Страница 86 из 95
— Почему тащить? Мне машину для перевозки дадут. «Волгу». Это у него, как бонус проходит, для особо ценных покупателей.
— Вот даже, как. Ну, тогда я за тебя спокоен. «Волга» машина широкая, в неё всё влезет.
— Да ладно. Чего выёживаешься? Что, первый раз товар на такую сумму покупаю? Всё будет тип-топ. Не боись?
— Может и не первый. Но раньше ты почти дома всё покупал и если бы что то не так пошло, то мог бы ответить. И люди об этом знали. А здесь ты никто и звать тебя, просто Герман. Об этом ты не подумал?
— Подумал — тяжело вздохнув, сказал поскучневший предприниматель. — Но делать то всё равно нечего. Что, прикажешь пустым домой возвращаться и точку закрывать? Тебе легко говорить, у тебя всё на мази. А я на грани. Мне рисковать надо.
— Риск, конечно, дело благородное. Но подстраховаться завтра, нам никто не мешает? — спросил я у него.
— Понятно, что не мешает. А как?
— Как, как? На месте будем решать, как. Затем я с тобой и поеду, чтобы обеспечить прикрытие. И это. Я конечно тебе не мать, но пить на сегодня хватит. Не хватало, чтобы ещё и башка твоя завтра ничего не соображала — выдернув из рук Германа очередную банку с пивом, закончил я разговор о деле. — Вон, пирожные лучше доедай, у тебя с ними тоже, полное взаимопонимание.
На удивление спал крепко и без сновидений. Встреча у Германа была запланирована ровно на час дня, так что вставать ни свет ни заря необходимости не было, вот мы и даванули с ним до начала десятого. За час успели справиться со всеми утренними делами, позавтракать, растолкать по карманам приятеля, взятые им ещё вчера из камеры хранения, свои и часть моих денег, и без двадцати одиннадцать выскочили на улицу, ловить такси. Основной наш маршрут будет проходить под землёй, но добираться до ближайшей станции метро решили на машине, на улице по прежнему ветрено и стоит пятнадцатиградусный мороз, что для моей одежды приравнивается к лютой стуже. Встреча с ушлым, московским барыгой должна состояться у входа в метро «Сокольники», туда то мы на подземном транспорте и поедем. Если судить по схеме, сфотографированной мной вчера в одном из вагонов, до неё рукой подать, если бы не пересадка. Но думаю, что даже она не займёт у нас слишком много времени, так что добраться до места должны будем с большим запасом.
Внутри метрополитена чувствовал себя почти, как рыба в воде. Уверенно провёл товарища через турникет, бросив за вход две пятикопеечных монеты, без лишних поворотов головы встал на нужную сторону движения, запомнив её ещё в прошлый раз. Внутри вагона не пытался занимать свободные, сидячие места, всё равно ехать не долго, а быстренько прислонил тулуп приятеля к двери напротив, загородив его своей мощной фигурой от остальных.
— Надо посмотреть, где выходить — попытался он освободиться от моей, товарищеской опеки.
— Не надо, я и так всё знаю. Вчера эту схему изучил вдоль и поперёк. Теперь сам могу давать советы.
— Ну и память у тебя — удивился друг, моему обычному умению. — А я, сколько не езжу, только и запомнил, как добираться по окружной до Курского вокзала.
Сокольники встретили усилившимся ветром, мелкой крупой, летевшей с неба и почти полным отсутствием на станции людей. Свидание у приятеля должно состояться на улице, прямо у входа в метро, с той его стороны, что обращена к проезжей части. Москвич обещал подъехать именно туда, на собственном автомобиле «Волга» и уже отсюда доставить Германа до базы, если верить его словам, расположенной совсем рядом. Как и прикидывал, добрались очень быстро. В запасе у нас оставалось почти сорок минут, которые я тут же предложил потратить на изучение близлежащей территории. Не факт, что эта экскурсия сможет нам когда нибудь пригодиться, но всё лучше, чем без дела стены обтирать в крохотном вестибюле, вдыхая тяжёлый, застоявшийся воздух, плотной массой подымающийся из подземелья вверх.
— Да ну его на фиг — воспротивился товарищ моему, свежему предложению. — Чего мы там забыли? Ждать то осталось, всего ничего.
— А что, стоять у входа лучше? — ответил ему своим вопросом. — Пройдёмся. Посмотрим, что к чему. А замёрзнем, так вернёмся обратно.
Герман внимательно посмотрел на меня. Потом, уже скептическим взглядом, окинул мою одежонку, махнул рукой и нехотя сказал:
— Ладно, пошли. Всё равно ты долго не проходишь. Только не далеко. Не хватало нам ещё и тут заблудиться.
— Не бойся, со мной заблудиться невозможно. У меня память фотографическая, выведу из любого тупика.
Вышли на улицу. Вдохнули свежего воздуха и под моим чутким руководством быстрым шагом зашагали по направлению к ближайшему забору, огораживающему начало какого то, не очень свежего, строительства.
— Ну здесь то ты, чего увидеть хочешь? — спросил меня, недовольный товарищ.
— Ничего. Отметиться просто хочу. Может доведётся прийти сюда лет так через десять. Будет хотя бы о чём вспомнить — сказал я, заглядывая в щель между досками, но не обнаружив там ничего достойного, повернулся в другую сторону и махнув Герману рукой, сказал: — Туда пойдём.
В ста метрах от строительной площадки располагались торговые ряды, часть которых укрылась под деревянной крышей, а другая мёрзла просто так, без неё. Торговля на них велась, но уж как то больно вяло, что со стороны продавцов, так и со стороны редких покупателей, хотя Новый год был уже не за горами, а ассортимент, представленного на мини ярмарке товара выглядел вполне прилично. Двигаясь справа налево я пробегал глазами по продуктовому разнообразию, удивляясь его доступности для обычного населения, а кое где не сдерживался и даже щупал приглянувшиеся образцы. Так, на одном из открытых прилавков, повертел в руках бутылку с шампанским, за пять пятьдесят. На другом проверил на свежесть конфеты «Белочка» и кондитерский набор, с тремя мандаринами внутри, выставленные по достаточно разумной цене. А на третьем и вовсе хотел было приобрести говяжью тушёнку в стеклянной банке, выглядевшую безумно аппетитно, но товарищ вовремя меня отговорил от неразумного поступка. Чувствуя, что всё же могу не сдержаться и чего нибудь прямо сейчас купить, бросил травить собственный желудок дешёвой мечтой о вкусной и здоровой пище, и потянул Германа дальше, туда, где лежала занесённая снегом, не очень оживлённая, но достаточно широкая дорога. Перебежав её, снова в неположенном месте, мы успешно выбрались на противоположный тротуар, лихо перепрыгнув искусственный забор из огромных комков снега и быстро зашагали вдоль улицы, по направлению к трёхэтажным домам, на первых этажах которых пристроились небольшие, стационарные торговые точки.
— Давай в хозяйственный заскочим — предложил мне Герман, кивнув головой на вывеску одной из них.
— Зачем? — не очень понимая, чего мы там забыли, зябко поёжившись спросил я. — Если ты погреться, то я ещё не окончательно промёрз.
— Зачем, зачем. Посмотрим. Может чего нибудь купим. Я вот, к примеру, ножик себе хочу ещё один купить — упрямо шагая навстречу с дверью магазина, ответил серьёзно настроенный друг.
— Ножик? Так у тебя же в гостинице лежит один?
— Второй куплю, в дороге пригодится.
— В какой дороге? Акстись Титов, мы уже давно в космосе. Если поджилки затряслись, так и говори. А то в дороге — сообразив в чём дело, бросил я ему в спину. — Ты дурака то не врубай. Если что, так он тебе всё равно не поможет.
— Поможет, не поможет, а когда буду знать, что в кармане лежит, мне знаешь ли… — не закончил Герман фразу, подходя к стеклянному прилавку.
С покупкой, мой знакомый определялся долго, хотя перочинных ножиков на витрине лежало всего пять. Хозяйственных было больше, но на них он даже не смотрел. Его, отчего то интересовали только складные.
— Давай, бери уже быстрей. На встречу опаздаем — поторопил я сбрендившего приятеля, мимоходом взглянув на часы.
— Сейчас — ковыряясь с одним из лезвий очередного экземпляра, ответил он и вновь подозвал продавца. — Другой покажите, у этого туго выходит.