Страница 31 из 32
Мазуров вспомнил какую необычную активность начал проявлять Романов в последний год. Сблизился с ним, так как, наверное, считал своим союзником по Политбюро. Действительно, у них не было противоречий и разногласий во взглядах на экономику страны. Раньше Романов не был замечен подобной активностью, занимаясь только интересами своей области и Ленинградской промышленности, а тут вдруг вмешался в кадровый вопрос и выступил против назначения Горбачева. Проявился и по другим вопросам внешней и внутренней политики, что не могло понравиться другим членам Политбюро.
Еще тогда про какой-то список шпионов упоминал. Неужели как-то узнал о врагах и передал СПИСКОМ Андропову?
Может и правда – был у него пророк-оракул? Неплохо было бы узнать – что будет после нас? Надо послать кого-нибудь в Ленинград надежного, чтобы выяснил осторожно о людях в окружении Первого секретаря ОБКОМА, не привлекая внимания.
Глава 5.
Подача документов.
Впервые я так вымотался в Ленинградском поезде. Гуля, которая в этот раз ехала со мной в Ленинград, вероятно, тоже, но вида не показывала и даже не намекала на усталость.
В этот раз нам достались места в плацкартном вагоне в проходе, а в купе напротив ехала цыганская многодетная семейка. Мартышки-цыганята полночи не могли успокоиться, лазая по полкам, крича, споря и ссорясь на гортанном языке. Соседки-женщины пытались успокоить и утихомирить шумное соседство, взывали к невозмутимому отцу семейства. Колоритный типичный толстый цыган с окладистой бородой, седыми нитями в черных длинных волосах, с золотой печаткой на пальце, одетый в хромовые сапоги, извиняюще улыбался, разводил руками (это же дети!) и строгим взглядом окидывал расшалившееся потомство. Цыганская детвора замирала под его взглядом на некоторое время, а потом все начиналось сначала. Жена, маленькая худощавая женщина в длинном цветастом платье, с крупными серьгами и бусами на плоской груди вообще не вмешивалась, а подозвав кого-либо из ребятни, поправляла что-то у них в одежде, что-то выговаривала и отпускала резвиться дальше.
Я терпел и лишь иногда страдальчески поднимал глаза на Гульку, ища моральной поддержки, но она снисходительно и успокаивающе улыбалась, как будто ее совсем не беспокоили шум и крики над ухом. Наоборот, подозвав самого мелкого или одного из самых маленьких, одарила конфетой. Вскоре возле нас собралось все малолетнее семейство и разошлось, когда все конфеты были розданы, а пол возле наших мест был засорен обертками. Остался лишь самый настойчивый, который затянул на одной ноте:
– Дайте, пожалуйста, ради Бога конфету, дайте, пожалуйста, ради Бога конфету, дайте ….
– Миленький, нет больше! – попыталась сердобольная Гуля втолковать ребенку.
– Дайте, пожалуйста, ради Бога конфету…! – как бы, не понимая и не слыша продолжал тот клянчить.
Не выдержав, отдал свой пакетик с двумя кусочками сахара-рафинада, полученный к чаю. Пацан посмотрел на ненужный подарок, взял и с обидой отстал, а мы продолжали периодически обстреливаться взглядами черных любопытных глазенок – что у нас в руках, что едим, что лежит на столе?
На перрон Московского вокзала я выгрузился не выспавшимся, недовольным и раздраженным. Подружка, наоборот, в отличие от меня выглядела свежей, без тени усталости и довольной жизнью. Постепенно, глядя на нее, мое раздражение прошло и настроение улучшилось. Все-таки присутствие рядом жизнерадостной девчонки благотворно влияло на меня.
Проходя мимо нас отец цыганского семейства добродушно пожелал:
– Красивая вы пара. Дай вам Бог счастья и надеюсь встретить в следующий раз женатыми.
Посмотрел ему вслед, как он вальяжно шел по перрону с пустыми руками, а позади тащили многочисленные баулы, свертки, сумки его жена и дети. Переглянулись с Гулькой и рассмеялись.
Такси брать не стали, а поехали домой (к тете) на метро. В квартире Гуля, распотрошив свой чемодан, упорхнула в ванную, а я набрал рабочий телефонный номер родственницы, чтобы доложить о нашем приезде. Как и ожидал, она обрадовалась, даже хотела отпроситься с работы, чтобы достойно встретить и накормить нас после дальней(!) дороги и долго инструктировала, что мы можем поесть, где что лежит….
Наконец, я положил трубку и остановился в коридоре перед дверью в ванную, за которой призывно шумела вода. Представил, как струи воды стекают по совершенному девичьему телу, омывают небольшую упругую грудь, стекают в ложбинку между грудей на плоский животик и стремятся к треугольнику волос внизу живота.
Стиснув зубы от желания, скинул в комнате верхнюю одежду, метнулся назад и открыл незапертую дверь.
– Вообще-то я хотела помыться, – упрекнула подружка, но лукавая улыбка говорила об обратном. – Похоже, я тебя достаточно изучила, чтобы угадывать твои желания, – сообщила с поощрительной улыбкой, отодвинув занавеску и пропуская меня к себе.
В нетерпении обнял желанное тело, трясясь от возбуждения и впился в губы поцелуем. Потом развернул и прохрипел:
– Наклонись, – и нетерпеливым толчком вошел в нее.
Так под струями горячего душа, кончил почти сразу два раза. Сам подобного подвига от себя не ожидал. Единственное неудобство испытывал – слишком горячая вода. Не люблю такую температуру, а Гуля наоборот, чувствовала себя вполне комфортно в кипятке. В процессе нашего соития, она с улыбкой и готовностью подстраивалась под мои движения, стараясь доставить мне максимальное наслаждение и похоже получала его сама.
Потом, плескались и дурачились под душем, пока она не прекратила баловство, помогла мне спокойно омыться и выпроводила из ванной.
– Вдруг Светлана Викторовна явится с работы! – шепнула предусмотрительная подружка.
Пока я одевался, ставил чайник и ждал на кухне любимую, она долго приводила себя в порядок, сушила волосы, причесывалась и наводила макияж.
– Какой я счастливый! – признался, когда она, ослепительно выглядевшая появилась на кухне с радостной улыбкой.
Никогда не знал, ни сейчас, ни в будущем – как надо вести себя с девушками. Стоит ли их баловать искренними признаниями? Не испорчу ли их откровенностью? Возомнит о себе Гулька невесть что…! «Чем меньше женщину мы любим, тем легче нравимся мы ей…» Но я действительно был счастлив и не хотел думать о серьезных вещах.
Гуля, поощрительно улыбнулась, довольная моим признанием, легко подтолкнула к стулу, и сама начала разливать кофе и готовить бутерброды. К сожалению, молока в холодильнике не оказалось.
– Не ждала тетя нашего быстрого приезда, – предположил я, ответив на невысказанный вопрос подруги. – Потом сами купим. – Куда поедем сначала? К тебе или в Политех? Или каждый в свое? – поинтересовался, отпивая черный кофе.
– Поехали к тебе вместе. Посмотрю, как все устроено, – ответила она, намазывая масло на ломтик батона и протягивая мне.
Политехнический институт представлял комплекс старинных зданий со сложной архитектурой. Возле круглого, похожего на граненый стакан, но с окнами здания Приемной комиссии, толпились абитуриенты и их родители. Прошел с Гулей внутрь, испытывая непонятное волнение. На первом этаже кучковались поступающие у стенда с какой-то информацией, и Гуля потянула меня туда. Отрицательно мотнув головой направился по маршруту, указанным стрелками на стенах и подписями «Приемная комиссия». В просторном помещении на втором этаже, заполненном будущими абитуриентами, их сопровождающими и столами с членами приемной комиссии нашел свой стол с табличкой – Факультет технической кибернетики. За столом сидел молодой парень и беседовал с какой-то девушкой, держа ее документы в руках.
Я отметил, что членами приемной комиссии были молодые ребята и девушки, вероятно студенты. Девчат было больше. Людей в возрасте, похожих на преподавателей или хотя бы на аспирантов в помещении вообще не было. Я удивился, что студентам доверили вести прием.
По-видимому, у девушки возле моего стола возникли проблемы с документами, и парень поднялся, посмотрел на нас, на Гуле за моей спиной задержал взгляд и вышел куда-то, позвав за собой девушку. Через некоторое время вернулся уже один, извинился, сел, протянул руку за моими документами и еще раз мазнул взглядом по Гулиной фигуре. Похоже у моей красавицы-подружки могут возникнуть проблемы с озабоченными студентами. Может надо было настоять, чтобы она училась со мной? Хотя в педиатрическом институте, куда захотела поступать Гуля, девчонок на курсе должно быть большинство. Посмотрим.