Страница 15 из 20
Вот это слово не нуждалось в переводе, но прежние знания частенько не помогали. В русском языке обнаружилась чёртова прорва подобных слов с латинскими корнями, однако Ипатий в зачёт не брал. Он слишком хорошо ориентировался в чужой речи, чтобы не знать об этом. В принципе человек не вредный и многое объяснял при необходимости. Длинные лекции не звучали, тем не менее без пояснений при неясностях не гнал.
– Заночуешь у меня?
– Не, я с двоюродным дядькой договорился.
– Ну, как угодно. Прямо с рассветом и приходи.
– Как я могу отблагодарить? – прогудел басом мужик.
– Э, брось! Я к тебе с добром, надеюсь, и ты про это в трудный для меня час не забудешь.
Игорь мысленно ухмыльнулся. Захарий отнюдь не великий благодетель и спонсор сирых и несчастных. Он принадлежал к не слишком приятному племени симодариев, то есть ростовщиков. Обмен денег, хотя стандарт у монет одинаковый, но встречались старые, потёртые, а иногда с меньшим содержанием драгоценных металлов. Плюс серебряные и золотые неведомых государств и миров. Все с различным номиналом, весом, пробой. В этих вещах надо было хорошо разбираться, чтобы не остаться в убытке. Наверняка обычно всё происходило с точностью до наоборот, и мена шла в пользу оценщика. Именно это и означала соответствующая вывеска с весами, а не правосудие, как Игорь первоначально подумал.
Помимо этого ростовщик брал в заклад ценности, включая и недвижимое имущество, а также торговал всем, кроме бакалеи. Мог и заказать нечто конкретное из других мест с предоплатой. Всё равно выходило дешевле, чем самому ездить за тридевять земель. Захарий, можно сказать, добрый человек. У него получают дельный совет, помощь в юридических проблемах, рекомендацию для обращения к доктору или при приёме на работу. Но это всё пока речь не заходила о долге. Свои доходы он жалел намного сильнее, чем чужие сложности. Об этом, не договариваясь, поведали на два голоса Василиса с Астриком, узнав о его походах в лавку.
– Принёс? – деловито спросил Захарий, когда посетитель вышел.
– Ага, – выкладывая на стол зажигалки, подтвердил Игорь.
В первый раз он наведался в лавку, когда Фитц прямым текстом сказал об отличном наборе инструментов, виденном на днях. Откуда он взялся у симодария, не знал, однако тот по отдельности инструменты отдавать не хотел, а большинство их у механика и так имелось. Поскольку гаражный набор с собой не брали, а чужой в поездку не возьмёшь, каждый имел собственный и делился с неохотой. К тому же в общем ящике далеко не все инструменты присутствовали. Оно и неудивительно, если на трёх вроде бы стандартных грузовиках одной модели стояли разные гайки, болты и даже размер труб отличался. Вывод: пора заводить личный ящик на все случаи жизни и не одалживаться. Стоило это немало, но неизвестно, куда тебя отправят и что там понадобится в будущем. Оба его товарища нередко ездили в дальние маршруты. Когда-нибудь и ему предстоит. А в дороге помощи не попросишь. Выкручиваться придётся самому.
Намёк Фитца был достаточно прозрачный. Только вот стоило добро изрядно. В тот момент таких денег не было. Нет, ему честно выдали по окончании месяца всю причитающуюся сумму, но тут-то и выяснилось о массе долгов. Приобретены одежда для себя и Астрика, калиги стратиотские типа тяжёлые сапоги, ботинки попроще и тапочки в двух экземплярах (помощник нищим не должен смотреться, иначе хозяина за скрягу принимают), вычтено из суммы и за получаемое на кухне питание (честно говоря, совсем не дорого, специально выяснял, не лучше ли самому покупать продукты, и убедился), всякая мелочь типа мыла, опасной бритвы (очень недешёвая вещь из-за качества стали), плюс та самая гулянка и оплата услуг девицы.
Как выяснилось, она вовсе не проститутка, а честная вдова, иногда развлекающаяся. Таким прямо не платят, зато подарок в итоге выходит как бы не дороже. Ну, он не аскет и хотя бы раз в неделю звал женщину на чай (кофе здесь отсутствовал полностью), выставляя Астрика на улицу. Тоже расходы. Время от времени посещение забегаловки и возврат записанных на доске кружек с пивом в бездонные глотки механиков и парочки вандариев, то бишь аналогов сержантов из авторитетных. В общем, туда-сюда – и вроде немалый капитал исчез в неизвестном направлении. То есть, возможно, другие, не столь привыкшие к комфорту, очень удивились бы и на остатки всей семьёй прожили с недельку, но Игорь и на Земле особо копить не умел.
Невозможность сподвигнуть Захария отдать набор инструментов по дешёвке заставила задуматься о насущном. В конце концов, у него в запасе куча более продвинутых знаний. Правда, большинство из них бесполезны, как идея телефона или телеграфа. Они уже существовали и являлись государственной монополией, да и пользоваться ими очень дорого. Соваться с советами по улучшению нет смысла. Никто не заплатит, а умником могут заинтересоваться. В запрет на контакты и в казнь при поимке вполне верил и рисковать не хотел. Кстати, и электричество кое-где было. Тоже роскошь не для всех. Большинству и керосиновой лампы достаточно.
Улучшать оружие он тоже не стремился. Даже если заделаться изобретателем «калашникова», а всех размеров он не знает, как и марки стали с порохом, доводить придётся долго, а патрон под автомат создавать специально, наверняка образцы оружия и без него спёрли. Раз уж гуляют свободно по Земле агенты или разведчики. Его начальники-тихушники не зря по-русски свободно говорят. Тут ведь на словах просто, а кроме чертежей надо иметь станки, выплавлять нужный металл и налаживать производство. Штамповку ствольной коробки вместо фрезеровки внедряли несколько лет, и была масса брака при том уровне развития. Здесь это вообще проблема.
Хотя, что он реально знает об индустрии этой долбаной Империи? А вот достаточно много! Может, пароходы ходят по морям, но на Иртыше их не видно. За месяц один проходит. Винтовки и револьверы держал в руках. Стандартный шпалер, продающийся и гражданским за тридцатку, очень напоминал ковбойский. Курок взводится левой рукой. Перезарядить можно довольно быстро со скоростью, на которую способен сам стрелок, – курок ставился на полувзвод, открывалась дверка барабана, с помощью бокового эжектора патрон извлекался из барабана, затем поворачивался сам барабан, и так шесть раз. В конце надо было, конечно, закрыть дверку барабана либо взвести курок на боевое положение или поставить на предохранитель.
Винтовки вроде из более позднего времени, хотя не поручился бы. Это даже не мосинки, а берданки. У механиков имелись выданные, хранящиеся в закрытом железном шкафу. Однозарядные и лишь малая часть с семизарядным неотъёмным магазином. И это личные отряды с наилучшим вооружением! Кажется, Игорь был излишне пессимистичен при первом разговоре. Никакие ракеты с ядерными боеголовками не понадобятся. Хватит обычных вертолётов с бронетранспортёрами, чтобы разметать любые полки. Никакая муштра не поможет. Во Вторую мировую даже термин был – «танкобоязнь». А тогда на танковой пушке стабилизатора не имелось.
Но жить хочется хорошо, а возможностей – выше крыши. Например, швейцарский нож. Для разборки стандартной винтовки требуется парочка отвёрток. Вот и надо соединить всё вместе с клинком, добавив шило и ножницы. Солдаты не смогут не оценить удобства.
– Неплохо, – сказал с удовлетворением Захарий.
Две изготовленные на пробу зажигалки типа «Зиппо» ушли моментально. Возможность их использовать на ветру оценили даже ненуждающиеся. Теперь Игорь изготавливал их в рабочее время под заказ. С надписями. Если другие левачат, он чем хуже? Конечно, гравировка по образцу, ещё не хватает сделать ошибку в имени и вместо заработка получить кучу претензий. Потому и богов гравировать не стал. Кто их знает, верующих, на какую деталь взбесятся. Вероятно, такое изделие могло бы пойти гораздо дороже. Вытравить кислотой – труд немалый. Ещё была идея сделать посеребрённое или позолоченное покрытие. Нанести тонкий слой – не вопрос, однако тут уже начинается скользкое правовое поле.
Ещё вариант – продажа колец и украшений, а также фальшивые деньги. Кому такое счастье надо? В каком-то фильме заливали расплавленный металл в глотку пойманным аферистам. Нет уж. Зарываться не стоит.