Страница 57 из 95
— А эти, на верху, всего две двести? И в чём же разница у них? — стараясь не показывать нахлынувшего на меня разочарования, спросил я у продавца, по поводу цены.
— Сравнил, бабину и кассету. Эти — всё. Вчерашний день. А этот — на века — погрозив над головой указательным пальцем, громогласно дал он ответ. — Сегодня купил и пользуешься им, чуть ли не до смерти. У него только заводская гарантия целых три года. Ты посмотри, как всё удобно сделано. Кассета вставляется легко, перемотку контролировать не надо, лента в корпусе не размагничивается, головка от пыли сама очищается.
Магнитофон не взял, дороговато и не к спеху, но без покупки не ушёл. Давно хотел купить себе радиоприёмник. Музыку дома послушать, новости последние узнать. Но, то не было их в свободной продаже, то денег почему то жалел. А сегодня всё сложилось, как нельзя лучше, в комиссионке продавали подержанный «Океан» по цене нового «ВЭФа», вот я и не выдержал, взял да и забрал его. До вечера таскал в сумке, посещая оставшиеся два, интересующие меня, магазина, а сейчас он стоит на загаженном верстаке, в гараже Вахида, куда я пришёл ночевать и такие песни мне выдаёт из своего единственного динамика, транслируемые «Голосом Америки», что сна ни в одном моём глазу даже не предвидится. Под музыку, кстати, и думается лучше, а поразмышлять есть о чём. Видеомагнитофон, точно такой же, я видел ещё раз, а вот кассет с фильмами больше не было нигде. Пустые, к диковинному аппарату снова прилагались, но они мне пока ни к чему, да и стоимость их отличается от заполненных, всего на двадцать рублей. Лежу на раскладушке, поглядываю на грязный, бетонный потолок и постепенно прихожу к мысли о том, что кассеты с кинофильмами надо покупать. Народ, на одни и те же, долго ходить не станет. Ему, каждый раз, новые зрелища подавай и, чем больше их будет у меня в запасе, тем большую популярность приобретёт оригинальный кинозал. Музыка из «Океана» резко прекратилась и ей на смену пришло время новостей. Привстал, крутанул ручку громкости почти до упора и замер в ожидании новой информации. Чуть больше часа назад меня сильно поразило сообщение о событиях, в далёкой африканской стране. Про такое в наших газетах, почему то не пишут и телевизоры, про это, тоже не говорят. А страсти там, если верить забугорному голосу, кипят нешуточные. Оказывается в ЮАР, расположившейся в северной части самого жаркого континента, не только апартеид издевается над местным населением, но ещё и загадочная болезнь делает жизнь там, практически невыносимой. Смертоносный вирус, названный именем человека, первым обнаружившим его, всего за несколько дней прибрал к рукам почти две тысячи граждан, этой многострадальной страны.
— Вирус Дэйна по прежнему не удаётся локализовать — хриплым голосом, сообщал диктор «Голоса Америки», будоража последними новостями весь цивилизованный мир. — Напомню: первые симптомы этого странного заболевания были зарегистрированы на побережье, в городе Странд, через три дня о нём узнали в Вустере, затем в Парпе, а сегодня поступают сообщения, что заболевшие появились и в инфекционном отделении центральной больницы Кейптауна, городе с многомиллионным населением. Если вирус и дальше будет распространяться с такой же скоростью, то жители Южно Африканской Республики будут вынуждены спасаться бегством из собственной страны не только по политическим мотивам.
Говоривший напомнил слушателям о симптомах этой скоротечной болезни, о необходимости соблюдать правила личной гигиены, о мерах предосторожности при посещении африканских стран, предупредил о возможности закрытия границ обсуждаемого государства, как с внутренней, так и с внешней стороны, и плавно перешёл на другие, не менее интересные темы.
— Странно — подумал я, после окончания пропагандисткой пятнадцатиминутки. — Почему у нас об этом ничего не говорят? Может не хотят беспокоить население или считают, что Африка от нашей страны очень далеко лежит?
Радио ещё о чём то говорило, потом пело на иностранном языке, затем по нему выступал какой то мужчина, как я понял, недавно высланный властями за пределы нашей страны, за ним опять играла музыка и кто то незнакомый снова пел, но уже под контрабас. Что было дальше я не знаю. Скорее всего джаз, это было последнее, чего я смог уловить, лёжа на старом матраце, разложенным мной на грязной, скрипучей раскладушке.
Утро и день пробежали быстро. Завтракал в городе, там же поел и в обед. В остальное время занимался тем, что мотался по городу на автобусе, изучая спрос на импортные штаны. От конкретных разговоров с продавцами уклонился, состояние этой позиции легко угадывалось и без них. Джинсы имелись в каждом из трёх комиссионных отделов, открывшихся в городе моряков и спрос на них оставался прежним, во всяком случае при мне, ковбойские брюки никто не покупал. Что ж, буду искать другие рынки сбыта, на этот город я и раньше не очень расчитывал. А сейчас поеду в комиссионку, где вчера плотно общался с продавцом, надо выкупить у него кассеты с фильмами, пока они продаются и деньги в наличии есть. Часа два у меня осталось, как раз успею добраться туда и вовремя вернуться на место сбора.
Фёдор приехал, как и в прошлый раз, сразу после окончания работы. Вахид уже связался с ним и предупредил о тонкостях предстоящей операции. На этот раз из порта мы повезём не фанерные коробки, а обычные, тряпичные тюки. Будет их всего пять штук, поэтому и накладная у меня должна быть заготовлена соответственно вывозимому грузу.
— Напиши, что ткань везём — предложил мне, более опытный в таких делах, водитель. — Её обычно в рулонах перевозят.
Так и сделал. Поставил в графе количество, цифру пять, в наименовании прописью вывел слово «ткань», где надо было расписался, указал вверху сегодняшнее число, затем ещё раз проверил собственные художества, убедился, что ничего в них не напортачил и уверенно засунул бумажку в задний карман, где ждёт своего часа очередной пропуск для проезда в порт.
Время до выезда у нас ещё оставалось и у меня появилась возможность, хотя бы перед кем то похвастаться своим последним приобретением. Вытащил из ящика, один раз уже оказавшего нам помощь в перевозке товаров, все свои восемь импортных кассет и предъявил их заскучавшему работнику районного потребительского общества.
— И на хрена они тебе? — разглядывая красочные коробки, спросил меня Федя.
— Как на хрена? — возмутился я. — Куплю видеомагнитофон и кино прямо дома смотреть буду.
— Цена у него какая? Две, три тысячи? — поинтересовался шофёр.
— Три с половиной — с уверенностью в голосе, ответил я.
— Ну вот, а теперь посчитай, сколько раз на эти деньги ты в нормальный кинотеатр сходить сможешь.
— Много — не стал я расстраивать себя, полученной в процессе деления, конкретной информацией.
— Много — передразнил меня практичный водитель. — Лучше бы машину купил, от неё хотя бы какой то приработок можно поиметь. А с этой игрушки, чего? Баловство одно и никакого толка.
Доказывать знакомому, что он ошибается, смысла не имело, не стану же я первому встречному выдавать свой гениальный план. Позволил ему ещё какое то время понаслаждаться ролью умного наставника, а затем отобрал кассеты, аккуратно сложил их в ящик и предложил заводить автомобиль. Пора ехать на работу, хватит тут устраивать ликбез, я и сам давно знаю, как нужно жить на этой грешной земле.
Транспортировка контрабандного товара, как и прежде, дополнительных сложностей не принесла. Правда на этот раз я предпочёл разгрузить прибывший из-за рубежа груз, в гараже компаньона. Цену его реализации мы так и не утрясли, количество мне неизвестно, да и Вахид обещал утром прийти к себе домой. Ночевал опять в гараже, погода позволяла, да и вариантов устроиться более комфортно, особо не было, а ехать домой не хотел. Снова слушал «Океан», раздвигавший рамки моего познания до невиданных ранее высот, вскрывал огромные тюки с товаром, доставая оттуда джинсы фирмы «Монтана», какие то из них тут же примерял, какие то просто рассматривал и складывал обратно, а утром, закрыв гараж на ржавый замок, вызвал из сторожки такси и поехал на встречу с другом. Знаю, что рано, но спать больше не хотелось, а просто так сидеть и разглядывать привезённые штаны, уже надоело.