Страница 16 из 65
- Ух, какой грамотный! Правила движения знаешь! И что самое интересное, мало того, что знаешь, так еще и выполняешь их!
У меня внутри все вскипает. Прелесть хочет дешевого кайфа - она его получит! Закусив губу, я вдавливаю акселератор до упора. Очередной патруль ГАИ я прохожу со скоростью молнии и по полосе встречного движения. Но инспектора сидят в своей машине тихо, как мыши, когда рядом кошка.
Следующий перекресток. На светофоре красный. Я не останавливаюсь. Водителю из района, на шикарно отделанной 'семерке', словно шило в зад воткнули. Чабан сразу включает музыкальный сигнал и бросается в погоню за нами. Я его красиво подрезал, он теперь обязательно должен меня догнать и узнать имя. Это ему нужно, как пулемет зайцам, но таков местный 'кодекс чести'. Был в городе, а с городскими не погонялся? В родном ауле уважать перестанут!
На следующем перекрестке я проскакиваю на желтый сигнал. 'Семерка' уже идет на красный, и подрезает вишневую 'девятку'. Эта машина тут же срывается за нами, завывая во всю мощь своих клаксонов. Происходит завязка шаблонной истории: иногда по городу гоняется до десятка машин, перекликающихся 'оригинальными' музыкальными фразами. Главное удовольствие этих музык состоит в том, что они издаются контрабандными устройствами, и порой стоят половину машины, на которой установлены. Гонки обычно кончаются тем, что кто-то в кого-то врезается. Тогда, оказав помощь неудачникам и обменявшись впечатлениями, участники разъезжаются. Иногда дракой, но это редко.
Следующий патруль мы проходим уже в четыре машины, оглушая милиционеров страшной звуковой какофонией. 'Гаишники' сидят в престижной 'Волге'. Не простые милиционеры, имеют право на разбирательство с 'денежными' мира сего. Они пристраиваются за последней легковушкой нашей пестрой колонны и едут не торопясь - ждут, когда нарушения накопятся, чтобы сорвать куш крупнее.
Я никогда не гонялся, не уважаю, и сейчас сожалею о своей вспышке. Мне хочется выйти из игры. Я резко сворачиваю между двумя пятиэтажками и направляюсь в сквозной двор. Это оказывается плохой идеей: здесь полно народу, а все машины на дикой скорости вваливаются за мной. Мелькают испуганные лица детей, визжат женщины, с хрустом ломаются скамейки. 'Гаишники' включают мигалку. К счастью, обходится без серьезных происшествий.
Юркий 'Запорожец', одолев извилистую улочку, выскакивает на окружную. Я льщу себя надеждой, что сумел удрать. Но вскоре становится понятно, что от преследователей оторваться не удалось: вся колонна быстро догоняет меня. Особенно старается водитель 'девятки' - после двора он с помятым крылом и выбитой фарой. Теперь точно должен догнать! Родственники спросят, с кем гонялся, а он не знает. Значит, не догнал, денег за 'жестянку' и моральный ущерб не получил. К тому же 'Запорожец'! Позор до конца дней!
Наташа, которая вначале смеялась, потом смеялась и плакала одновременно, теперь уже страдает от нервных колик. Они у нее прерываются ради редких фраз типа:
- Ну, что ты пялишься, морда! Зря пытаешься, фиг тебе! И не получится никогда, ха!
Мне ее настроение непонятно, я неодобрительно молчу. К тому же внимание поглощено трассой: стрелка спидометра достигает цифры 'сто двадцать'. На такой скорости легкий 'запорожец' бросает по дороге, как пылинку в ураганном ветре. Пальцы на руле леденеют: ощущение такое, что сейчас улетим, причем сразу в могилу. Я скриплю зубами. До Наташи, наконец, доходит, что я недоволен участием в гонке. Она говорит мне:
- Ладно, милый, перестань! Я очень тебя прошу! Ну, я боюсь. Послушай, мне страшно! Меня уже давно так не пугали! Успокойся, милый, умоляю! Я все поняла, пожалуйста, прости! Прости!
- Да я не прочь сбросить обороты. Но те, сзади, тогда остановят нас и зададут вопросы. А у меня, как назло, нет подходящих ответов!
- Не будут задавать вопросов, клянусь, не будут! Пойми, мы же не виноваты, что у нас город такой! Если разобьёмся, он лучше не станет!
- Что мне до города, в тебе что-нибудь изменится? Или нет?
Наташа собирается пустить слезу. Не исключено, что от испуга: 'Запорожец', вильнув на бугорке, едва не переворачивается. Я вынужденно снижаю скорость. Преследователям кажется, что это я сделал из-за неожиданного препятствия, и они тоже сбавляют обороты. Но затем, разобравшись, берут нашу машину в 'клещи'. Милицейская 'Волга' обгоняет и становится во главе процессии.
У всех сладостный миг, кроме меня. Еще бы: трали-вали минимум на час, а в кармане ни копейки денег. Очень отягощает ситуацию чужая жена и не моя машина. Хорошо, если дело кончится объяснениями в отделении милиции и временным лишением прав. Правда, можно помять физиономии водителям из числа чабанов. Тогда утешением мне будет популярность, о происшествии в городе будут говорить. Но со мною Наташа, а ей огласка ни к чему. К тому же никто не хамит, даже кулака не показывают!
Мы едем уже накатом, однако ни милиция, ни 'гонщики' нетерпения не проявляют. Оказывают уважение ко мне, 'побежденному'! Давить на психику, насильно останавливать меня сейчас - дурной тон по 'местным правилам дорожного движения'.
И тут Наташа вновь меня удивляет: она производит манипуляции с кнопками на приборной панели 'Запорожца', и наша машина, до этого не издававшая звуков, с такой силой исполняет отрывки из национальных мелодий-символов, что под нами, кажется, дорожные плиты трескаются.