Страница 31 из 153
- А ну отпусти его, тварь! - Послышалось откуда-то снизу.
Брюнет кинул болезненный взгляд туда, откуда послышался голос, и горько пожалел об этом действии. Перед его расширенными глазами пролетела мерзкая конечность и размозжила голову ринувшейся за ним женщины о палубу. Кровь и мозги смешались с соленой водой, и их тут же разнесло по всей палубе очередной волной, захлестнувшей корабль.
- Нет! - Воскликнул старый воин и с ревом бросился на монстра, но тот одним небрежным движением откинул надоедливого человечка на другой конец палубы, после чего тот так и остался там лежать, больше не поднявшись, и лишь под его головой стала образовываться алая лужица.
Брюнет перевел измученный взгляд на тварь перед ним и тихо прошептал.
- Простите, братья, я не справился. Помилуй меня, Лорд Фригус, и прими в своих чертоги, как сына твоего верного. Помни меня, орден, и не повторяй моих ошибок.
После этих слов он расслабил тело и приготовился к смерти, спокойно глядя в приближающуюся пасть так же безразлично, как люди по утрам смотрят в зеркало.
В этот момент его внимание привлек яркий блеск с чудом уцелевшей, надломленной только у самого верха мачты, а в следующий момент расплывчатый и неузнаваемый на фоне палящего солнца силуэт спрыгнул с мачты, занеся над головой длинный сияющий меч. Если брюнету казалось, что солнце светит ярко, то сейчас он готов поклясться, что увидел самое яркое свечение в своей жизни - на конце клинка силуэта зажегся огонек, разгоревшийся до неимоверной силы за пару микросекунд. Некто с собственным солнцем на острие меча ловко приземлился на голову глубинной твари, вонзая тому в голову светящееся оружие. В следующую секунду, когда то ушло по рукоять в черную склизкую плоть, кальмар покрылся белой светящейся паутинкой магических линий, и из его пасти полились обжигающие лучи. Через пару мгновений тварь разлетелся на куски, будто ее сильным напором разорвало изнутри. Ослабевшее щупальце упало на палубу, и синеглазый выкатился из-под него, тяжело дыша и кашляя. В его глазах от яркого свечения играли блики, и он, стоя на четвереньках и уперев руки в мокрую, покрытую соленой водой, кровью и слизью палубу, отчетливо видел, как дрожат его руки. Прямо перед ним послышались шаги, и, подняв взгляд, он узнал того пленника, что ушел от них еще под палубой. Тот обеспокоенно смотрел на него, а в руках у него был... меч. Самый обычный, даже местами ржавый и погнувшийся меч, которого парень волок за собой будто ненужную ношу. Блондинистый юноша протянул руку, и брюнет ухватился за нее, поднимаясь на ноги.
- Это был ты?
- На мачте?
- Да.
- Я.
- Ты все-таки смог.
- Наверное.
Пару мгновений они молчали.
- Гуинджи. - Брюнет протянул руку.
Стефан посмотрел на нее и на секунду задумался.
- Крозис. - Стефан пожал протянутую кисть.
Незачем было этому непонятному человеку знать его настоящее имя. Так безопаснее. И так проще.
Подкованные копыта мерно стучали по высохшей на постоянно палящем солнцем дороге. Оба всадника, кое-как вместившиеся в седло вдвоем, были мрачнее тучи, но у каждого на недовольство были свои причины.
- Поверить не могу...
- Слушай, прекращай бубнить там, уже достал со своим нытьем. - не дала договорить очередную недовольную тираду Венера.
- Вам не понять. Это же измена! Или... Или подстроенное убийство! Конечно!
- Мне откровенно плевать, что произошло там с тобой и твоим господином, но сейчас у нас есть дела поважнее и посрочнее.
- Мне плевать, что Вам плевать. - Зло кинул в ответ Бенджамин. - Это очень важно. Если принц Гиссель вернулся сам, что невозможно, тогда я еще могу понять... но все равно, откуда они знают, что принц Стефан мертв?! А если Гисселя никто и не похищал...
- Значит, все это - большая подстава, и дураку понятно. Но тебя это сейчас не должно волновать. Кстати, как ты сказал тебя зовут?
Шэн поморщился.
- Я не говорил.
- Так скажи. - раздраженно поторопила его женщина.
- Мое имя Бенджамин, Бенджамин Рандел Шэн. Спасибо, что спросили это на второй день наших совместных злоключений.
- Не веди себя, как дитя малое. Моя задача - не лясы с тобой точить, а доставить тебя к ведьме, чтобы та излечила твою кровь, а потом вернуть обратно.
- Кстати об этом...
- Тебя не касается.
- Вы же понимаете, что сейчас я свободен и могу все ваши планы нарушить?
- Ты же понимаешь, что сейчас ты болен, и, если сделаешь хоть что-то против меня, то скорее всего завтра умрешь?
Повисло напряженное молчание, и только гулкое дыхание запыхавшегося животного и стук копыт разбавляли тишину. Но не прошло и минуты, как с естественным звукам прибавился один не совсем желанный.
Бенджамин закашлялся. Потом еще и еще, кашель не останавливался. Парень уперся руками в спину своей спутницы и, прикрыв глаза, хрипел, будто старался выкашлять собственные кишки. И, судя по тому, что очень скоро его рот наполнился вытекающей кровью, он был весьма близок к такому повороту событий.
- Эй, эй! - Венера обеспокоенно обернулась и притормозила бег коня. - Ты в сознании?
- Д... Кхе...- Не успев договорить, телохранитель опять закашлялся, хватаясь за горло и стараясь разодрать кожу на ней.
- Даже не думай! - Бросила лекарь и, достав из седельной сумки веревку, тут же связала слабо сопротивляющегося парня, который весь покрылся испариной, и крепко привязала руки того к седлу перед собой, тем самым закрепив Бена. - Не трогай себя вообще от греха подальше.
Шэна крупно трясло, кашель почти прекратился, но вернулась головная боль и сильный озноб. Бред накатывал на парня волнами, и он, не в силах больше сопротивляться, расслабился, проваливаясь в темноту и продолжая дальше безвольно болтаться в путах, словно рыба в сетях.
Проснувшись, он на секунду подумал, что ослеп - вокруг, несмотря на поднятые веки, было темно, хоть глаз выколи. Попытавшись подняться, Шэн больно ударился лбом о какую-то доску и тут же опустился обратно, в лежачее положение. Нехорошие мысли стали закрадываться в его молодую голову, и он резкими движениями принялся ощупывать пространство вокруг себя. Страх поднялся в груди, а дыхание сбилось.
- Какого хера... Похоронили что ли?.. Эй! Эй! - он закричал и стал биться кулаками в крышку, как он сперва подумал, гроба.
Снаружи послышались какие-то приглушенные голоса, ругань. В следующий миг что-то глухо стукнуло о крышку, и та с скрежетом отворилась.
Бен тут же подскочил, ухватившись обеими руками за стенки гроба, в который его запихнули, и стал учащенно дышать, стараясь поглотить как можно больше свежего воздуха.
- Чего ты цирк тут устраиваешь? Ты едва проснулся.
Шэн поднял голову и встретился взглядом с недовольной, но уже не такой мрачной Венерой. Справа от нее стояла странная мадам. Женщина была, мягко сказать, немолодая, на вид лет сто пятьдесят-двести, не меньше. Волосы ее доставали до пола и были пусть и седыми, но вполне здоровыми, и в них были вплетены десятки, а то и сотни ленточек с надписями на незнакомых языках, символами и рунами, кое-где в прическу гармонично были воткнуты тонкие прутья с листьями и цветами. Костюм незнакомки представлял из себя крупную, бесформенную накидку, расшитую в узорах и символах Бенджамину не известных. Руки, а точнее пальцы, были усеяны кольцами разного размера и материалов, начиная с крупных перстей с драгоценными камнями, заканчивая плетеным тоненьким колечком, едва заметным на фоне всего остального великолепия, которые загадочно поблескивали в свете горящих в небольшой комнатке свечами.