Страница 3 из 8
— Они рубиновые? — выдохнула я, осторожно касаясь рукоятки одного из них.
Илез кивнул.
— Да. Им уже более десяти тысяч лет… Г оворят, что первый темный лорд когда-то приказал вырезать их из камня, который был наиболее драгоценным в империи.
— Они прекрасны! — сказала я, доставая один из них из сундука. — Что мне нужно с ними делать?
— Рубиновые мечи расставляются по замкнутой цепи в виде символа бесконечности. Их всего десять. Справишься?
Я кивнула.
— Это не сложно.
Илез улыбнулся.
— Тогда я пока займусь остальными делами.
Пока Илез со своим другом занимались в отдалении костром, я старательно расставляла мечи, как велел мне темный, пронзая рубиновыми лезвиями землю. Я поражалась их легкости и красоте и, естественно, не удержалась от того, чтобы рассмотреть поближе последний. Задержать подольше в своих руках это чудо нашего мира. И пока я изучала его взглядом, не замечала, как вдруг начинает разгораться алым пожаром его лезвие.
Очнулась лишь тогда, когда на мече проступили золотые буквы, словно кто — то влил в камень жидкий расплавленный металл.
— Илез! — крикнула я, в ужасе выронив меч из рук. Он оказался у самых моих ног, светился так, что слепило глаза — алым и золотым.
Темный оказался рядом очень быстро. Я все еще не могла привыкнуть к этой его способности двигаться подобным образом. Словно он был котом или рысью.
— Таня, что произошло? — парень заглянул мне в глаза встревоженным взглядом, но я лишь качнула головой и показала ему на меч, что горел у моих ног.
— Меч! Он словно ожил! — прошептала я. — Я ничего не делала, правда. Просто подержала его в руках, а он вдруг начал светиться и…
Темный ничего не сказал. Одним движением он поднял меч с земли, разглядывая его и вчитываясь в золоченые буквы. Жаль, что я не могла прочитать, что здесь написано! А вот Илез похоже, что мог.
— Что на нем написано? — затаив дыхание, спросила я.
Парень усмехнулся, протягивая мне оружие.
— Что отныне меч этот обрел истинного хозяина. Вернее, хозяйку. Здесь написано — Татьяна А. Не можешь объяснить мне, что значит это загадочное “А”, если у тебя другая фамилия, Плюшка?
Что значит загадочное А? Ха! Астарта! Фамилия моего предполагаемого отца! Но я знала, что распространяться об этом Илезу не стоит, а потому сделала как можно более невозмутимый вид.
— Понятия не имею. — заявила я, перенимая меч из рук у парня. — Может, это не я его хозяйка? Ведь я не Татьяна А!
Илез прищурил взгляд.
— Ты что-то не договариваешь. — он сделал шаг ко мне, оказываясь совсем близко и чуть склоняя голову.
Сердце отчаянно застучало. Как только у этого парня получается чувствовать меня? Знать мое настроение и мысли?
— С чего ты взял? — пытаюсь сохранить остатки самообладания. — Если сомневаешься во мне, зачем взял с собой?
Агкхов чуть искривил губы не то в улыбке, не то в насмешке.
— Ладно. Будем считать, что раз ты под моей защитой, то меч невольно причислил тебя к моей семье, Таня Агкхова.
Я дернулась, словно от пощечины.
— Что?! Никакая я не Агкхова, и никогда ей не буду! Ты спятил что ли?
Илез засмеялся.
— Вот видишь! Тогда кто ты, Таня? Раскрой свой секрет…
— Нет у меня никаких секретов! — обиженно крикнула я, втыкая все же свой и последний меч из десяти в землю. — Мечи готовы!
Илез сдержанно улыбнулся, окинув взглядом поляну с расставленными в виде символа бесконечности мечами.
— Что ж… Вернемся к разговору о твоей фамилии чуть позже… — протянул он. — Сейчас же пора начинать! Данияр! Где жертва?
— Жертва? — мой голос дрогнул, съехав на визгливые ноты.
У нас, в Светлограде о жертвах слышали только храмовники. Да и то там жертвой представлялись колосья пшеницы и специальные благовония, которые воскуривались в ходе различных безобидных ритуалов. Сейчас же я была просто уверена, что жертва, о которой говорил Агкхов, более, чем настоящая.
— Все готово, Илез. — сообщил подошедший темный. Я, заметив, что именно он держит в руках, едва подавила в себе крик ужаса. Потому что Данияр держал на вытянутой руке корзину с живыми извивающимися тонкими серыми змеями. Они переплетались своими телами в отвратительный клубок и шипели, раскрывая пасти с двумя острыми, словно иглы, зубами.
— Я, пожалуй, пойду… Посижу в коляске. — пискнула я и уже стала отползать к лошадям, но Илез удержал меня за локоть.
— Нет, Плюшка. Придется остаться. Если хочешь выжить в Темнодаре, привыкай к нашим традициям. Не все так прекрасно, каким иногда кажется, в этой жизни. — сказал парень, увлекая меня за собой.
Корзину Данияр поставил у мечей, что перекрещивались, образуя перехлест петли.
— Что вы будете с ними делать? И почему змеи? Мне казалось, что в жертвы выбирают чаще других животных. — сказала я, опасливо поглядывая на корзину.
— Бог Змеелюд покровительствует воинам. Его же священным камнем считается темнодарский рубин. Мы, в отличие от других народов, своих жертв не убиваем. Змеелюд любит, когда на празднике присутствуют его дети. Он обращает их, одаривая и благословляя.
— Не понимаю.
— Сейчас все сама увидишь! Пора начинать! — сказал Илез и потянул меня за руку в центр одной петли. Другую занял Данияр.
Я испуганно стала озираться по сторонам. Что значат эти небрежно брошенные слова о том, что Змеелюд обращает своих детей? В кого? Это же просто слова, ведь верно?
— Призываю Великого Воителя — Змея! — тем временем начал Илез, прижимая меня одной рукой к своей груди, в которой бешено колотилось сердце. — Приди, прими собранную нами жертву и благослови!
Я почувствовала, как от Агкхова стали исходить потоки темной магии. Они окружали нас, оплетая призрачной сетью. Воздух стал пахнуть электричеством, а над нами стали собираться тучи.
— Твой день сегодня! В твою честь были вырезаны Рубиновые Мечи! — продолжал парень.
— Мы собрали по одной гадюке на каждый меч! По одной дочери, готовой стать свободной хранительницей воинской славы и доблести!
Я завороженно смотрела, как из корзины медленно, одна за другой, извиваясь и приподнимая голову, стали выползать принесенные змеи. Каждая, словно по волшебству, подползала к одному из десяти мечей и замирала там, обвивая его лезвие. При этом глаза змей, неподвижные и страшные, наполнялись рубиновым цветом, разгораясь, словно пожар. Я испуганно жалась к Илезу, глядя на окруживших нас гадюк, и молясь о том, чтобы ни одна из них не решила на нас напасть.
— Змеелюд! Ты услышал наши молитвы! Обрати же детей своих, в знак того, что даруешь благословение нам, темным воинам, еще на один год! — продолжал Илез.
После этих слов поднялся ветер, зашатав кроны высоких деревьев, окружавших ту небольшую поляну, на которой мы остановились. Я увидела, как от гадюк отделились высокие человекоподобные тени. Они сбивались вместе, закружились в хороводе, взявшись за руки.
— Что это?! — шепнула я Илезу.
Тот улыбнулся.
— Змеелюд принял жертву, даровал иную жизнь своим детям. Эти тени — воины, хранительницы десяти мечей. Закончив свои танцы, они войдут в рубиновые лезвия.
Так и случилось. Как только тени прекратили танцевать, они вновь разлетелись каждая к своей змее и мечу. Яркая вспышка ослепила на мгновение глаза. Я заметила, как тени стали втягиваться в лезвия. Как только последняя вошла в свой меч, гадюки расползлись с поляны прочь, а Илез, опустившись на колени, низко поклонился. Тоже сделал и Данияр. Я же растерялась, не зная, склонять ли голову под чуждым мне богом.
— Это тебе решать… Благодарить ли бога, даровавшего тебе один из рубиновых мечей, Таня. — сказал, чуть улыбаясь, Илез, как только поднялся с колен.
Его слова подстегнули меня, заставив наоборот заупрямиться.
— Я не просила никаких подарков! — сказала я. — И поклоняться чужим богам не стану!
Илез нахмурился. Ему не понравились мои слова, однако, он ничего не сказал и, лишь дернув плечом, стал вынимать расставленные мечи.