Страница 13 из 27
Забыл... забыл вчера в ее объятиях обо всем, и сегодня утром тоже. Мозг словно отключился. Ну, ведь сто процентов повлияла на него как-то чертовка. Хотя если бы и вправду повлияла, он бы сейчас, наверное, и мысли такой не допускал. Просто она такая, такая… Сладкая, молодая, вкусная. Это, пожалуй, самое правильное слово. Накатившие воспоминания сводили с ума, Аверин снова безумно хотел ее. Но предаваться воспоминаниям и желаниям времени не было, и уже через двадцать минут он сидел в кабинете генерала и хлопал глазами, глядя на приказ о его переводе. В сорок четвертый отдел.
- И чем же я так провинился, товарищ генерал? – тяжко вздохнул Аверин.
- Да ты что, Аверин, – генерал казалось, обалдел от того, что подчиненный не рад переводу, – это ж повышение! Это ж зарплата раз в пять больше!
- И за какие ж такие заслуги такие почести?
- Сегодня утром с самого верха пришло. Отдел сверхсекретный, так что официально ты переходишь в надзорный отдел. УСБ.
- А как же дело о самоубийствах?
- Оно тоже передано в сорок четвертый отдел.
- О как, – искренне удивился Олег, – впрочем, если вспомнить те не по-человечески яркие глаза и нечеловеческую силу, ведь его, весившего, восемьдесят пять килограммов, подхватили одной рукой и удерживали на весу, словно перышко, удивляться не приходилось. Куда еще передать, если не туда.
К тому же будет шанс получше ознакомится с тем, кто такая все же на самом деле Доротея Вербицкая и чем занималась. По официальной версии она бывшая спортсменка, гимнастка, чемпионка мира и Европы, с детства преподававшая на сборах, в семнадцать лет вдруг прервавшая карьеру и поступившая в академию федеральной службы. Сейчас в звании лейтенанта работает… Работала логистом в Минобороны. Деятельность, понятно, секретная, не обсуждается ни дома, ни где-либо еще. Но то, что она кто угодно, но не логист, им с Владом было понятно сразу. В конце концов, в одной сфере работают. Но она молчала, как рыба, и им оставалась лишь строить предположения, но даже вслух о них не говорить, учитывая обстоятельства ее рождения и всего того, что случилось потом.
- Что ж, благодарю за службу, капитан Аверин, – генерал встал и протянул руку.
- Служу Отечеству, товарищ генерал, – отчеканил Аверин, вставая и отдавая честь Шульгину на прощение.
Олег пожал протянутую руку, Они с генералом еще раз отсалютовали друг другу. И Аверин спустился на минус второй этаж, получать пропуск в новую жизнь.
Дома пахло очень вкусно. Жареной с картошкой курицей и, кажется, свежими огурцами. Дора сидела на диване за моим ноутбуком, что-то смотрела. Аверин сначала напрягся, а потом вспомнил, что все тайны для нее давно уже не тайны. И вообще вряд ли ей интересны.
- Ну что, подобрала мебель для дома?
- Да, через два дня все установят, и можно будет переехать.
- У-у-у, – искренне расстроился капитан, – как же я буду без таких обалденных ужинов и завтраков?
Олег подошел, поцеловал сначала легонько в губы, потом не выдержал и притянул к себе. Она ответила мгновенно и страстно, когда ее язык начал играть с его языков, голова закружилась. Олег едва удержался от того, чтобы не повалить ее на диван.
- Переезжай ко мне. В доме пять комнат. Огромная кухня и летняя веранда.
- Ух ты! С чего такая роскошь?
- Такие дома строит правительство по программе нужных специалистов. Это поселок в бору для работников этого санатория. Сам санаторий в пяти километрах от поселка. Сосенки, кедры. Чистейший воздух. Благодать!
- Соблазнительно. Особенно хозяйка, – Олег прильнул к ее шее, прошелся по ней губами и языком и почувствовал, как ее пробила дрожь.
- Иди мой руки, будем ужинать. Курица уже готова, – Дора слегка оттолкнула Олега, ласково улыбаясь.
– Прям как настоящая жена, – счастливо улыбаясь, подумал он. Послушно пошел в ванную и слушал, как она накрывает на стол, напевая какую-то песенку, что сейчас часто крутили по радио.
Они сели за стол, поели салат с огурцами и перцами, курицу с картошкой, кстати, необычайно нежную и сочную. Как же давно, оказывается, Олег не питался по-человечески, по-домашнему, пищей, приготовленной заботливыми женскими руками и с любовью; что с любовью, сомнений отчего-то не было.
- Меня перевели в сорок четвертый отдел, – наконец сказал он.
- Что ж, я предполагала нечто подобное. Учитывая то, что у них в кадрах теперь некий дефицит и проект Доротея вчера случайно так сгорел, синим пламенем, – на капитана сверкнули хитрющими глазенками.
- Сколько еще есть людей, тебе подобных?
- Таких как я, с таким синхронизированным ДНК, больше нет. А так называемых железных солдат, о которых ты думаешь, несколько десятков, а может, уже и сотен. Точно не знаю. Но я – нечто совсем иное. Я единственна и неповторима пока что, а что?
Аверин рассказал ей о деле самоубийств детей.
- Расчищают площадку для поселенцев, – ответила Дора со вздохом.
- Зачем убивать детей-то, – не понял Олег.
- У этих детей устойчивый иммунитет к подсинению. Если начнется колонизация, эти дети не поддадутся. И их довольно много. Они смогут создать сопротивление. К тому же в прошлой жизни они все наверняка были кем-то вроде жрецов или еще кого-то, и подсознательно им доступны высшие истинные знания. И в критической ситуации эти знания могут воскреснуть в памяти, что серым совсем неинтересно и не на руку Проще убить их сейчас на изломе шаткой подростковой психики. Пока не выросли, не окрепли, не совершили открытия в медицине, обороне и прочем, что помогло бы подняться нам на новую ступень.