Страница 48 из 65
Музыка из квартиры Евгении разносится по всей многоэтажке. Не нужно знать адреса, чтобы найти, где она живет. Я громко стучу, но, очевидно, меня никто не слышит. Я дергаю за ручку, дверь открывается, и моему взгляду предстает большая темная прихожая с вешалкой, плотно завешенной верхней одеждой. Кажись, гостей собралось много! Справа от вешалки, на стене, висит телефон для глухих: его звонок дублируется загорающейся лампочкой. Я вижу, что кто-то звонит, и, не дождавшись чьего-либо внимания к аппарату, прохожу и снимаю трубку.
- Алло! - слышится 'официальный' голос, - а прокурор у вас?
- Хозяева! - кричу я вглубь квартиры, стараясь быть громче музыки, - тут прокурора спрашивают!
Сразу становится тише, и в прихожую входят двое: Евгения и волевой мужчина чуть старше меня. Кивнув мне, мужчина берет трубку. Представившись позвонившему, прокурор внимательно слушает, что ему говорят.
А Евгения помогает мне повесить куртку и увлекает в комнату, где накрыт стол. При свете свечей я с огромным вниманием рассматриваю праздничную сервировку. Чего тут только нет! И настоящая водка, и торт на маргарине, и даже селедка в селедочнице! Уж про жареную картошку и сало я молчу, этого в избытке, будто на свадьбе.
Я, ведя себя по-светски, знакомлюсь с присутствующими, которые сплошь одеты в форменные костюмы. Евгения на правах хозяйки представляет гостей. Это пять девушек и молодой парень, Павел. Возвратившийся к столу прокурор носит имя Сергей Николаевич, но сегодня вечером можно просто Сергей. Меня усаживают к нему, Евгения садится рядом со мной. Поскольку мое появление вызвало некоторую неловкость, Сергей, желая вернуть вечеринку в прежнее русло, начинает рассказывать охотничью байку, предварительно предложив мне, чтобы я чувствовал себя, как дома. Евгения выделяет мне чистую тарелку, куда кладет кусочек селедки, вкус которой я давно забыл. Я смотрю на Евгению влюбленными глазами. Она отвечает мне улыбкой, определенно считая, что селедка тут ни при чем. Какая наивность!
Байка заканчивается, гости смеются, хлопают, разливают водку по стопкам. Просят произнести тост одну из девушек: пожелать что-нибудь приятное, Евгении на новоселье. Девушка отнекивается, уверяет, что у нее лучше получается гадание на кофейной гуще.
- Что ж, погадай мне! На жениха! - соглашается Евгения, лукаво стрельнув глазками в сторону прокурора.
Девушка замечает и ревниво вспыхивает лицом. Она переворачивает чашку, выливает на блюдце горячую цикориевую жижу, и, поглядев, уверенно заявляет, что жених Евгении - это я. Все присутствующие, непонятно, веселясь или в серьез, от всего сердца желают нам счастья.
Мне хочется выступить с опровержением. Но глаза у Евгении светятся так, что я решаю не портить ей настроение. Жених так жених, доставлю приятное хозяйке! Ведь я пришел на новоселье с пустыми руками!
Павел, глянув на Сергея, еще раз разливает водку. Прокурор, повернувшись ко мне, неожиданно говорит:
- Григорий, скажи тост. Красивый, восточный!
- А откуда вы знаете, что я с востока? - искренне удивляюсь я.
- Должность у меня такая, знать. Ты языком владеешь?
Вот любопытный! С какой целью интересуется? Майор расспрашивал, теперь этот! Они что, завербовать меня желают, для своих надобностей? А смотрит так, будто душу выворачивает! Еще немного, и поведет куда-нибудь для допроса!
- А зачем вам, чем я владею? - недружелюбно спрашиваю я.
- Когда по-ихнему, звучит красиво! - находится прокурор, - скажи по-ихнему!
- Да вы не поймете! - пытаюсь отказаться я.
- Если тост красивый, поймем! - настаивает прокурор.
Гости дружно поддакивают. Я понимаю, что у меня нет другого выхода, кроме как согласиться. Я смотрю в изумрудные глаза Евгении, ее черные, с отливом, волосы, потом на кусочек ливерной колбасы, который держу, проколов вилкой, в руке, и вдохновляюсь:
- Я хотел бы подарить Евгении сказочный восточный ковер-самолет, чтобы она могла летать в волшебную страну, где сбываются все желания. Но, к сожалению, у меня нет такого подарка. Поэтому я хочу просто сказать от всего сердца - всегда будь такой же красивой, как сегодня, и пусть вечно сияют счастьем твои прекрасные глаза! Ласки, нежности, любви! Тебе, и тому, кого ты выберешь в мужья!
Удовлетворенные слушатели дружно хлопают. Павел выражает общее настроение:
- Горько!
- Горько! Горько! - пьяным хором орут все.
Пожав плечами, я поворачиваюсь к Евгении. Судя по выражению ее лица, она не прочь поцеловаться. Ну, тогда, почему бы и нет? Но едва наши губы соприкасаются, вмешивается Сергей.