Страница 57 из 65
Забываю про кольцо, но плевать. Руку нещадно жжёт, всё тело натягивается от напряжения, но продолжаю стойко стоять, наблюдая за женихом.
Тот сдерживается. Голова чуть наклоняется в сторону, но выравнивается. Злой взгляд проходит по лицу, которым сейчас показываю всё своё пренебрежение к этому человеку.
Тот ладонью потирает щеку, а я пытаюсь унять колотящееся от испуга сердце.
Совершила глупость – знаю. Но я устала быть марионеткой в его руках.
– Это за то, что снова играешь мной, – злость рвётся наружу. – За этот спектакль.
Слова обиды исходят из глубины души.
Внезапно Влад делает шаг навстречу, а я отшатываюсь. Но ничего не могу сделать с мужчиной больше меня в массе.
Вернер прижимает к полкам своей маленькой библиотеки.
Задерживаю дыхание из-за нависшего надо мной подонка. Выглядит, как огромная волна цунами. Такая же страшная, высокая, несущая только хаос.
Даже несмотря на то, что я на каблуках и не задираю голову, как всегда. Мы на равных.
Но всё равно тело колотит от испуга.
Я уже помечаю в своём мысленном списке, что бить Влада опасно для жизни.
– Знаешь, милая, – эти слова заставляют сглотнуть. Нет, не из-за угрозы в его голосе, а из-за обращения. Интонации. Такой… Сладкой. Слышу впервые. И ком в горле не даёт сказать и слова. – Ты молодец. Не сдерживаешься. И даже веселишься, но… Руку поднимать не стоит. Я, знаешь ли, личность ранимая.
Чего?
– Могу и в ответ дать. Но ты – девушка, и к тому же моя невеста…
– Бить меня будешь? – выдыхаю, находясь в шоке с этого мужчины. Он вообще бывает постоянным? Мне кажется, что нет.
То серьёзен, то игрив. Большую часть времени – первое.
– Хм, – его взгляд неожиданно опускается вниз. Проходит по распахнувшемуся пиджаку. По глубокому декольте платья. А потом Влад поднимает ладонь в воздух. Опускает один палец мне на вздымающуюся грудь, из-за чего панически дёргаюсь назад.
– Ты обещал, – произношу с замиранием сердца, когда проворный палец ведёт по холмику, задевая чувствительный сосок. – Документы, помнишь?
Сглатываю, потому что Влад наклоняется сильнее. К шее. Вдыхает носом воздух и проходит по пылающей коже губами. Слегка касается кончиком языка, опаляя горячим дыханием.
– Помню, – говорит утвердительно, сжимая пальцами затвердевший сосок. Это мои слабые места! – Но ты вынуждаешь. Обвиняешь в том, чего я не делал. Я не играюсь с тобой, Лин. Громов был неожиданностью. Свалился как снег на голову. Пришёл, попросил встречи, чуть ли не в истерике. Он не унижался тут целый час, а мелькал минут десять. Что-то задумал, и явно пытался подгадить. Не успел – ты пришла. И я не играл, прося тебя приехать сюда. Хотел увидеть.
Закусываю губу, потому что… Не знаю. Верю, и нет одновременно. Если это так, я рано погорячилась. А если всё это подстава – надо влепить ещё одну пощёчину.
Распахиваю губы и на секунду прикрываю глаза, откровенно кайфуя от его прикосновений. Боже, как ему это удаётся? Распалить одними невинными движениями, что я даже забываю о случившемся.
У Громова и подавно до такого не доходило! Чтобы я за какую-то жалкую минуту возбуждалась. Ещё и голову теряла. Наоборот, у меня пропадало всё желание.
– И я не домогаюсь. Просто прижимаю свою невесту к стеллажам. Даже не держу, не принуждаю. Всего лишь делаю приятно. А ты пытаешься выставить меня вселенским злом.
Потому что именно так он и выглядит в моих глазах. Манипулятор. Игрок. И ещё садист. Постоянно причиняет мне боль, но не физическую, а моральную.
Ну что это за человек?!
Приятное делает! Как же! Будто кипятком обливает. Потому что всё кипит и горит от его прикосновений.
Это всё ненависть. Та самая, которая идёт из груди и поражает всё тело.
– Ты можешь уйти, – не понимаю, о чём он. И спустя несколько секунд ступора, когда Влад скользит руками по моему животу и бёдрам, осознаю, что совершенно не сопротивляюсь! – Но ничего не делаешь.
Опускаю ладони ему на плечи и пытаюсь оттолкнуть, только нехотя.
Ловкие пальцы проходят по резинке чулок, пробуждая тысячу мурашек.
– Ладно, хватит, – всё же хрипло произношу через туман похоти, застилающий разум. Я никогда такой не была. Не могла потерять рассудок от одних только касаний или ласк. До одного момента. Пока не встретила его. – Поиграли и всё, Влад. Ты обещал.
– Ты для меня так оделась? – он совершенно не слушает. Игнорирует. Переключает тему, ту самую, от которой становится тошно. Проникает под подол платья и поддевает край кружевных трусиков.
– Нет, – безбожно лгу. Да, для него. Но для того, чтобы позлить, а не возбудить. Ладно, и это тоже. Но кто же знал, что всё так произойдёт!
Внезапно пальцы вжимаются в кожу. Причиняют боль, но несильную. И не отрезвляющую, а ещё больше дурманящую.
– Вот это ты нехорошо.
Не совсем понимаю, о чём он.
Но руки Влада пропадают из-под ткани. Скользят по талии, на которой и сжимаются.
Мужчина делает шаг назад, и я облегчённо выдыхаю, когда чувствую свежий воздух. Без его духов. Он в них что, афродизиак заливает? Потому что по-другому не могу объяснить это желание во всём теле.
– Но так даже лучше.
Вернер снова играет по-своему. Хватает меня, отстраняя от стеллажа. Скидывает пиджак, ухватиться за который не успеваю. Сумочка давно вылетела из ослабевших рук, пристроившись около кресла.
К которому и разворачивает меня Влад, резко наклоняя вперёд. Вжимаюсь бёдрами в мягкий подлокотник и еле успеваю выставить руки вперёд, чтобы не упасть.
– Совесть мучить не будет.
– В каком смысле? – приоткрываю искусанные губы, выдыхая эти слова. Судя по ветерку, ударившему по ягодицам, Вернер задирает платье. И разводит трясущиеся ноги в разные стороны.
Смущает. Но ладно… Что он там не видел…
И хоть это неправильно – не сопротивляюсь. Потому что только сейчас понимаю, что не хочу. В груди нет страха, только предвкушение. Захватывающее. Сладкое. Запретное.