Страница 80 из 96
- Нет, нет! - восклицает Костя, - едва я узнал о смерти Жени, я тоже так подумал. Но это не так!
- Почему ты уверен? - спрашиваю я, внимательно глядя в глаза Косте.
- Понимаешь, - Костя мнется, потом решается сказать, - у меня жена хирургом в городской больнице, она присутствовала на вскрытии, хотя не и положено. Причина, по которой скончался Женя, царствие ему небесное, отображена в медицинском заключении правильно.
- А то, что на одежде брата были черные следы от колеса? - интересуюсь я.
- Однако на теле нет ничего! Даже если найти машину, которая задела рукав куртки человека, упавшего перед ней на пешеходном переходе, вряд ли мы что-нибудь предъявим водителю. Нельзя умереть дважды! А Женя умер мгновенно, и в вертикальном положении. Об этом подробно написано в комплексной экспертизе. Другое дело, в последнее время мы оба сильно нервничали, что могло повлиять на исход его болезни. Женя ходил, весь издерганный.
- А он, из-за чего нервничал?
- Я думаю, у Жени причин для плохого настроения было несколько, и он не особенно о них распространялся. Я только одну знаю наверняка: этот магазин, в который мы, как ты понимаешь, всадили все деньги, городская администрация хочет снести.
- Этот? Хороший магазинчик, и на своем месте! Кому он мешает? - изумленно спрашиваю я.
Костя, не в силах далее продолжать разговор без "успокоительного", разливает "Лезгинку" по рюмкам. А в сквере, что возле нас, появляются рабочие, и начинают выдергивать из земли новые бордюры пешеходных дорожек. Костя смотрит на безобразие, вздыхает, и говорит мне:
- А что ты так удивляешься? Обычное дело для российских городов! Не я один страдаю от произвола, вся страна! У нас это началось при замене выборного мера Павлова, против которого многие боролись из-за его взяточничества, на ставленника губернатора, в прошлом мелкого чиновника из Подольска. Он притащил с собой команду, ориентированную не на интересы Серпухова, а на финансовую группу при губернаторе. Они занялись "наведением порядка", а на самом деле начали "отжимать" у местных все, что удастся.
- Так президент вроде бы запретил "кошмарить" бизнес! - удивляюсь я.
- Он не всем запретил! - смеется Костя, - только тому, кому запретил! Старые поверяльщики ушли, появились новые. Например, каждую неделю требуют документы на магазин, начиная с момента регистрации, и по сей день. Говорят, что так положено. Годы идут, законы меняются, что-то не успеваешь переоформить, или не можешь, как в моем случае, когда по причине смерти учредителя, временно нет протокольного кворума. А для чиновников, это самая сладость. Обнаружив зацепку, вместо того, чтобы помочь привести бумаги в порядок, они яростно работают над твоим уничтожением. Знаешь, только в телевизионных передачах идут навстречу предпринимателям, и чиновники участливые! А по факту, в Московской области выдумали сложную систему, с помощью которой медленно, но верно, чиновники завладевают имуществом человека. Знаешь, у меня имеется на этот счет теория, но ее никто всерьез не воспринимает! Хочешь, тебе расскажу?
- Хочу! - соглашаюсь я, вслед за Костей опять употребляя спиртное.
- Так вот: бюрократы стали доминирующим классом на земле. Они полностью подчинили население планеты. Я имею в виду всех чиновников: гражданских, военных, а также любых функционеров, получающих зарплату от государства. Кроме того, бюрократы всех стран объединяются, используя придуманную ими идеологию и религию.
- И какая у них идеология? - интересуюсь я, отсыпая себе семечек из пакета.
- Они выполняю великую миссию - спасают нас от самих себя, а мир от разрушения.
- А религия?- спрашиваю я.
- Самая примитивная, тотемизм. Бюрократы создают внутри государственной системы кланы, чтобы иметь как можно больше денег и власти. Это хорошо видно на примере Серпухова. Было два клана: Фетисова в районе, Павловых в городе. Они платили губернатору дань, но тот вдруг решил уничтожить все вассальные тотемы на подвластной территории, и создать один большой, свой. И таким образом получить все Подмосковье. Не иначе, собрался повыше. Как только посты в нашей городской администрации заняли выходцы из тотема губернатора, начался следующий этап: прореживание предпринимателей, чтобы оставшиеся точно знали, кому нужно "заносить" и клясться в верности. В результате пятьдесят владельцев магазинов, еле сводящих концы с концами, и я в том числе, получили судебное предписание о том, что их постройки незаконны, и подлежит сносу.
- А что, они действительно незаконны?
- Правила устанавливаются городской администрацией. У чиновников Павлова были законны, а губернаторских - нет! - со вздохом произносит Костя, - кто ж уследит за их, как правило, тайным законотворчеством?
- А разве нельзя обжаловать их действия?
- Можно! - кивает головой Костя, - но нужен адвокат, а не каждый может себе позволить! Мы "отбиваемся" на свои, а чиновники совершают "наезды" за государственные средства, практически нескончаемые. Да и судья - он ведь тоже из тотема губернатора! Нам быстро стало понятно, что взывать к их клановой чести и милосердию бесполезно. В результате, погоревав, мы послали к новому мэру парламентёра.