Страница 4 из 4
– Всё, всё, забирай за одиннадцать, забирай, я так больше не могу! – кричал бедняга Орхан. Он все еще верил, что парни на самом деле хотят купить черепаху.
Вся наша компания просто покатилась со смеху, потому, что историю про черепаху знал весь отель и очень внимательно за ней следил.
На пляже я всем предложил прийти сегодня на это же место в четыре часа утра.
– Давайте, а зачем? – поинтересовался кто-то из девчонок.
– Когда я ехал из аэропорта в отель, – начал объяснять я столь странный выбор времени, – Наш гид рассказал, что Средиземное море турки называют Ак Денис, что переводится как, «Белий море» – передразнил я гида, – Так вот, потом он подробно поведал, что Средиземное море очень соленое и когда утром, в четыре часа встает солнце и начинается рассвет, сквозь первые лучи, всюду до горизонта видна белая пелена над водой – солевые испарения. Вот за это турки его белым и зовут.
– Как интересно, – заинтересовался народ, и мы договорились на рассвете встретиться на пляже.
Естественно, в четыре часа утра никто не пришел, кроме меня и питерцев. Да и мы-то пришли только потому, что сидели вместе выпивали. В это время на море была такая темень, что ни о каких солевых испарениях и первых лучах солнца и речи быть не могло.
– Ак Денис, Белий море, байка это всё, сказал Андрей, – пытаясь в темноте разглядеть хоть что-нибудь.
– Байка, – согласился я, – Но очень красивая.
– Предлагаю продолжить, – резюмировал Саня, и мы пошли в ближайший магазин, так как все бары и рестораны в нашем трехзвездочном отеле были давно закрыты.
В маленьком магазинчике был только молодой продавец и какой-то богатый турок. Они с оживлением о чём-то разговаривали. Мои друзья не спеша изучали ассортимент алкогольной полки, а моё внимание привлек собеседник продавца. Он был славянского типа, загорелый, одетый в светлые, льняные рубашку и летние брюки европейского типа, но с красивыми турецкими расшитыми узорами. Одежда была хорошо подогнана и выглядела дорого. Я знал, что в Турции в курортный сезон работает много турков болгарского происхождения и от славян их отличить практически невозможно. Парень которого я разглядывал был лет тридцати, светловолосый, с эффектной трёхдневной светлой щетиной, широкоплеч и коренаст. Из под легкой рубашки можно было, без особого труда, разглядеть мышцы рук и мощный торс. Крепкое телосложение очень эффектно подчеркивали загар и светлая одежда. На крепкой шее поблескивала красивая золотая цепочка грамм на сто, сплетенная арабской вязью, на правой руке был золотой перстень с брильянтами, как и цепочка, в арабском стиле.
Мои друзья, выбирая алкоголь, не стеснялись в выражениях, матерились и довольно громко разговаривали. Я сначала хотел их одернуть, а потом подумал, что два жителя средиземноморья все равно ничего не понимают, так что пусть матерятся.
Вдруг у турка, которого я так внимательно разглядывал, зазвонил телефон. Мелодией на звонке был трек из фильма «Бригада», бандитской саге о лихих девяностых в нашей волшебной стране. Я удивился:
– Надо же, неужели он смотрел фильм. Не поверю, что «Бригада» популярна и здесь, в другом конце света. Хотя ему могла и просто музыка понравиться. Скорее всего, он даже не знает, откуда эта мелодия. У кого-нибудь из туристов скачал, – пронеслось у меня в голове.
Турок прервал разговор с худеньким продавцом магазина, поднёс телефон к уху и сказал:
– Да Колян, слушаю тебя внимательно.
Я опешил. Парень заметил перемену во мне, прервал разговор с Коляном, глянул на меня с улыбкой, и сказал:
– Брат, да я русский, русский.
Моему удивлению, как говорят в таких случаях, не было предела. Я своими ушами слышал, как он отлично говорит по-турецки. Загар, одежда, даже стиль золота, всё подчёркивало принадлежность к другой культуре.
Он закончил говорить по телефону и спросил:
– Откуда парни?
– Мы из Питера, – сказал Саня, скептически оценивая нового знакомого взглядом бывалого таксиста. Видимо и он не мог связать воедино внешний вид и идеальный русский загорелого, крепкого парня.
– Я Сибиряк, но сейчас живу в Москве, – больше из желания продолжить разговор, нежели из вежливости сообщил я. Новый знакомый, после того, как заговорил на русском, стал мне еще интереснее.
– Из Сибири, откуда!? – вдруг оживился он.
– Из Новосибирска.
– А я из Томска. Данил, – сказал он и протянул руку.
Мы все познакомились. Я сообщил Данилу, что в Томске родился, правда, недолго там жил, а потом пять лет учился в Томском университете.
Услышав это, Данил, что-то по-турецки сказал продавцу и тот из холодильника прямо на прилавок выставил несколько банок пива, открыл их и предложил нам.
– Давно был в Томске?
–Да нет.
– Парни, вы спешите, обратился он к питерцам?
– Не особо, – переглянулись Саня с Андреем.
– Пойдем посидим, я здесь ресторан знаю. Я угощаю, – предложил наш новый знакомый.
Мы естественно согласились, вышли из магазина, но когда проходили мимо нашего отеля, питерцы решили пойти спать. Мы попрощались и продолжили путь вдвоем. Ресторан был на набережной и имел, наверное, шикарный вид на море, но в темноте об этом можно было только догадываться.
Весь ресторан всполошился, когда мы с Даниилом вошли. Охранник подбежал и открыл нам дверь, в зале не смотря на поздний, а точнее уже на ранний час, забегали два официанта. Они пригласили нас за стол, отодвинули, а затем задвинули за нами стулья, когда мы сели. Тут же принесли и постелили нарядную скатерть. Спустя несколько минут из кухни вышел повар, лично поприветствовал Данила и представился мне. Его звали Таркут-бей. Данил ему что-то сказал и он ушел. Я чувствовал на нас взгляды и слышал, что кухня и все кто там был, оживились. Через минут десять нам принесли овощи, фрукты, закуски, много зелени, добротный импортный алкоголь. Два официанта мастерски накрыв стол, отошли на почтительное расстояние, но остались в зале. Такой сервис я не видел никогда.
– Ну, что, зёма, за знакомство, – мы выпили по первой. Затем по второй, по третей, и разговор завязался как-то сам собой.
Выяснилось, что Данил уже семь лет не был в России. Он был в бегах и в федеральном розыске.
– Я вольной борьбой занимался, кандидатом в сборную был. На первом курсе в меде учился, – начал рассказывать он, – А в начале девяностых всё как-то закрутилось, всё рушиться начало, все разом осатанели, кругом нищета, безнадёга, короче мы с пацанами бригаду сколотили и потихоньку начали комерсов нахлобучивать, с цыганами наркоту возить, дальнобойщиков на дороге хлопать. Тогда весело было, да ты и сам помнишь.
– Помню, – согласился я, – Взрыв преступности, рэкет, кругом спекулянты, первичное накопление капиталов и всё это на фоне разваливающейся страны. То еще веселье, – не без горечи закончил я.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «ЛитРес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.