Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 61 из 66

-Марина Вячеславовна…

Замерла. Сердце скакануло в горло, она сглотнула его обратно. Бросило в жар, а губы расползлись в абсолютно дурацкой улыбке. Заставила себя нахмуриться. Попыталась опустить уголки губ, но то один, то другой упорно лез в верх. Руки задрожали. Еле справилась, чтобы не крутануть сумками и не устроить от радости фейерверк. Но не повернулась. Не хотела, чтобы видел, что она ждала этого мига. Хотелось быть гордой и надменной…

Скорее поняла, что почувствовала, что мужчина приближается.

В этот момент дверь подъезда отворилась, и вышла та самая соседка, которая ездила на черном джипе:

-Марина, привет! С тобой всё в порядке?

- Да, спасибо.- пробормотала Марина и в тот же миг почувствовала, как мягкая кожа перчаток коснулась её обнаженных пальцев.

Сумки стали весить меньше, и она в тот же миг высвободила руки, предоставив мужчине нести свою поклажу. Придержала дверь, впустив мужчину в подъезд.

- Марина, а это кто такой красивый? - вдогонку крикнула соседка.

- Друг детства.- Усмехнулась Марина и закрыла дверь, чтобы не было больше лишних вопросов.

Пока ехали в лифте, Марина осмотрела Сальника. Одет был дорого, с шиком. Недаром на него соседка запала. Она деньги чуяла издалека. Кожаное короткое пальто с меховым воротником, шапка-ушанка из стриженой норки. Взгляд карих глаз, казалось, разбирал её по миллиметрам.

Марина подумала, что она-то уж точно не выглядит так импозантно, как это было летом. Сапоги на невысоком устойчивом каблучке, короткая шубейка на мокрый снег из цигейки, берет, прибитый снегом. Тушь, наверно, потекла. А сама… Раза в два толще стала. И в этот миг ей захотелось, чтобы он исчез, не видел её такой. Зачем? Увидеть в глазах разочарование: не это ли самое большое наказание для женщины?

Ехали молча. Она, опустив взгляд, боясь, что не выдержит. Он думал о чем-то своём.

На пятом этаже лифт остановился. Вышли.

- Сальник, спасибо, что донесли сумки, можете быть свободны. В гости не приглашаю. По крайней мере не сегодня. Простите… - решилась. Не хотелось, чтобы сказка заканчивалась печально. Послевкусие… Придумать самой продолжение…. А то увидит её такой Колчак и… Нет, только не это. В душе закопошилась надежда, а вдруг она такая толстая и страшная только в собственных глазах…

- Марина Вячеславовна, давайте заканчивать этот детский сад. Если я здесь, то явно не для того, чтобы сумки до порога дотащить…

Дверь открылась. На пороге оказался Степан в трениках и белой майке:

-Мариша, а я уже забеспокоился. Видел, что в подъезд зашла, а до квартиры так и не дошла. Все нормально? - он перевел взгляд на Сальника. - Кто это?

- А Вы должны быть…- начал Сальник.

- Мой муж Степан.- перебила Марина. - А это,- она кивнула в сторону Сальника. - Друг из города юности. Случайно встретились, помог сумки донести. -И, повернувшись к Сальнику:- Спасибо, что донес, увидимся.- И снова к Степану:- Возьми, что ли, сумки у него…

Степан смерил взглядом Сальника. Взял сумки…

Ах, Марина. Какая непростительная ошибка. Неужели ты забыла, как ты и два опера конвоировали четырех задержанных.

 

Это было в то время, когда Марина курировала самый удаленный район. Там из всей милиции на весь округ, половина которого это леса да болота, был один участковый. Приехали она в командировку отрабатывать осмотр места происшествия с участием обвиняемого. Обвиняемый шел, показывал, как проник в магазин, как таскал продукты и грузил в сумку на колесиках. Потом повёл к «складу», где хранил похищенное. Подходят, а там подельники сидят, новое натащили. Наелись от пуза и дрыхнут. Вот тепленькими их и взяли, да в местный отдел привезли.

В участке была комната для задержанных. А вот дальше как? Надо было теперь на станцию доставить: 1 обвиняемый, 3 задержанных, два опера, следователь и куча шмоток- похищенных вещей, которых обнаружили на «складе». Все в маленький УАЗик не влезет. Что делать?

Решили так: наручниками сцепили троих. Крайним дали по баулу. Проходившему по делу обвиняемому в руки лом дали , на концы повесили ещё по баулу. Куда он теперь побежит, когда руки заняты?

Люди, далекие от следствия, наивно полагают, что каждый обвиняемый норовит сбежать. Но это далеко не так. Некоторые специально к зиме готовились: кражу совершат, да сами ещё и улики подбросят — так зиму перекантуются. Те, кому небольшой срок грозит уже на следствие начинают вести себя «примерно»: сотрудничают, сами рассказывают, показывают. Так и этот обвиняемый. Он на волю и не просился. Идти ему было некуда да и не к кому. На носу зима была. Знала об этом и Марина, знали и опера об этом. Конечно, бдительность терять нельзя, но все проще было. Так и дошли до поезда.

Спасибо начальнику поезда. Неожиданных безбилетников в виде троих задержанных посадил, чтобы до города довезти. А район большой, ехать ночь. Расселись в 2 купе: в первом опер и двое, скованные одним наручником. Во втором: опер, Марина, задержанный и обвиняемый.

Марина в каждое купе дала по журналу с кроссвордами и сказала, что утром посмотрит, кто самый умный окажется…

Утром на перрон из вагона вывалила веселая компания: первый опер принимал сначала парочку скрепленных, потом третьего с баулами, потом обвиняемого с ломом и баулами, и замыкала процессию Марина. На перроне только и было слышно: «Счеты, это абак. Зуб даю, проверь… Значит по вертикали неверно, не пудель, а какой-то другой пес...»

- Это что? - спросил начальник конвоя, который приехал их встречать.

- Всю ночь кроссворды решали… - ответила Марина и зевнула.

- Кроссворды? Зачем?- удивился майор.

- Чтобы не успели договориться, как давать показания. Они же у меня все по одному делу проходят. И чтобы мысли дурные не успели в голову забраться. А так: усиленная интеллектуальная деятельность. Некогда о другом думать….

 

Забыла Марина, сама освободила Сальнику руки…