Страница 11 из 63
То существо, что шло за ним – оно ускорилось. И для того, чтобы это понять, уже не нужны были эти эфемерные, даже мистические чувства, он попросту слышал, как нечто, хлюпая и постанывая, торопливо рвётся вперёд, расшатывая своей тушей весь туннель. Марк снова закричал. Закричал и попытался выпрыгнуть из гроба. По пути запутался в плохо прибитом бархате, перевернулся, кувыркнулся и упал на пол, уронив вместе с собой мертвецкое ложе. Оно, однако, не коснулось своим боком земли, а зависло невысоко над ней. Мальчик опустил взгляд ниже и увидел, что туннель, словно большая пружинистая нога, удерживал собой гроб и не давал ему упасть. Однако самым жутким было то, что выход наружу разбух и налился кровью от массивной туши, расположившийся у самого выхода и занявшей собой проход. Да, оно было прямо тут. Оно сидело едва ли в метре от Марка, но почему-то не вылезало. Тем не менее оно сидело там, воняло и одним своим присутствием давало понять мальчику, что ждёт его. И никуда ему не деться. Оно доберётся до него, но не убьёт, нет, там будет что-то хуже. Но что? Несколько долгих секунд Марк смотрел на эту чуть шевелящуюся опухоль туннеля и пытался думать, но скоро покачнулся, рухнул на пол и завыл.
Через некоторое время он успокоился, расслабился и стал просто валяться на спине да тяжело дышать, приходя в себя.
– Когда же этот кошмар кончится? Спать хочется…
Видимо услышав человеческий голос, фигура, что стояла у гроба, начала двигаться и медленно зашагала к мальчику. Он же смотрел в потолок, морщась от мерзкого вида неба, и только слушал приближающиеся, вялые шаги, будто бы рыбьи. Скоро фигура нависла над ним. Марк видел верхнюю часть тела: вялая, скомканная в жировых складках кожа свисала вниз, скукоженный горб выглядывал из-за плеча, из шеи рос пучок жидких волос, медленно расползающихся вверх, на щёки, затылок, макушку. В этом теле не было жизни, лишь засаленное мясо и вялость. Но вдруг жизнь, или, вернее будет сказать, живость, в виде маленькой сыпи пробежалась по его телу, заставив дрогнуть правую руку и медленно начать подниматься к хурмообразному черепу. Затем от руки отделился костлявый палец и несколько раз почесал разбухший нос. Как только же нос был благополучно почесан, жизнь снова покинула тело и рука безвольно рухнула вниз. Марк в последний раз обвёл взглядом фигуру и всё для себя решил о ней. Очевидно, что это существо вылезло откуда-то из глубин океана – рыба на ножках. Да, это точно была мёртвая рыба на ножках. И пущай выглядела она почти как человек. Рыба… на ножках…
Эти мысли успокоили мальчика, и он продолжил умиротворённо лежать на земле да смотреть вверх, пока рыба закрыла глаза и спала. Продолжалось это довольно долго, Юмалов даже успел немножко вздремнуть. Такая приятная и уютная темнота окутала его, и разум отступил назад, мысли отмерли – спокойствие. Хорошо было бы спать вечность.
Но счастье прервалось: в один момент капля жира собралась на лбу фигуры, набралась силы и оторвалась от его скукоженной кожи. Пролетев чуть меньше двух метров, она разбилась о щёку мальчика. От этого его всего передёрнуло, сжало, заломило и после растянуло. Раздался плаксивый стон. Рыба на ножках проснулась и снова стала смотреть на мальчика своими большими и замаринованными глазами. Марк же, проснувшись, раздражённо вытер жир с щеки и встал на ноги. Затем отбежал в сторону на несколько шагов. Фигура поплелась за ним, используя вполне человеческие ноги скорее как щупальца или плавники. Очень медленно. Марк снова отошёл в сторону, разрывая дистанцию: оно шло за ним. Юноша остановился и стал ждать. Рыба доплелась и встала напротив него примерно в метре. Они смотрели друг на друга несколько секунд, в течение которых глаза существа медленно закрывались, пока оно окончательно не уснуло. Тогда Юмалов бесшумно выдохнул, развернулся и направился к выходу из ангара. Пройдя десять метров, он обернулся и увидел, что рыба снова идёт за ним. Упёрто и бессмысленно она шагала к мальчику. Это было жутко, было похоже на издевательство. Поджав губы, Марк побежал. По пути он вновь обвёл взглядом внутренности ангара и заприметил тёмный закуток меж двух пристроек по типу охранных будок, в котором стояли какие-то коробки да поддоны. Средь них можно было спрятаться. Перепрыгнув через гроб и пробежавшись ещё несколько секунд, он оказался у закутка и, недолго думая, нырнул в него. Там мальчик погрузился в темноту, где его не должно было быть видно, и оттуда же стал дожидаться рыбу на ножках. Скоро та подобралась к нему ближе и вот уже, как слизняк, принялась переползать через гроб. В это же время Марк чуть ли не ползком принялся протискиваться меж коробок в попытке затеряться среди них. Скоро даже он сам уже не понимал, где именно находится и как ему выбираться из этого места. Со всех сторон стояли тяжелые коробки, заполненные какими-то железками, да высокая пачка досок. Все они образовали собой нечто вроде лабиринта, и юноша забрался в самые его потаённые уголки. Наконец Марк упёрся какие-то в доски и оказался со всех сторон укрыт: место было тёмным, закрытым, очень незаметным и, наверно, идеальным для пряток. Развернувшись и улёгшись на спину, мальчик стал сверлить взглядом узкую щель, через которую протиснулся, в надежде не увидеть пролезающего внутрь существа.
Никого. Постепенно мальчик расслабился и даже попытался найти более удобную позу для себя. Места было мало, но, свернувшись в позе эмбриона, он сумел довольно комфортно уместиться в своём тесном укрытии. Скоро на него навалился сон. Может быть, ему даже удалось поспать минут пять, но, увы, не больше. Веки слипались и тянулись друг к другу. То и дело они встречались и погружали юношу ненадолго в темноту. И в один раз, когда Марк таки собрался с силами и снова открыл глаза, чтобы посмотреть на щель, прямо перед его лицом образовалось две толстых, водянистых ноги. От неожиданности мальчик закричал и попытался отмахнуться от ног. Он отдёрнулся в противоположную от этих двух мясистых труб сторону и вжался в стену. С ненавистью смотрел он на опухшие, короткие пальцы, налитые бледно-бирюзовым цветом.