Страница 7 из 11
– Вы хотите сказать, что и сам Павлов был тот еще ходок? – удивилась я.
Далеко не все неверные мужья испытывают чувство вины перед женами из-за своих измен.
– Не совсем, хотя и это тоже. – Белорецкий задумчиво посмотрел на меня, затем произнес, словно на что-то решился: – Ну хорошо. Слушайте.
И он поведал мне трагическую повесть, из которой я узнала, при каких обстоятельствах произошло знакомство Павлова с будущей женой Мариной.
В те самые лихие девяностые Андрей, тогда еще молодой научный сотрудник, выпускник Тарасовского университета, начал зарабатывать перегоном подержанных автомобилей из Европы.
Автомобили были его страстью, казалось, он может сутки напролет проводить за рулем «Фольксвагена», «Шкоды» или «БМВ». И как оказалось, эта страсть приносила неплохой доход, чего не скажешь о научной деятельности.
Андрей довольно быстро смог осилить покупку однушки на вторичном рынке. Первое жилье, приобретенное на собственные деньги.
Покупка квартиры решила жилищные проблемы – он уже был женат на своей бывшей однокурснице, и молодая семья ютилась в малосемейном общежитии, успев вкусить все прелести нелегкого быта.
В одиночку колесить через границу было небезопасно, и автомобили они перегоняли в паре – вместе с ним работал его давнишний приятель и однокурсник Кирилл Анненков, ставший впоследствии основным партнером по бизнесу.
Однако вскоре парням недвусмысленно дали понять, что автобизнес в постперестроечной России отнюдь не для одиночек.
После очередного перегона «Вольво» ребята едва остались живы. Машину, естественно, «отжали» бандиты, а начинающие предприниматели еще долго приходили в себя после пережитого нападения.
Именно тогда Андрей и Кирилл приняли решение примкнуть к группировке Виктора Ковтунова, отца Марины, тогда еще школьницы.
Виктор Семенович одним из первых занял в Тарасове эту экономическую нишу и был готов обеспечить ребятам защиту и свое покровительство.
Надо сказать, условия оказались вполне приемлемыми, Виктор Ковтунов не драл с ребят три шкуры за свои услуги, напротив, всегда рад был оказать необходимую помощь или поделиться опытом, если возникали какие-то сложности.
Виктор Семенович был старше ребят почти на двадцать лет, и постепенно они стали воспринимать его как названого отца. Андрей набирался опыта, сколачивал собственный капитал и постепенно создал собственную небольшую фирму, вновь уйдя в самостоятельный бизнес, но теперь уже на другом уровне. У Павлова появился свой небольшой штат сотрудников, и у него уже не было необходимости самому гонять через границу. С женой он к тому времени уже развелся, детей в первом браке у Павлова не было. Хоть он и откололся от Виктора Семеновича, но дружески общаться, а заодно и помогать друг другу бывшие партнеры не перестали.
Так прошло несколько лет. Однако хоть автобизнес и начал принимать более цивилизованные формы, дикие нравы из него полностью не исчезли.
Случилось так, что Виктор Ковтунов допустил роковой просчет, заняв под развитие своего бизнеса денег «не у тех людей». Грянул кризис, Виктор Семенович не смог получить ожидаемой выручки от продаж, чтобы рассчитаться с долгами, и бандиты начали на него охоту. И вот однажды во время очередных переговоров о возможной отсрочке долга прогремел роковой выстрел…
Виктор Ковтунов был убит, бандиты обманули предпринимателя, подстроив ему ловушку вместо переговоров, на которых якобы собирались пойти на уступки.
Их целью было, конечно же, прибрать к рукам бизнес Ковтунова, но у Виктора осталась дочь Марина, единственная наследница, которой к тому времени было уже двадцать лет.
Девушка понимала, что ей грозит опасность, скорее всего – неминуемая смерть, и она в ужасе примчалась к Андрею Павлову. Хотя в последний раз Марина видела Павлова еще будучи школьницей, она знала о нем по рассказам отца. Виктор Ковтунов неизменно отзывался об Андрее Анатольевиче как об успешном предпринимателе и в высшей степени порядочном человеке. Порой он намекал дочери, чтобы в случае несчастья она непременно связалась с Павловым, он поможет. И вот несчастье случилось…
Марина поступила в точном соответствии с рекомендациями отца и обратилась к Павлову. И тот действительно помог, предоставив девушке убежище в своем загородном доме и защиту. А там и вопрос с бандитами был окончательно решен. Кто-то из них разделил участь их жертв, остальные надолго попали за решетку.
Андрея поразила красота Марины, которую он помнил нескладной угловатой девчушкой. Это и была та самая любовь с первого взгляда, но лишь со стороны самого Андрея Анатольевича. Марина, хотя и приняла предложение о замужестве, взаимностью на чувство Андрея не ответила. Павлов прекрасно об этом знал, но все же не смог отказаться от Марины. Сама же молодая жена ни капельки не любила своего мужа, порой Андрею казалось, что она его даже побаивается. Павлов даже предположил, что Марина считает его самого одним из виновников гибели ее отца. Это, разумеется, никоим образом не соответствовало действительности. Однако вслух Марина подобных предположений не высказывала…
– Так Павлов именно из-за этих невысказанных предположений считал себя виноватым перед женой? – прервала я рассказ Белорецкого. – А вовсе не из-за его частых измен?
– А вы знакомы с неким Константином Калачевым? – огорошил меня вместо ответа Белорецкий.
– Нет, – удивленно ответила я. – Но, если не ошибаюсь, этот самый Константин Калачев упомянут в завещании?
– Не ошибаетесь. – Адвокат быстро взглянул на меня. – Калачев уже десять лет кряду является, вернее, теперь уже являлся, бессменным водителем и помощником Андрея Павлова. А знаете, что заставило Андрея, страстного автомобилиста, раз и навсегда отказаться от самостоятельных поездок за рулем?
Я покачала головой:
– Нет, мне об этом ничего не известно.
Адвокат снял очки и некоторое время внимательно их разглядывал, словно надеялся обнаружить в этом оптическом приборе какой-нибудь изъян и немедленно предъявить претензии фирме-изготовителю. Видимо, очки оказались в полном порядке, поскольку Белорецкий вновь водрузил их на переносицу и устремил на меня свой обычный проницательный взгляд.
– Десять лет назад Андрей и Марина возвращались из гостей из соседней области. Они летели по трассе, и Павлов, видимо, переоценил свои водительские способности… М-да…
Борис Львович ненадолго замолчал, сдвинув брови.
– Они влетели в фуру. Андрей в последний момент успел снизить скорость и слегка изменить траекторию, что и спасло им обоим жизнь. Андрей отделался несколькими переломами и легким сотрясением, Марине повезло гораздо меньше. Она была беременна, и ребенка спасти не удалось. Несколько дней Марина находилась в коме, а когда пришла в себя, узнала, что никогда больше не сможет иметь детей.
За столиком воцарилось молчание.
Я припоминала подробности, которые Настя Павлова сообщила мне о своей матери. Благодаря рассказу моей юной клиентки у меня сложилось впечатление, что Марина Павлова не из тех женщин, которые способны всю жизнь страдать из-за того, что не смогут испытать счастье материнства. Павлова вообще не производила впечатления страдалицы, хотя я и не была с ней лично знакома. Скорее уж наоборот. А вот то, что Андрей Павлов был способен создать вокруг своей жены ореол мученицы, я вполне допускала.
– С тех пор Андрей винил себя в том, что Марина сильно пострадала и потеряла их будущего ребенка, – произнес Борис Львович, подтвердив тем самым мое предположение. – На него самого эта авария также очень сильно повлияла, и он принял решение больше никогда не садиться за руль. Главным образом все же из-за того, что боялся подвергать опасности жену и дочь. Он часто говорил, как ему повезло, что в тот раз они не взяли с собой Настю.
Вот оно что. Этим объяснялась и щедрость по отношению к упомянутому водителю, Константину Калачеву.
– А кто такая Лада Мещерская? – поинтересовалась я.
Имя мне ни о чем не говорило, удивлял лишь сам факт, что женщине, помимо единовременной крупной суммы, полагалось еще и ежемесячное содержание.