Страница 4 из 55
Его толкнули на круглый диван, торшер, задетый Алисой, рухнул на пол, и потух. В опустившемся мягком полумраке девичье тело утонуло в тени, и Руслан с облегчением выдохнул. Не видя нахальной искусительницы, он мог совладать с собой.
Но ошибся. На смену бесстыдной демонстрации аппетитных форм пришли нежные прикосновения. Теплые пальчики приспустили с его плеч рубашку, девчонка, перекинув ногу, забралась к нему на колени, жарко потерлась грудками. Ему стало трудно дышать.
— Т-с… — угадав, что он хочет что-то сказать, шепнула Крошка, откинула свои, упавшие ему на лицо, волосы, и легонько тронула губами его губы, спрашивая позволения продолжить начатое.
Он оставался безучастным, не желая поддаваться на соблазн, чтобы завтра не чувствовать себя скотом. Речь шла не о моральном облике Руслана, он без зазрения совести изменял жене, мог перепихнуться с любой понравившейся красавицей, если знал, что та не против. Но Алиса — это его табу, как бы мучительно не возбуждался он при виде её точеных прелестей.
Она его маленькая фея, а ему было необходимо знать, что он не настолько погряз в грехах, и опошлить их отношения примитивной похотливой связью он не хотел.
— Нравится? — с придыханием прошептала Алиса, выпрямившись, и открыв его взгляду нижнее белье.
Когда успела снять платье? Черный с ажурным алым кружевом бюстгальтер безумно сексапильно смотрелся на ней, тоненькая полоска трусиков такой же расцветки облегала плоский животик, и Рус, не выдержав, дотронулся до бархатной кожи у пупка, обвёл кончиками пальцев. В штанах стало невыносимо тесно, эрекция нарастала, требовательно толкался в ширинку мгновенно каменевший стержень.
— Очень красиво, тебе идёт. — голос охрип, выдавая его с потрохами, и девчонка загадочно улыбнулась, поняв, что добилась своего.
Узкая ладошка легла поверх его большой руки, переместила выше, к кромке бретельки, надавила, принуждая стянуть ниже по предплечью. Он не спешил сдавать позиции, но и Лиса не отступала, заставила-таки его повиноваться, со второй вязочкой расправилась сама.
Лифчик бесформенной тряпицей повис на запястьях, у лица Руслана оказались обнаженные крохотные груди с темно-бордовыми пятнышками сосков. Алиса замерла, намекая, что ему пора перехватить инициативу, в тишине отчетливо слышалось её неровное дыхание.
— Мне холодно, согрей меня… — настойчиво шепнула проказница, выгнулась назад, как гибкая кошка, и запрокинула голову, обдав мужчину облаком дурманящих сладких духов.
Самообладание балансировало на грани срыва, и в какой-то момент Руса обуяло желанием ударить негодницу, встряхнуть так, чтобы вся блажь мигом вылетела из её ветреной головы.
Но выдержка рухнула, в ту секунду, когда неумелая рука робко расстегнула пуговку на джинсах, и проникла под пояс, застыв в аккурат там, где нестерпимо нарастал огонь неудовлетворенности. Обхватив Алису за спину, Руслан прижал её к себе с силой, вырвав у неё тихий вскрик, уткнулся носом в влажную впадинку меж холмиков.
Пощекотал языком бусинку, окруженную пупырышками, и она свернулась в тугой комочек, а девичьи прикосновения на его паху стали судорожнее, смелее. Захватив другую горошину ртом, он слегка оттянул, прихватил зубами, и Алиса снова застонала.
Сладенькая… Сладенькая маленькая девочка.
Спихнув её с колен, он стянул джинсы вместе с трусами, устроился полулежа, и девчонка, догадавшись, что от неё нужно, опустилась на пол у его ног, подползла ближе, отбросила бюстгальтер за спину. Руслан властно положил ладонь на её затылок, собрал волосы в кулак, и она медленно наклонилась, облизнув губки.
Это было не совсем то, чего я ожидала. Даже немного теряюсь, когда понимаю, что должна сделать. Откуда ему знать, что я всё ещё девственница, а этим хитростям соблазнения меня учит продвинутая в том плане детдомовская подружка Лизка Доронина! Ни один из старых и молодых козлов, которые перешли дорогу покровителю, а я их бессовестно обкрадывала, ни разу не затащил меня в койку, своё тело я берегла только для единственного.
С юности берегла. Что могла поделать, если судьбе было угодно, чтобы этим единственным для меня стал бандит и беспредельщик, «крупный бизнесмен» Руслан Соколов…
В трусиках мокро и липко, это моя неизменная реакция на близость Руслана. Это пустяки, привычное дело. Каждый раз, когда он рядом, а в моей голове грешные мысли о нём, начинается чёртова течка, как у блудливой кошки.
Правду говорят, что кошки — хуже проституток. Это про меня.
Мне страшно, но я этого не показываю. Если он догадается, что я лишь прикидываюсь опытной распутницей, то будет держать меня на расстоянии, и мои уловки больше не сработают. Ну же, Алиса, воплоти свои грезы в жизнь!
Облизываю пересохшие губы, жалко улыбаюсь выжидающе взирающему на меня Руслану. Его рука ложится на голову, он убирает мешающие мне волосы. Собравшись с духом, смотрю на его член, и неожиданно чувствую, как снова накатывает горячая волна возбуждения. Бедра свести не получается, Руслан сползает ближе ко мне, и меня подбрасывает от внезапного удовольствия. Умелые пальцы, лаская мою разбухшую плоть, нежно массируют клитор, и по телу взрывными мурашками разлетается легкое, приятное наслаждение. М-м, пожалуйста, не останавливайся…
Наконец, решившись, касаюсь язычком его органа, сжимаю у основания, обнажив набрякшую головку. Погружаю её в ротик, ожидая ощутить отталкивающий привкус, но этого нет. Какой же он большой и твердый, и от моих неумелых ласк становится еще огромнее. Шелковистый наощупь, чуть горьковатый, пенис не помещается полностью во рту, и я просто посасываю его, скольжу кончиком языка.
Руслан подается ко мне, приподняв ягодицы, и я не упускаю случая, просовываю руки под тугие полушария, вонзаю ногти, заставляя его вздрогнуть. И тут острая вспышка кратковременной боли раздирает низ живота, стержень выскальзывает, и Руслан, вынув мокрые пальцы из моего лона, резко меня отпихивает.
В потемневших сузившихся глазах — неприкрытая ярость, и я вскакиваю, попутно хватая платье, под которым и пытаюсь спрятаться.
— Какого хуя ты вытворяешь? — рычит он, неловко возясь со штанами — возбужденный член никак не влезает в них, и Рус ярится ещё сильнее, рявкнув, — девочка созрела, так, что ли, ебать твою мать?! Развести меня пытаешься, маленькая дрянь, притворяешься развратной шалавой! Кто тебя к этому подтолкнул, живо отвечай! Кто велел меня соблазнить, за каким хером?!
Под веками жжет, я отчаянно моргаю, путаясь в узком платье. Только не реви. Он и без того в бешенстве, если начнёшь хныкать, это будет признанием вины. Вот чёрт, без вины виноватая, а он готов спустить на меня церберов! Никому не доверяет, во всём ищет подставу.
— Пошел ты к чёрту! — стряхнув с плеча его цепкую ладонь, бросаюсь к двери, каким-то чудом не протаранив головой.
Ночь душная, двор освещен мощными прожекторами фонарей по всему периметру, огромные овчарки настороженно наблюдают за мной с крыльца. Зло усмехаюсь, истерично всхлипываю, давясь смехом. Что, господин Соколов, очко играет, боитесь, как бы недруги не сунулись в Вашу крепость?! И правильно, «костлявой» по фигу, кто ты, хозяин жизни или грязный нищий. Перед смертью все мы равны.
Глава 2
Никогда он не верил в случайности, более того, относился к ним с подозрением. Полгода назад, когда случай свёл его с Алисой в ночном клубе, Руслан впервые понял, что случайности бывают даже полезны. Девчонку он узнал мгновенно, как только взглянул в её испуганное личико — такие глаза забыть невозможно, хотя самая их первая встреча состоялась при менее приятных обстоятельствах — пару лет назад.
Алиса была воровкой, причём вскрывала замки искуснее медвежатника, и, не вернись он в тот вечер домой на час раньше, наверняка обчистила бы его сейф. А это грозило бы ему огромными неприятностями, ибо в недрах тайника, помимо денег, хранилось незаконно приобретенное оружие и компромат на всех бандитских авторитетов города.