождя, хлещущего со всей силы, его напарники не заметили.
Вторая нить, рывок.
— Так ты фейри?! — взревел темный, распознав всплеск магии, и ударил.
Чернотой. Вязкой, обволакивающей, выбивающий сознание, а затем и жизнь. Я видела это все, словно время замедлилось. Связующие нити вокруг рвались, корзина с овощами упала в грязь, бидон завалился на бок, и молоко полилось, окрашивая собой мрак вокруг. «Не донесла, — мелькнула последняя мысль, — А как же Лаэль, мама?».
В последнем отчаянии, желая отомстить, рванула доступные нити наемников и темного. А потом рухнула лицом вниз с чвакающим звуком, расплескав жижу вокруг. Еще слышала звуки атакующих заклинаний, ругань и тишина. Дикая, опустошающая.
— Кто тут у нас? — с этими словами увидела рядом с лицом перепачканные сапоги.
«Не добили» — без всяких эмоций подумалось мне. Жаль, лучше бы сразу, чем на казнь идти.
Капюшон с лица откинули резким движением. Видимо неизвестный присел, потому что сапоги поменяли угол наклона голенища.
— Женщина. Без сознания, — сделал выводы мужской голос.
— Я вас вижу, — тихо, почти беззвучно ответила ему.
После этих слов мужчина подхватил меня подмышки и поднял из грязи. Встретилась с ним взглядом. Темный. Значит, будет казнь. Безвольно смотрела в его лицо, ожидая привычного презрения: «фейри».
— Стоять сможешь? — прислонив к каменной стене дома, спросил мужчина.
Ответа ему не требовалось. Потянулась рукой и с лица оттерла грязь. Сил оставалось немного, а последняя атака на темного почти убила. Так что стояла я весьма условно. Прислонившись спиной, постепенно сползала вниз. Сейчас меня уже не заботила чистота одежды. Незачем. Завтра у меня не настанет.
Тем временем темный проверял наемников. Он присаживался к ним и заглядывал в глаза, пронзая их магией. Один дернулся, едва подняли его голову, но тут же безжизненно обмяк, получив смертельный заряд.
— Вы их добили? — выдохнула недоуменно, когда незнакомец подошел ко мне.
— Не люблю насильников, — спокойно ответил он.
Затем осмотрел внимательно корзину, рассыпавшиеся и перепачкавшиеся овощи, разлитое молоко и бидон.
— Ваше? — кивком указал на продукты.
— Мое. Не донесла, — выдохнула и, сделав над собой невероятное усилие, оторвалась от стены.
— Кому? — чуть свел черные брови темный.
— Маме и сестре, — ответила, осмотрела свой заработок и подняла глаза на «спасителя», — вы меня отведете?
— Да, — коротко ответил он.
Что ж, это было ожидаемо. Собрав последние силы, медленно, едва поднимая ноги, побрела в сторону улицы. Темный, осторожно перешивая через лужи и откровенную жижу, последовал за мной.
— Вы где живете? — остановил он неожиданным вопросом, когда вышли из узкого переулка.
— Живу? — переспросила и внимательно на него посмотрела.
«Он хочет узнать, где мама и сестра» — пришло понимание. Как я могла об этом проговориться, подставив их под удар?
— Сильно они вас приложили? — в глазах появилось беспокойство, — Позвольте.
Он ухватил своими руками мое лицо, и в его глазах вспыхнула магия. Темная, удушливая, выворачивающая на изнанку. Темнота ушла, а он продолжать смотреть, во взгляде появилось понимание.