Страница 101 из 118
- А ты знаешь, что ИИ, как ни странно, до сих пор не научился гарантированно выигрывать у человека в настольную игру Го? Статистическая оценка состояния групп камней практически невозможна. Все сводится к позиционной борьбе. Исход партии может решить один неверный ход, хотя все предыдущие, были сделаны без ошибок. У любой, даже такой совершенной машины, как наш ИИ, есть слабое место. Хотя, кажется, что его не может быть. Ведь ИИ подключен к "вселенскому разуму", и его вычислительные мощности безграничны. Но коммуникации связи ИИ вполне земные, и имеют свой предел. При достижении "потолка" при обмене данными внутри себя, ИИ попадает в область неопределенности. И тут против ИИ мы можем использовать наши чувства, с помощью которых понимаем друг друга без слов. Наша задача - это наибольшее рассредоточение на улицах и нелогичные поступки, цель которых понятна нам, но не непонятна ИИ. Даже групповое молчание незнакомых людей, знающих, почему они молчат вместе, ставит ИИ в тупик. ИИ начинает нагружать себя, пытаясь вычислить наши эмоции. Но в этом ему, даже "космос" не помощник. И, рано или поздно, ИИ начнет совершать ошибки, которые приведут к перегрузке, и полной остановке его систем связи. Тогда нам останется только щелкнуть "тумблером" и отключить его навсегда. И я надеюсь, ты нам в этом поможешь!
Ксения вопросительно улыбнулась под конец своей речи, и, ища одобрение плана, который явно придумала не она, а коллективный разум "улицы", посмотрела мне в глаза. Но я лишь неопределенно кивнул. Наивность девушки поражала. По молодости она искренне считала, что нынешнее "зло" (для нее персонифицированное в ИИ) можно "ликвидировать" одним "щелчком".
Ксения не брала в расчет тех, с чьей подачи создалась такая плачевная ситуация. Целый класс людей, которым есть, что защищать. Даже если мы и "отключим" ИИ, все равно магическая связь с "космосом" не прервется (египетские жрецы обходились без компьютера), и полиция с улиц не исчезнет. Полиция останется, и станет только хуже: гораздо "жёстче", и с большей долей бессмысленности. А богатые люди будут делать все, чтобы удержать нищий народ в повиновении. Даже создадут правительство, состоящее целиком из "инопланетян". И скорее согласятся на "конец света", чем на расставание с активами, властью, "уровнем жизни".
ГЛАВА 137.
- Ксения, вы какая-то бледная. Похоже, вам надо покушать! - Прервав затянувшееся молчание, сказал о. Михаил. Он достал из сумки пакет с пирожками Валерии, и протянул их девушке. Она не заставила себя уговаривать, набросилась на еду.
Обождав немного, батюшка подал ей бутылку воды, и спросил:
- Ксения, а деньги у вас есть?
- Нет, ни копейки! - произнесла Ксения, и, продолжая жевать, жизнерадостно рассмеялась.
- Скажи номер карточки. К сожалению, у меня нет наличных. Но как только попаду домой, переведу тебе немного. - Сказал я, покраснев. Вопрос, который задал ей о. Михаил, должен был задать я. Ведь это я родственник ей, а не он.
- На карточке у меня деньги, и самой есть. Но карточка после допроса в аэропорту, заблокирована.
- А почему? Что в банке говорят? - поинтересовался я.
- По существу, ничего. Ссылаются на какое-то закрытое постановление, которое нельзя показывать простым клиентам. И применение которого в отношении меня, можно обжаловать только через суд. Но учитывая скорость нашей юриспруденции, это год, не меньше. Так что, похоже, плакали мои, честно заработанные.
- А на что же ты живешь? - удивился я.
- По ночам мою в кафешках посуду, за еду. А днем ищу заработок "на веревке".
- Промышленные альпинисты неплохо зарабатывают. Неужели у тебя заказов нет? - спросил я.
- Я наличными беру, а это частные заказчики. Однако народ сейчас совсем без денег, кризис. Меня зовут по крайней нужде. Кто ключи от входной двери потерял, или еще что. - Объяснила Ксения.
- А как же журналистика? Ты же сотрудничаешь с изданиями!
- Я временно работаю за "спасибо". Интернет издания в нашей стране под прессингом, и пока перестали платить. ИИ вычисляет тех, кто на них подписывается и жертвует деньги, и сразу принимает меры.
- А как ситуация отражается на твоей учебе в аспирантуре?
- Уже никак. Меня из института журналистики отчислили через час после того, как заблокировали счет.
- Вот гады! Ты же прирожденный журналист! - возмутился я.
- Ерунда! - легко произнесла Ксения, - Из-за отчисления, я вообще не "парюсь". Я считаюсь восходящей звездой, меня уже пригласили на учебу несколько иностранных университетов. Так что, историю с диссертацией, я, так или иначе, доведу до логического конца. И, скорей всего, найду за границей работу. Русский язык третий по распространённости, русскоязычных изданий в мире хватает.
- Дожили. Патриоты, лучшие представители нашей молодежи, опять гонимы родиной. - С горечью сказал о. Михаил, а затем спросил, - А где вы живете, Ксения?
- Сейчас, за московской кольцевой. Там очень много брошенных дачных обществ, в которых остались одни сторожа. С ними за бутылку можно договориться, и занять, правда, без отопления, настоящий дворец. Что мы, несколько девочек, и сделали. Поставили в комнатах зимние палатки, и спим в них, чтобы ночью не замерзнуть. А если удается найти дрова, топим камин. Иногда у нас, очень даже тепло бывает! - сказала Ксения и опять рассмеялась. Мы заразились ее жизнерадостностью, и, в свою очередь, улыбнулись.
Однако настроение у нас тут же испортилось: неожиданно появились полицейские, которые несли на руках убегавшего от них студента. Лицо молодого человека было в кровоподтеках, рот заклеен скотчем, а на запястьях красовалась кабельная стяжка. Ксения вспыхнула глазами, и, уж не знаю, зачем, собралась выскочить из автомобиля. Но я удержал ее, увидев, что мимо проехало несколько полицейских машин, и пролетел военный дрон слежения.
- Пожалуй, нам будет лучше отсюда уехать! - сказал о. Михаил, и включил передачу.
ГЛАВА 138.