Долг из прошлого

Камаль и Василий вернулись в Доху, когда уже садилось солнце. Надо бы спросить соседей, вдруг женщина попала к ним.

-Утром, Василий, утром! Мы все облетели, машины не оставили ни одного свободного сантиметра. Скорее всего, её кто-то нашел. Пожалуйста, не переживай. Мы давно уже не те дикари, которые ходили по пустыне и воровали женщин.

-Да мало ли историй....- Василий нервничал.

-Василий, я все понимаю, ты влюблен. Она - шикарная женщина. Но пойми ты, ей не 18 и даже не 30. Это пятидесятилетняя женщина. Шансов, что кто-то решит похитить 50-летнюю женщину, очень мало. И потом, положа руку на сердце. Только не обижайся. Желающих оказаться под богатым мужчиной столько, что и воровать не надо. Это совсем надо быть безумцем в наше время, чтобы похитить женщину ради секса.

-Ты не понимаешь, Камаль, какая она женщина...

-Понимаю, Василий. Вот моя Динара дорога моему сердцу. Красавица, умница, мать моих пятерых детей. Но я прекрасно понимаю, что такой, какой ее вижу я, больше никто не видит. Ты не представляешь, сколько раз даже мой отец сватал мне молоденьких девушек. Красивых, как цветок граната. Зачем, спрашиваю у отца. Моя Динара детей мне родила. Мы живём с ней душа у душу. Зачем мне ещё одна женщина? А Динара сказала, что если я женюсь на другой, она уйдет. Так и Марина твоя. Такой, какой ты ее видишь, какой ты ощущает её запах, больше никто не чувствует и не видит... Я уже дал распоряжение, чтобы по телевизору объявили о её пропаже.

Марина открыла глаза. Что это? Больница? Не похоже? Частный дом? Дворец? Судя по комнате, где она лежала, что-то очень большое. А это кто? Кто эта женщина?

Женщина в свободном длинном платье и с убранными за спину черными с проседью волосами подошла к Марине?

-От кого сбежала, Ошеньприяно? - проговорила женщина на арабском.

Марина улыбнулась. Кивнула в знак приветствия. "Интересно, а что она говорит?" - наша героиня знала только один язык, свой родной. Ну и английский в пределах программы средней школы, да и ту успела позабыть почти за тридцать лет.

-Hello!- Марина нахмурились. Тело болело, как будто били. Попыталась сесть. Голова кружилась. "Меня что, изнасиловали?" - и самой смешно стало от этой мысли. После путешествия по пустыне она должна была вонять, как скунс.

-Осторожно, осторожно...- арабка заговорила по-английски, придерживая Марину и помогая ей подняться.

Видимо точно, наш мозг имеет свое особенностью вытаскивать из подкорки все, что когда-то даже мельком услышал. Так или иначе, но Марина поняла.

-Спасибо,- это слово появилось в ее голове с лёгкостью.

Хотела встать, но ноги обожгло как огнем. Морщась, доковыляла до ванной комнаты. Там, на стене висело огромное зеркало. Марина обернулась. Все по-современному, все дорогое. Значит она в гостях не у какого-нибудь дехканина или как там называют крестьян в Персидском Заливе. Потом снова вернулась к зеркалу...

Она была готова ко всему, но не к этому шоку. Красное от ожога лицо. Воспалённые глаза казались маленькими бледными щелочками. Опухшие, будто рабочие или накаченные силиконом губы. Тусклые как солома волосы... А всего-то день под солнцем.

Зачерпнула в ладонь воду, опустила лицо и вдруг заплакала. Заплакала от обиды. Лучше бы умерла. Кому теперь она нужна такая страшная? Но плакала не долго. Она не одна на этой земле. Дети... Наверно они беспокоятся. Надо бы им позвонить... Но увы. Это раньше мы все номера на память знали или в записные книжки вносили. А теперь все в памяти телефона. Хорошо, если собственный помнишь. Потом подумала о муже. О бывшем. Он хоть и бывший, но человек хороший, надёжный. А что надо в старости? Секс? Так это сейчас ее волной накрыло. Колчак, блин... Колчак. По телу побежали мурашки, потом прошла волна жара... Колчак. И ей вдруг снова стало обидно, что теперь он точно на нее не посмотрит. А так хотелось продолжение этого короткого, но яркого романа.

Вышла... Нет, проковыляла на больных ногах из ванны. Ее уже ждал завтрак.

На низком столе стояло блюда со странной яичницей: там был и фарш, и хрустящая вермишель, и помидоры... Марина осторожно попробовала. Оказалось вкусно. Она хотела поблагодарить, но в комнате никого не оказалось. Взяла стакан. Открыла тетрапакет с апельсиновым соком. Пока ела, составляла план, как можно попасть домой ...

После завтрака потихоньку обошла комнату. Вышла на балкон. Второй этаж. Внизу зелёная лужайка и какие-то деревья. Ветер доносил аромат неизвестных цветов. Арабская сказка. А она в ней Баба-Яга.

-Ошеньприяно, come...- женщина позвала Марину...

В комнате была вторая женщина. В руках она держала какой-то чемоданчик. Она показала рукой, чтобы Марина села. Сама расположилась около ее ног. Стала снимать бинты. Больно, очень больно, когда бинты вместе с кожей отходили... Марина сжала до боли кулаки, так, что ногти вонзились в ладони. Сцепила зубы. Молчала. Не кричать. Главное не кричать. Она же не кисейная барышня. Следом почувствовала спасительную прохладу. Видимо врач наложил какой-то крем, новые бинты. Потом ее попросили лечь. Осмотрели лицо, наложили крем. На веки положили ватные диски смоченные в чем-то.

Сон незаметно стал забираться на подкорку. Сквозь вату услышала мужские и женские голоса...

Он не спал эту ночь. Не спал и Камаль. Не спал и Аждат. С первыми лучами опять вылетели в пустыню. Опять внедорожники бороздили дюны. Погонщики вывели верблюдов. Давно столько народу не было в песках. По телевизору каждые полчаса передавали новости о пропаже женщины. Ее фото мелькало и на больших рекламных щитах. Сообщили в консульство.

Сколько спала, она не знала. Встала. Осмотрела себя. Одежда чужая, но приличная. Открыла дверь, вышла в коридор. Босыми ногами, морщась от боли, пошла по коридору. "Где я?" Вышла в какой-то зал. Здесь сидели мужчины. Они о чем-то говорили.

Появление в проёме странной женщины-приведение вызвало такую реакцию как если бы была произнесена фраза :"К Вам едет ревизор!"