Страница 10 из 13
- Эти кучи собрали аборигены, чукчи, или ненцы. Зачем? Да очень просто, в степи же топят печи кизяками? И здесь с дровами напряг, а зима будет куда длиннее и холоднее. Вот они, жители тундры, и запасают естественное топливо, собирая помет после своих оленьих стад.
Слабенькое объяснение всех устраивает, народ успокаивается, но ненадолго.
- Идите сюда! Смотрите!
Мужик показывает на выбитую дочерна тропу, сходящую к реке. Все идут туда, за ними и я. Следопыт из меня неважный, но тут, на грязи чингачгуком быть не нужно. Человеческие следы, большие и маленькие, все босые, должно быть, соплеменники Киша. Копыта, большие и маленькие. Вот здоровенные блины. Не иначе, вышеупомянутые мамонты. Такие же, поменьше. Мамонтихи, или мамонтята. Отдаленно похожие на человеческие, только гораздо больше, шире, плоскостопые и с когтями. Медведь, причем агромадный. Кошачьи, без когтей, то есть с втянутыми, тоже огромные - тигр или лев. Собачьи, с когтями навыпуск, и опять здоровенные - волки, может, но уж очень большие. Тропа явно несвежая, но жуть наводит.
- Вот вам и мегафауна! А-а-а!
- А я читал про следы снежного человека в горах, нашли эти следы, на одном склоне четкие, человеческие, потом они же продолжаются на другом склоне горы, уже размытые, огромные, как у снежного человека. Оказалось, просто другой склон был под солнцем, следы подтаяли, вот и вся разгадка.
- И к чему ты это все рассказываешь, академик?
- К тому, что эти следы, те же кошачьи, могли каким-то образом увеличиться от естественных причин, пусть даже нам непонятных.
- Ага, кошачьи увеличились, а человеческие, те, что рядом, нет? Логично ты объяснил, не подкопаешься.
- А кто сказал, что это недавние следы, они могут быть очень древними. Ведь находят же следы динозавров. Те окаменевшие, да, а эти были в вечной мерзлоте, и вытаяли недавно.
- А ты что об этом думаешь? - Внезапно обращается ко мне мужик с каменным топором.
- Я думаю, что нравится вам это или нет, сейчас не утро, а вечер, и самое время разводить из этих кизяков костры. Спички есть?
- Спички нам не положены, но огонь добыть не проблема. Денис, у тебя лучше получалось.
- Я сделаю лучок, а ты подгони деревяшки.
Я ни минуты не верил, что им удастся развести костер в такую погоду, но фестивальщики посрамили мое неверие в их первобытную состоятельность. Несколько минут ушло на то, чтобы зажать меж двух деревяшек палочку, а еще через минуту из под раскручиваемой лучком палки пошел дым. Промокший навоз разгорался с трудом, но вскоре ветер погнал по тундре клочья густого сизого дыма.
Нормально, не такие уж они беспомощные, пора и мне укладываться спатеньки, дальше по берегу как раз были подходящие деревца. Часть народа бесцельно слонялась по тундре, два шедших передо мною мужика остановились возле большой лужи.
- Говорю тебе, большая! Килограмм на пять!
- Вон она! Сам вижу! Как она сюда попала, интересно? Осталась после разлива реки?
Пусть ловят, у меня еще на час неотложных дел. И пока я свои неотложные дела делал, в голове обрабатывались открытия последних часов. Мегафауна. Теперь стали понятны и невероятные физические кондиции Киша. Взрослый шимпанзе при той же массе тела втрое сильнее обычного человека. Профессиональные спортсмены, тренируясь несколько лет, добиваются тех же результатов, то есть, утраивают мышечную силу. А местным дикарям и тренироваться не нужно, за них естественный отбор работает, они от рождения так же сильны, ловки и выносливы, как шимпанзе, или как цивилизованные олимпийские чемпионы. Понятно, что и мальчик Киш легко заткнет за пояс любого нетренированного взрослого, типа меня, у которого тысячи поколения эволюции развивали мозг в ущерб телу. А теперь по прихоти судьбы я вместе с фестивальщиками попал на первобытный стадион, и мне придется соревноваться с местными спортсменами в их условиях. Ну и "кто победит в опасной этой гонке?"
Насколько все же утро приятнее вечера! И отдохнул, и согрелся, и есть не хочется.
Был у меня в Бабурино сосед, имевший чудесную привычку при каждой встрече приветствовать меня словами:
- Что ж это с погодой-то творится?!
Дождь, снег, мороз, солнце, жара - всегда одно и тоже, вместо "здравствуйте", возмущенно разводит руки:
- Что ж это с погодой-то творится?!
Слыша это присловье очередной раз, я представлял себе древнего старика на облаке, в исступлении рвущего клочья из седой бороды со словами:
- Да какую же тебе погоду сделать, чтобы ты хоть раз в жизни был доволен?!
Я, в отличие от ворчливого соседа, на погоду внимания не обращал никогда, она меня всегда устраивала. Может, он просто был гораздо ближе к природе, опять же, у него в огороде картошка, а у меня газон. Сейчас-то, в этих бесконечных походах по тундре, я начинаю его понимать, и мне самому захотелось хорошей погоды. Выглядываю "на улицу" - по-моему, терпимо, ветер умеренный, дождя нет.
Выбираюсь, повязываю на голову кроличью накидку, раннее утро, а фестивальщиков уже нет, ну и правильно, я бы на их месте тоже не залеживался. Куда пошли, зачем, сами-то хоть для себя они решили, о чем они думают? Только костер слабо дымится на месте их ночлега, да песец крутится, принюхиваясь.
Триффид? Да, слегка прихрамывает, это он. Но почему он ушел за нами, бросив кучи мяса? Согнали другие падальщики, или соплеменники нашли тела разведчиков? Я тут расслабился, а меня, может быть, уже вовсю разыскивает карательная экспедиция, а ушли мы недалеко, километров на десять, от силы двенадцать. И Киш так и не появился, а я еще радовался доброму утру.