Страница 67 из 96
- Чусцы свои припасы хорошо стерегут, государь. Слыхал я,там клейменый Цин Бу командует, а он Сян Юну как отцу родному верен.
Лю на это хмыкнул, помолчал немного, а потом встрепенулся, стряхивая с доспехов и плаща налипший снег.
- Я заставлю дорогого брата Юна меня атаковать. А когда он как следует ввяжется в битву, ты, братец Люй, возьмешь пятьсот всадников и нападешь на чуский обоз. Захватить их добро ты, конечно,такими силами не сможешь, зато подожжешь там все, что способно гореть. Если мы тут перебиваемся горстью прoса на котел,то и чусцам нечего жиреть. Ясно тебе, шурин?
Люй Ши снова шмыгнул носом.
- Ясно, государь. Да только Сян Юн не такой лопух, чтобы попадаться на старые улoвки. «Поднять шум на западе, ударить на востоке» - эту хитрость даже конюхи знают. Не выйдет он. А если и выйдет, так как бы нам самим худо не пришлось. Может, лучше все-таки…
Он осекся и опустил глаза, не на шутку напуганный взглядом Хань-вана. Ладно б бешено глянул Сын Неба, так нет ведь – смех и лютое веселье плескалось в горящих очах государя Ба, Шу и Ханьчжуна.
- Моя небесная госпожа как-то рассказала мне одну притчу, – ухмыльнулся Лю Дзы. – Два охотника пошли на медведя. И вот один кричит другому: «Я медведя поймал!» Товарищ ему: «Так тащи его сюда!» А охотник в ответ: «Не могу, медведь не пускает!» Понял ли ты, братец, кто из нас охотник, а кто – медведь?
- Не-а, государь, не пойму пока никак. Но думается мне, что главное, чтобы он, - Люй Ши мотнул головой в сторону чуского лагеря, - тоже этого не понял.
- Собери молодцов поотчаянней и будь готов скрытно выступить по моему слову. Вот и поглядим, даром ли я твоих разведчиков рисом кормлю, пока все остальные с голоду собственные лапти жуют. И не бойся, братец. Я, может,и не такой великий стратег, как Сунь-цзы, но тоже кой-какие хитрости придумать могу. А Небеса мне в этом помогут.
И подмигнул так, что у Люй Ши прям от сердца отлегло. И в самом деле, Хань-ван – Сын Неба,и кому, как ни ему, знать волю Небес?
Сян Юн
Сам cебя не похвалишь – ни в жизнь не дождешься от других похвалы. Так считал покойный Сян Лян и обучил этому непростому искусству племянника еще в те времена, когда тот, сидя на стуле, ногами до пола не доставал. Лет прошло много, а удержаться от того, чтобы не хлопнуть себя по бедрам и не воскликңуть «Какой же я удалец!» при виде каравана с припасами, Сян Юн не мог.
- Милосердие, проявленное в Вайхуане, обратило сердца людей в сторону Великого Вана, – поддакнул Ли Лунь. И тут же кузнечиком отпрыгнул в сторону, увернувшись от государева тумака.
- Вот же ж подхалим, - буркнул Сян Юн. - Тот, кто подучил льстить по любому поводу, Ли Лунь, желал тебе зла,так и знай.
Ординарец обиженно хлюпнул носом. Уж и слова нельзя сказать, тем паче, что насчет милосердия – чистая правда. Хотел Сян-ван казнить всех мужчин Вайхуана старше 15 лет? Еще как! Но прислушался же к мольбам сына секретаря начальника уезда, к лепету мальчишки, который всего на пару лет младше самого Ли Луня. И отменил казнь. Вот вам и милосердие! В войске, правда, считали, что опять без влияния Небесной Девы не обошлось, но какая разница?
- С другой стороны, Великому вану давно пора привыкать к почестям, - сразу вмешался Цин Бу, а зa спиной показал кулак помощнику Хэ. - Силы ваши равны силам Хань, но продовольствия у нас больше.
- Это верно, осталось лишь сберечь его и рачительно употребить на благо отважных чуских солдат.
Джунли Мо после конфуза у стен Чэнгаo из кoжи вон лез, чтобы заслужить прощение. Имел бы хвост – извилялся бы от желания угодить. Но привычка Сян Юна замечать такие попытки только когда ему это выгодно, сводила все усилия опального военачальника на нет.
- Не думаю, что сейчас есть смысл вызывать Лю Дзы на битву, – рассуждал ван-гегемон, поглаживая по шее Серого. – Это только сыграет ему на руку. Чем дольше мы потянем время,тем сильнее станем, а братец Лю совсем не заинтересован «выращивать тигра себе на погибель».
Приближенные наперебой стали хвалить стратегический гений государя. Чуть из доспехов не выпрыгивали от рвения. Цин Бу тоже не отставал от соратников. Настроение у Сян Юна в последнее время колебалось как полотнище знамени при порывистом ветре – только что беззаботно смеялся, и вот уже рычит, как бешеный медведь. Оно и понятно, его Небесная Дева совсем рядом, а ни один разведчик так и не смог принести от Тьян Ню весточки. Барышни же, которых постоянно засылали в палатку к вану-гегемону его ушлые подданные, утешения Сян Юну не приносили.
Накануне Цин Бу битый час внимал вместе с государем пению одной из родственниц советника Хэ. Красивая девка, ничего не скажешь, но с Небесной госпожой ни в какое сравнение не шла. Прямодушный Сян Юн так ей и сказал. Мол, обычной птице с фениксом никогда рядом не летать, настолько разной они породы.
«Ужели красота супруги Тьян Ню заставляла рыб тонуть?» - спросила дерзкая девица.
Ван-гегемон ухмыльнулся и, отпив из чарки, ответствовал, что насчет рыб ничего не знает, но его собственное сердце всегда трепыхалось, словно пойманная рыбка, едва лишь oн слышал голос Тьян Ню. А уж когда она смеялась,то даже сливы в саду лиянского дворца зрели быстрее.
Короче, эта дева ушла ни с чем, её сменила другая претендентка, а ту - еще одна, пока они с Сян Юном не упились до бесчувствия. Каҗется, барышни порывались согреть храпящее тело владыки Чу, но Ли Лунь быстренько всех разогнал.
- Обустрой лагерь так, чтобы никто не смог отобрать наши припасы, – приказал Сян Юн,ткнув пальцем во вчерашнего собутыльника так внезапно, что Цин Бу невольно вздрогнул. - Невелико задание для такого отважного воина как ты, братец Бу.
- А вы, государь?
- А я поеду погляжу на укрепления Лю Дзы.
«Ага! Вдруг Небесная Дева покажется, - сразу же догадался тот. - До чего же ты прoстой, аж страшно».
Печаль не в том, что ван-гегемон разогнал всех стратегов, бывает, что военачальнику для победы достаточно одной лишь удачи, дарованной Небесами. Беда в том, что Сян Юн не хотел слушать даже простого гласа рассудка: наступал, когда армия пребывала в истощении, и стоял на месте, когда склады были полны. Небеса такого пренебрежения не прощают, это всем известно!
Цин Бу, пo крайней мере, жалел своего безрассудного повелителя, в то время как остальные приближенные и офицеры уже и не знали, как половчее вывернуться из опасного положения. Даже когда Сян-ван одерживал победы в битвах с Хань-ваном, то они, в конечном итоге, оборачивались к благу его соперника за главенство над Поднебесной, а не наоборот. Разве не обидно?
- Как все удачно вышло, мой господин, – шепнул на ухо советник Хэ. – Сейчас самое время подождать, чем всё закончится. Удружил нам Сян-ван в кои-то веки, сам того не ведая.
Как будто непонятно, чем всё должно закончиться, подумалось вдруг Цин Бу,и он спросил:
- Что там, кстати, слышно от твоего друга, последователя учения Кун-цзы?
- Всё просто, - ухмыльнулся Хэ. – Как только вы перейдете на сторону Хань, вас тут же поставят хуайнаньским ваном. Примите участие в наступлении на Сян Юна,и ваша будущность будет обеспечена.
Клейменый Бу сосредоточенно молчал, не зная, как справиться с собственными противоречивыми чувствами. А собеседник его, знай, подсыпал горячих углей в огонь, нашептывая:
- Они уже привлекли на свою сторону старшего чуского военачальника – Чжоу Иня, и он пообещал выступить против Чу. Вообразите?
Эти слова окончательно сломили хребет верности Цин Бу. Если даже Чжоу Инь, начавший служить еще при Сян Яне, выбрал ханьского государя, то тут и думать нечего.
- Сдержит ли Лю Дзы обещание?
- Не сомневайтесь, мой господин, - смиренно молвил советник Хэ и поклонился так низко, как, пожалуй, почтил бы самого Кун-цзы. - Вы сейчас поступаете мудро и осмотрительно.