Лилиана

Прошло пять лет с того дня, как мы виделись с Адой в последний раз, но я без сомнений узнала ее голос. Будто и не было столь долгого расставания.

В тот день я попала в детский дом, а перед этим прозрела. Все утро летала на крыльях счастья, что наконец все плохое ушло из моей жизни. Но потом начались тяжбы и борьба за мое опекунство бабушки. На это время меня определили в районный приют, «на время», как тогда все твердили. Только мне было невдомек, что пробуду в том ужасном месте целый год. А я как наивная, ждала каждый день и верила, что вот-вот за мной придут.

Так и случилось, но пришли совсем другие люди. Нина и Артур по началу рассматривали всех детей с нескрываемой холодностью, будто товар на рынке. Этот худой, этот толстый, тот смеется много.

Я все это слышала из своего укрытия, все время, как приходил кто-то чужой, забиралась под стол у самого входа в игровую зону, если ее можно было так назвать, и ждала пока уйдут. Странно, но меня там никто и не замечал, до поры до времени.

Эта высокомерная пара выбирала долго, и даже приходили не один раз. В самый последний момент, когда они уже собирались покинуть наш детский дом и отправится в другой, девчонки, которые меня всегда задирали, вытолкнули из укрытия. Но я не стала терпеть, и при всех громко высказала поганкам, все что я о них думаю.

Взрослые включая нашу надзирательницу, так мы прозвали воспитателя, замерли открыв рот. А после этого меня удочерили. Прочувствовали во мне юриста, как любила подшутить Нина.

— Лиля, я так счастлива тебя видеть, — все еще обнимая меня, шептала на ухо Ада и никак не хотела выпускать из объятий. — Прости, прости что так и не смогли прийти и помочь. Мы слышали вашу историю с Надеждой Константиновной, твоей бабушкой, но в тот момент не в силах были ничего сделать.

— Все хорошо, я понимаю, — ответила ей, но в душе знала, что лукавлю, я и их ждала, думала мы стали одной семьей. Только обо мне никто почему-то и не вспомнил.

— Как вы здесь оказались, и кто этот симпатичный молодой человек? – поинтересовалась Ада и наконец отстранилась от меня. — Ты так вырос…

Фраза застряла у нее на языке, так и не произнеся до конца. Она все поняла без слов.

— Да, это Арни. Он вызвался помочь отыскать тебя. Думаю, ты понимаешь, о чем речь.

— Так. Тут совсем не подходящее место для подобных бесед. — тут же стала серьезной журналистка. – Мне нужно взять интервью у одной группы, а потом мы сможем нормально поговорить. Подождите меня вон в том кафе.

Видимо она указала Арни направление, так как парень снова бережно взял меня за руку и повел в неизвестном направлении.

— Она такая необычная, и глазищи такие, — пока мы шли поделился своими наблюдениями одноклассник. — А еще очень активная, пока мы спускались со сцены, твоя Ада уже вовсю болтала с каким-то стрёмным хиппи.

— Да, она такая, — улыбнулась я своим воспоминаниям. Рыжая непоседливая девушка тогда давно казалась мне женским идеалом, на который хотелось ровняться. Смелая, авантюрная, ее никто не мог остановить, кроме Марка. Но и его она не всегда слушалась.

— Ты мне расскажешь о своем прошлом? – неожиданно попросил Арни, а я замешкалась. Стоит ли посвящать его в такие личные моменты жизни, не будет ли он потом потешаться надо мной, или еще чего хуже, жалеть!

— Давай как-нибудь в другой раз.

Арни не стал настаивать, за что я была ему очень благодарна. Мы просидели в указанном кафе недолго, успели выпить по стакану холодного лимонада. Как рядом вновь зазвенел голос Ады.

— Лиля, я пришла. Расскажи пожалуйста, как это произошло и главное, как давно? Ведь мы, я и Марк, у нас все в порядке. Я ему звонила.

К слову сказать, нашу проблему изначально взялась решать именно Ада, она связалась тогда еще с недоступным для простых окружающих бизнесменом Марком Картаем, и доказала ему свою правоту. Я не знаю подробностей, но мне рассказывал Алёша, что журналистка подожгла мусорные баки рядом со сценой, где говорил речь Марк во время открытия больницы, чтобы вывести его на чистую воду. А сама стояла с непроницаемым лицом и смотрела прямо на него. Было забавно и в то же время будоражащее. Тогда мне было всего девять, и я многого не понимала в происходящем.

И вот теперь снова пришла к ней за помощью.

— Я выступала на школьном празднике, а потом мои приемные родители меня увидели и разочаровались. После этого одноклассницы заперли в подсобке, в полной темноте. А потом меня спас Арни и отвез домой. Но мне нужно было поговорить с Кириллом и поэтому я взобралась на дерево, чтобы незаметно сбежать из дома.

– Они вернулись в город? – удивленно перебила меня Ада.

— Нет, только Кирилл, на сколько мне известно. Но когда я добралась до его дома, свет померк. Это было вчера.

— Милая моя, — я почувствовала теплые ладони на своих руках. Она старалась подбодрить меня, но выходило плохо. Мы обе прекрасно понимали, какого это, терять то, что приобрели с таким трудом. — Я постараюсь тебе помочь. У тебя есть телефон Кирилла? Нужно узнать, все ли у него в норме.

Я протянула журналистке свой мобильный и сказала, как разблокировать. А топом покраснела. Ведь на заставке у меня все еще стоит фотография Алеши, а он как две капли воды похож на брата. Оставалось верить, что Арни не будет туда заглядывать.