Страница 5 из 8
— Время только тратим зря. Пора ехать!
Глава четвертая. Длинная дорога
Как бы я не хотела поехать верхом с Эхо, внезапно нахлынувший дождь заставил меня все же перебраться в коляску к Илезу. Я не хотела с ним разговаривать, более того, один его вид самонадеянно-спокойный навевал мне отвращение. Он сидел так, как будто ничего не произошло! Как будто не он сейчас силой заставил нас с Эхо ехать с ним дальше. Как будто не он только что собирался убить дорогого мне человека.
— Плюшка, хватит дуться. — мне на коленку легла обжигающе-горячая рука, которую я с раздражением скинула.
— Дуться?! Ты хоть понимаешь, что я тебя вообще сейчас ненавижу?! Не знаю, чего ты себе там напридумывал в отношении меня, но ты совершаешь большую ошибку! — сказала я, глядя прямо ему в глаза.
Мои слова же вызвали у него только странную полуулыбку.
— Дерзкая… Горделивая… Тебе никогда не говорили, что ты очаровательно злишься? У тебя появляются маленькие морщинки на лбу, отчего ты становишься похожей на обиженного котенка… — ответил парень, а я вспыхнула.
— Хватит все превращать в цирк! Илез!
— Ммм? Цирк? Хочешь побольше развлечений? Устала от дороги?
Я отвернулась к маленькому окошку слева от меня. Сквозь него было видно раскисшую дорогу, по которой медленно катилась наша коляска, и Эхо, мокнущего благородно под дождем.
— Я ревную. — вдруг выдал темный, вновь заставив меня обернуться.
— Что?
— Не смотри на него так. Он не достоин твоего внимания.
Я сейчас была близка к тому, чтобы накинуться на парня с кулаками, но сдержалась, демонстративно став изучать Эхо в окно.
— Не достоин, говоришь? А мне вот, например, он очень нравится! — сказала я.
— Чем же он лучше меня? Тем, что старше? Думаешь, мужчину определяет его возраст? Если так, то ты ошибаешься. Он и половины не повидал того, что пережил я. Он не может себя защитить, а это значит — он не мужчина.
— Чем лучше? Я скажу тебе чем. Во-первых, он добрый. Он любит людей и не обижает их, в отличие от некоторых. Во-вторых, он умный. В-третьих, благородный. В-четвертых, красивый…
Я вновь посмотрела на Илеза. Тот замер, искривив губы в усмешке и изучая меня взглядом.
— Доброта — это самое последнее качество, которое я бы подобрал для определения настоящего мужчины, Таня. Знаешь, почему? Потому что она делает его слабым. Доброта
— это то, что должно присутствовать в женщине. Например, в тебе она есть. Любить людей и не обижать их… Со стороны, конечно, хорошо смотрится. А на деле? Я ведь там на поляне мог сделать с тобой все, что угодно. Даже убить. А что сделал твой добряк? Рассуждал мысленно о котятах?
— Он просто не воин! К тому же, у нас не принято учить мальчиков воинскому ремеслу. Мы нанимаем для охраны границ армию из соседних государств. — попыталась оправдать я Эхо. Хотя, если честно, то слабость доктора кидалась в глаза. Он ведь даже не пытался вырываться, когда Илез его схватил.
— Чушь! — отмахнулся темный. — Что же касается ума, то я его пока не заметил. Был бы умный, не поперся бы в Темнодар за тобой и не ссорился бы с темными. Что же до красоты… Приоритеты меняются. Еще сегодня тебе нравились блондины, а завтра будут нравиться рыжие.
Илез заглянул мне в глаза, а у меня даже остановилось дыхание, таким выразительным был этот взгляд. Страсть, желание, надменность и насмешливость… А еще какое-то тепло и тоска.
— Спорим, что меня ты тоже считаешь красивым? — вдруг улыбнулся Илез.
— Тебя?! Как можно считать красивым того, кого ненавидишь? — сказала я.
— Не горячись, Плюшка… Когда-нибудь я докажу тебе обратное. Когда-нибудь, ты будешь смотреть на меня так, как смотрела сейчас на своего докторишку.
Я не успела ничего ответить, так как коляска вдруг со скрежетом остановилась, а снаружи послышалось конское ржание.
Илез тут же напрягся, вытаскивая прицепленный к ремню заточенный нож.
— Плюшка, пока посиди здесь потише. Я выйду, узнаю, что произошло. — сказал парень и, раскрыв дверцу коляски, легко выпрыгнул наружу, оставив меня одну.
Всю дорогу Илез корил себя за то, что с эльфом пришлось обойтись так грубо. Его Плюшка оказалась нежной, словно цветок Араливии, что растет за Темнодаром на побережье Черных Озер. Испугалась, стала отказываться с ними ехать дальше. Илез Агкхов, наверное, впервые в жизни тогда испугался. Что девчонка сейчас струсит и действительно повернет назад. Он не мог этого допустить. Никак. Опять же, пришлось применять грубый шантаж, чтобы Плюшка все же осталась. Вот только, что делать с обиженной и перепуганной девчонкой Илез не знал. Нет, у него был опыт общения с женщинами, причем не малый. Но темнодарских девушек всех можно было описать лишь одним выражением — покорные смирные змеи. При приближении мужчины женщина обязана была опустить глаза и склонить голову. Плюшка же оказалась не такой. При всей ее нежности, у нее был характер. Причем такой, что не каждый темный потягается с ней.
Попытки сблизиться с ней в дороге ничего не дали, а Илез лишь наткнулся на весьма глупое обожание Плюшкой этого доктора, чтобы его гхыры сожрали! И ведь хуже всего было то, что его, темного, эти слова ее задели. Красивый! Ха! Все эльфы красивы, нежны и обаятельны. В них течет зачарованная кровь. Вот только в мужчине красота не всегда главное… Да даже если и не так, Илез, по меркам темных, был очень хорош собой. А вот Плюшке не нравился!
В тот момент, когда парень думал о том, что может просто зацеловать Таню до состояния беспамятства, чтобы она, растаяв от наслаждения, все простила, как коляска внезапно остановилась.
Едва Илез оказался снаружи, он понял, что ничего страшного не произошло. Просто экипаж увяз в дорожной грязи, чуть накренившись в бок.
— Поломалось колесо, вот ведь! Все непогода виновата! — посокрушался подошедший докторишка, а у темного внезапно появилась мысль, что поломка эта — не простая случайность.
— Придется поехать дальше верхом. Магией я могу лишь вытянуть коляску из лужи, но с колесом должны повозиться механики.
Эхо согласно кивнул.
— Не спорю. Да… Кстати, думаю, что Танюше лучше будет поехать со мной. Привычнее.
Агкхов мысленно послал эльфа отборным матом, но внешне сохранил совершенно невозмутимое выражение на лице.
— Почему же? Мы с ней почти нашли общий язык.
— Брось. Ты же не потащишь ее силой с собой? Или думаешь, что она добровольно согласится с тобой ехать? — усмехнулся Эхо.
— Не согласится. — признал Илез. — Но это дело поправимое. Не переживай.
Эхо усмехнулся, но все же решился перевести тему.
— Давай лучше-ка освободим лошадей из упряжи. И Таню нужно позвать. Она, наверное, перепугалась.
Темный, не став спорить, кивнул и уже хотел направиться к оставленной коляске, как вдруг Эхо окликнул его, протягивая руку.
— Я хотел сказать спасибо, что оставил мне жизнь. — сказал эльф. — Мир?
Илез с подозрением посмотрел на Эхо. Не нравилась ему подобная перемена в его настроении. С другой стороны, если он и эльф вдруг сумеют наладить отношения, это значит, что Таня может и простить его…
Агкхов все же протянул ему руку.
— Мир. И ты не держи зла. У меня были причины, чтобы поступить так, как я поступил.
— Охотно верю. Кстати, Таня и так сама уже вышла к нам.
Сидеть в коляске, пока там, снаружи, может быть решается вопрос наших жизней? Ни за что. Нет, вначале, первые минут пять, я и правда остерегалась выглядывать наружу. А вскоре, увидела мирно пожимающих друг другу руки Илеза и Эхо, и решила, что опасности нет.
— Зачем ты вышла!? Я же сказал тебе ждать меня! — накинулся тут же темный, но я отмахнулась от него.
— Я тебе что, кукла? — огрызнулась я. — Вообще-то я свободный человек!
— Темнодарские девушки должны слушаться мужчин! — с нажимом сказал темный.
— Я не темнодарская девушка, Агкхов! Оставь свои собственнические замашки при себе!