Страница 60 из 63
– Вижу, – сказал Костя и улыбнулся, – вижу. Но чувствуешь-то себя как? Живой?
– Не… – Марк задумался и, чуть нахмурив глаза, осмотрелся вокруг, словно в чём-то сомневаясь и что-то подозревая, – не уверен.
– Чего это ты смотришь на меня так странно?
Их разговор прервал звук приближающихся полицейских сирен. Марк с Костей переглянулись и вместе посмотрели в сторону, откуда доносились звуки. Юмалов с силой вцепился руками в землю и до крови прикусил бледную, словно у мертвеца губу. Маленькая капля быстро налилась цветом, словно яблоко, заалела и поспевшим плодом упала вниз – на землю. Марк проследил за ней взглядом и заметил, что земля, как оказалось, имела необычный красный оттенок, словно насквозь пропиталась кровью. Наверно примерно такого цвета песок в пустыне во время заката, когда гигантское горячее солнце залезает в него своим полным брюхом.
Совсем скоро из чрева метели вырвался автомобиль. То была старая, заниженная, обшарпанная «газелька» серого цвета, с сине-красными мигалкам на крыше. Откуда-то издалека, едва пробиваясь сквозь треск пожаров и завывания ураганного ветра, до Марка стали доносится чьи-то душераздирающие крики, полные такой боли и страха, что казалось, будто эти адские звуки ножами проходили сквозь грудь юноши, оставляя там глубокие раны. Обернувшись на эти звуки, Марк почему-то надеялся увидеть мелькающие вдали красно-жёлтые огни горящих заживо людей, но там ничего не было, кроме пыли, летающего в воздухе мусора и жалких остатков здания-банка. И одновременно с криками людей где-то вдали, совсем рядом с юношей запищали тормоза автомобиля. Снова посмотрев вперёд, Марк увидел, как, подняв целое облако едва успевшей опасть на землю пыли, «газель» остановилась и из открывшейся двери наружу стали вылезать одетые в военную форму люди, вооружённые обрезанными версиями автомата Калашникова. Словно стая жуков, они рассыпались по округе и попрятались в углах да щелях. Один из них стал напротив Марка и, нацелив на него оружие, стал медленно подходить.
– Костя… – произнёс Марк отрешённо.
– Чего?
– А… слушай… а где их лица?
– Ты о чём? Они же в масках, – удивлённо сказал Сотин.
Марк медленно, словно проржавевший и тяжёлый механизм покачал головой.
– Нет, ты не понимаешь, – спустя время сказал он.
– Чего? Ты в порядке?
– Ты не понимаешь! У них нет чёртовых лиц! Их нет. Нет, – выкрикнув это, Марк с силой отмахнулся от Сотина, но рука прошла сквозь парня, как сквозь песок, после чего тот растворился в воздухе так же неожиданно, как появился. – И тебя нет. Я совсем один.
Выдавив эти слова, Марк стал медленно подниматься на ноги. Стоило ему попробовать встать, как кто-то будто схватил его за левую часть мозга. Вот прямо изнутри взял – и схватил, при этом сжав до боли, остервенело так, наслаждаясь этим. Положив ладонь на голову и нащупав в ней кровоточащую рану, Марк сморщился, дрогнул, но вставать не перестал. Так, покачиваясь, будто неустойчивая статуэтка, он всё же принял вертикальное положение и встал в полный рост прямо перед военным, как мраморная статуя. Смерив безликого взглядом, Марк закрыл свои глаза, достал из кармана пистолет и, не целясь и не поднимая век, несколько раз спустил курок. Сначала послушались звуки чавкающих пуль, что жадно впились в живое мясо, но после, когда юноша уже перестал стрелять, звук чавканья никуда не делся, а лишь усилился, к нему добавились странное склизкое шуршание и какое-то нарастающие хлюпанье. Марку вдруг стало страшно. Ему совсем не хотелось открывать глаза, но он их открыл.
Престранное зрелище вырастало перед глазами Марка: дыры от пули зарастали окровавленными шматами мяса, как лепестки лотоса по вечерам. Они быстро сложились в мясные цветы и стали стремительно расти, а параллельно с тем тело военного становилось всё менее и менее гуманоидным. Кожа его слезала, как кожура и, с чавкающим звуков, заглатывалась оголёнными мышцами куда-то внутрь. Голова вытягивалась вверх и ссужалась в боках, закручиваясь в спираль. Совсем скоро это нечто окончательно перестало быть человеком, остался лишь длинный красно-розовый стебель, из которого торчало несколько огромных бутонов, а так же тонкие конечности, напоминающие собой безвольные лианы. Монстр встал в полный рост, возвысившись над Марком, смерил его тяжёлым взглядом своих впалых глаз и – резко упал на землю, словно змея, после чего с поразительной скоростью метнулся внутрь «газели». Буквально миг, и он уже втянулся в кузов авто. Сразу за ним остальные бойцы так же безвольными шматами мяса выпали из своих одежд и змеями заползли в автомобиль так, словно их засосало туда. Дверь громко захлопнулась.
Марк прикрыл глаза и на мгновение ощутил, будто его ноги так же стали мясными цветами, и от этого чувства он чуть не рухнул на землю. Снова открыв глаза, он опустил их вниз, убеждаясь в том, что его конечности все ещё на месте и не во что не превратились. Немного подёргав ногами и покрутив ими, он вернул себе ощущение твёрдости и вновь поднял взгляд на машину. Внутри той всё это время что-то громко бурчало, перекрывая даже свистящий во весь опор ветер. Вдруг поверхность «газели» дёрнулась, немного подпрыгнула и замерла. Марк напрягся, ожидая продолжения, и выставил перед собой оружие с уже почти пустым магазином. Но время шло и ничего не происходило. Автомобиль как стоял, так и продолжал стоять. Все звуки, доносившиеся из него, куда-то пропали и Марк снова почувствовал себя одиноко. Сжав губы и нахмурив брови, он чуть сильнее придавил курок подушечкой указательного пальца, однако не стрелял. Сглотнув слюну, юноша стал медленно отходить в бок, при этом все ещё не опуская оружия. Спустя несколько пройденных метров он внезапно остановился, опустил палец с курка, впрочем далеко его не убирая, и наклонился к земле. Несколько секунд усталая и дрожащая рука его шуршала сухим песком, нащупывая камень. Выдох – бросок. Средних размеров снаряд, подобранный Марком гулко влетел в заднюю часть автомобиля. Снова ничего не произошло и Юмалов несколько расслабился.