Лилиана

— Блатуешь, мелочь! Ты давай за базаром то следи, подруги все-таки, — пригрозила Дашка.

— Погодь, – остановила ее Машка и что-то шепнула той в ухо, от чего она расплылась в широкой улыбке. — Ты это, не дрейфь, мы тя не тронем, — обратилась она уже ко мне.

— Ага, ты нам деньжат подкинешь и пойдешь себе с миром, — хохотнула Дашка.

— У меня нет денег, — развела я руками, с одним необутым кедом.

— Да ты не парься, вон, боты продай свои, предкам скажешь, что утянули.

Вот же я попала! И как теперь выкручиваться, непонятно. Денег давать им точно нет смысла, они тогда меня в корову превратят и вообще не слезут. Знаю я их, плавали уже. Разок заставили у комендантши из сумки деньги украсть, а я по глупости и поверила, что они отстанут. Меня тогда застукали и жестко наказали, долго сидеть не могла потом. Ремень в качестве поучительного наказания тогда никто не запрещал использовать. Но «подружки» отстали. И вот опять стоят передо мной и что-то требуют, как будто в прошлое вернулась. Но на этот раз еще посмотрим кто кого!

Натянула на лицо свою самую широкую улыбку и заржала в голос. Бывшие приятельницы переглянулись, но в чем дело пока не поняли. Я не стала терять времени и встав на бортик фонтана, на котором все еще сидела, театрально произнесла речь:

— Подружки мои, не надо, не останавливайте меня. Я не имею права оставаться в этом мире! Я червь, и должна жить в земле. После всего того, что совершила нет мне прощенья.

– Э! Ты че мелешь? – первой опомнилась Машка и заправила сальный локон за ухо, утыканное дешевыми сережками по всему полукругу.

Для достоверности я тупо хихикнула еще пару раз, а потом снова в голос засмеялась.

— Я сирота на этой земле, и кровь на моих руках может смыть лишь очистительное дно.

Признаться честно, очень надеялась что не переигрываю, но судя по вытянувшимся лицам девчонок, они не обладали особым интеллектом и поверили во всю эту чушь. Пришлось для пущей правдоподобности спрыгнуть в воду, так что от меня в разные стороны полетели брызги. Они отошли подальше, но продолжали наблюдать за моим представлением.

Крикнула им «прощайте» и набрав побольше воздуха в легкие, опустилась на воду лицом вниз. Если я все правильно рассчитала, сейчас они должны бежать от сюда куда подальше сверкая пятками и забыть, как меня звали. Они слишком трусливые, чтобы лезть за мной в фонтан, а тем более спасать.

— Да ну ее нахрен, умом тронулась походу, – услышала краем уха их разговор, и чуть не выпустила оставшийся воздух. Пришлось поднапрячься, требовалось продержаться под водой еще несколько секунд.

— Давай хоть боты заберем, — прогнусавила Машка, и судя по всему подпихнула Дашку к воде.

— Эй, ты чё дура! Я в воду не полезу, пошли лучше за Тодом смотаемся, он точно разрулит.

— Точняк.

Дальше я услышала нестройный топот и спасительную тишину. Вынырнула из воды и с жадностью вдохнула полные легкие кислорода.

«Если приведут подмогу мне конец», — мелькнула здравая мысль и раз уж все равно намокла, бросилась за скрытой под водой тетрадью, все еще проклиная Арни за глупую игру, что он затеял поспешила в сторону дома.

Самое печальное, что в таком виде меня не пустили в автобус, и я добрых три километра шла пешком. Клянясь про себя больше никогда не прогуливать школу без причины. Хорошо хоть с погодой повезло и солнышко уже к середине дороги разогрелось так, что я практически высохла. Но добравшись до дома, поняла, что реально заболела.

Меня бил озноб, а градусник показывал настоящие тридцать восемь. Позабыв вообще о цели своей вылазки из дома юркнула обратно в кровать и клацая зубами попыталась согреться. К моменту спасительного забытья, когда я готова была уплыть в царство морфея, зазвонил проклятый телефон.

С огромным трудом вытянула руку из-под одеяла и нащупав противный девайс, приняла вызов.

— Лиля, с тобой все хорошо? — услышала встревоженный голос одноклассника. Видимо решил узнать судьбу подкинутой мне записки.

— Не мешай мне умирать, – выдавила из себя и нажала отбой. Сон все же настиг меня, но я совсем не уверена, что он был лечебным. Казалось, что я жарюсь на сковороде, и все мои попытки уйти или постараться остудится, успехом не увенчались.

Потом я слышала звонок в дверь, или не слышала и мне все это тоже снилось. Откинула лишние и не нужные мысли, продолжая борьбу с невыносимой жарой. И откуда только она взялась, никак не могла понять.

Но через некоторое время, почувствовала легкий спасительный ветерок и что-то холодное легло на мой лоб. А потом и по всему телу начала пробегать спасительная прохлада. Сначала руки, потом шея. Я почувствовала, как меня раздевают, но никак не могла возразить или помешать. Прохлада коснулась обнаженных ног и снова вернулась к лицу.

Сколько я пробыла в таком состоянии не имела ни малейшего представления. Знала лишь, что это точно не родители, так как я писала им что у меня все ок, когда домой шлепала после купания в фонтане.

Незаметно приоткрыла один глаз, не поверила увиденному и тут же открыла второй. В комнате было совершенно пусто!

Через какое-то время я услышала шум, доносящийся с первого этажа и уже через минуту в дверь неслышно вошел никто иной как Арнольд.