Страница 13 из 53
Очнулся Родион сидя на вытоптанной траве у самых ворот, распахнутых настежь. Левой рукой он опирался на плетень, правой сжимал красный от крови меч. Никаких готов вокруг больше не было – вместо звона клинков и яростных криков по всему селению раздавались лишь стенания да бабий вой, протяжный и жуткий.
Уцелевшие Доброгастовы парни расхаживали по двору, деловито собирая трупы. Своих складывали отдельно, врагов – отдельно. С готов при этом стаскивали кольчуги и кожаные панцири с блестящими металлическими деталями. Не гнушались и поясами, и обувью – все это кидали в кучу.
Господи! Что же тут такое было-то?
Родион покрутил головою, окончательно приходя в себя. Над дальним лесом вставало солнце – красное, словно напитавшееся кровью; от кузницы, амбаров и хат тянулись длинные тени.
Боже! Радонега! Неужели…
– Ты славно бился, брат! – К нему подбежал Истр, поклонился.
Слава богу, парнишка выглядел здоровым, лишь левая рука ниже локтя была обмотана кровавой тряпицей.
– Задели все-таки?
– Так, чуть-чуть. – Подросток пожал плечами и рассмеялся.
Веселится, ишь ты! У них тут что, каждый день такое?
– Если бы не ты, Рад, меня бы точно живота лишили!
«Убили бы» – понял Родион. Он вообще на удивление хорошо понимал местный диалект, будто внутри сидел переводчик.
– Слышь, Истр… – начал Родион, но запнулся и поморщился: опять вдруг замутило. – Можешь мне объяснить: что тут такое случилось-то? Кто эти отморозки, откуда взялись?
– Это готы! – усевшись рядом, хмуро пояснил Истр. – Ты что, не узнал их клич?
– Ах, да… Они что же, живут с вами рядом? Община у них целая?
– Не сказать чтобы рядом, скорее далеко. Но, вот… пришли.
– Надо срочно сообщить в полицию! – Родион встрепенулся и в волнении схватил приятеля за плечо. – Понимаешь, у меня даже в голове не укладывается – как такое могло случиться? Совершенно открытый беспредел! Бандитский налет! У вас так часто бывает?
– Нет, – подросток покачал головой. – Не часто. Очень редко. Последними гунны приходили, но я помню плохо – мал еще был.
«Бо детеск», он сказал…
– Такое нельзя оставлять безнаказанным! – сплюнув, твердо заявил Радик. – Ни в коем случае!
– Верно говоришь! – Истр одобрительно хмыкнул. – Мы и не оставим. Вон, посмотри, Доброгаст идет, довольный такой. Еще бы! Боги на этот раз были милостивы – мы отбились и не так уж много людей потеряли.
– Они тоже потеряли немного, – Доброгаст улыбнулся, показав крепкие желтые зубы, и пригладил волосы. – Ты славно бился, Рад, гость наш! Меч пел в твоих руках, словно птица!
– Не понравилась мне эта музыка, – невесело отозвался юноша. – В полицию пойдете заявлять?
– Пойдем… – староста на секунду задумался. – Пойдем, глянем. Осмотрим врагов. Сегодня же похороним всех с честью!
– Похороним? А как же следствие, экспертиза? Их надо всех в морг отвезти, и поскорей сообщить хотя бы участковому. Ну, вы, думаю, уже это сделали.
– Мы сделаем все, что нужно! Вставай же, гость и славный воин. Идем посмотрим.
Убитые налетчики уже были освобождены от доспехов и шлемов, а кое-кто – и от рубах. В целом насчитали девять человек, все как один молодые парни. Этому, что с краю лежит, больше пятнадцати не дашь – ему бы книжки читать, на лето заданные, а не… Господи… И все равно жалко! И Радонегу жалко… и даже этого готского паренька с пробитой грудью, бурой от запекшейся крови.
– Ну? – Доброгаст взглянул на молодых спутников. – Что скажете, парни?
– Мы славно бились!
– Это понятно, – староста слегка поморщился. – Но я сейчас не о том.
– Здесь только молодежь, нет ни одного по-настоящему взрослого человека… – тихо промолвил гость. – И во время сражения я ни одного зрелого не заметил.
– Верно, Рад! – Старик кивнул. – У тебя острый глаз. Учись, Истр. Все так – одни молодые парни, думаю, еще не женатые. А что это значит?
– Я понял! Понял! – неожиданно взвился Истр. – Готы… они… они сделали, как в старину – собрали дружину! Но гунны вряд ли стерпят!
– Может, и не стерпят, – согласился Доброгаст. – А может…
– А что если и нам возродить дружину? – Подросток распахнул глаза, обмирая от собственной дерзости. – Как было в старые добрые времена, при воеводе Радомире! А что? Гунны сейчас далеко, тем более мы платим им дань.
– Как и готы.
– Ну, вот! Им же позволили…
– Откуда ты знаешь, что позволили? Готы коварны и хитры.
– Никогда не думал, что они так близко.
– Вряд ли так уж близко. Но вот эти пришли, – Доброгаст с усмешкой кивнул на убитых. – И нашли здесь то, за чем явились.
– Так и нам нужно собрать дружину! И еще выстроить укрепления, настоящий град, как у ромеев! Я про них слышал от Василия.
– Ты еще молод, Истр. – Староста вновь покачал головой. – Еще очень и очень молод. Наши предки никогда не строили укреплений – было незачем, но сейчас, как видно, настала пора, в этом ты прав, сын мой. А вот дружина… Три, четыре дюжины молодых мужчин станут воинами и будут заниматься только войной – мы не сумеем их прокормить! А богатых соседей, чтобы жить за счет добычи, у нас нет. Ты сам видишь, на счету каждая пара рук, особенно сейчас, когда впереди уборка урожая. Да, были прежде дружины, но в те времена были возможности их содержать – многолюдные селенья, ремесло, торговля с Римом… Давным-давно, еще до прихода гуннов. Они все разорили, словно смерч пронесся. Даже горшки с тех пор вручную лепим, только для себя, а ведь наши предки торговали посудой! Вот укрепления, думаю, к зиме выстроим – выроем ров, поднимем вал. А дружина…
– Но ты мог бы хоть немного научить молодых владеть мечом! – взмолился Истр. – Ты же умеешь!
– Умею, – Доброгаст усмехнулся в усы и кивнул на Родиона. – Наш гость тоже умеет. И очень неплохо! Если сможете уговорить, пусть он вас поучит.
– Ага, меня бы кто поучил! – с ходу отмахнулся юноша.
Сказал и тут же осекся, вспомнив вдруг, как уверенно держал в руке клинок – и как тот жаждал крови, будто живой, как рвались сухожилия врагов, трещали кости…
И неужели он, Родион, всему этому радовался еще совсем недавно? Точно, радовался, чего уж перед самим-то собой притворяться?
Идиот… А эти двое сумасшедших – старый да малый? Рвы копать собрались, дружину заводить. Какие, на хрен, рвы, когда тут такое? Сейчас вот-вот ОМОН явится, следователи приедут, показания брать будут… А эти дебилы еще тризну какую-то справлять собираются. Сумасшедший дом тут, а не музей этнографический. Свихнулись они тут все, помешались на древности.
– Вы тут снова про похороны говорили, или мне послышалось?
– Тебе не послышалось, о доблестный гость наш! – пафосно изрек Доброгаст. – Да, мы устроим сегодня тризну, достойно похороним павших.
– С ума тут все посходили, что ли! – не выдержал наконец Родион. – У них убийства массовые, а они шоу устраивать собираются, пляски на костях!
– Да, плясать будем! Не сомневайся, в последний путь мертвых проводим как полагается! Во славу богов.
На все у них один ответ – во славу богов! Как с ними разговаривать? Психи ненормальные, давно уже можно было догадаться. Где их набрали столько? Но тогда другой вопрос возникает: кто им музей доверил? Да и кто были те отморозки, пресловутые «готы»? Конкурирующий дурдом? Господи… Скорей бы полиция, следствие… Хоть что-то бы прояснилось. Хоть бы один нормальный человек появился! А до тех пор…
Родион посмотрел в небо, где желто-белым шаром сияло жаркое солнце.
– Знаете что? Пойду-ка я прогуляюсь. До своих дойду, здесь недалеко. А если полиция спрашивать будет, скажете, на турслете я, в лагере. Миронов Родион Даниилович. Ну, все, пошел…
Никто его не удерживал, все были заняты делом: девушки подметали двор, мужики чинили плетень и ворота, да и от всех прочих дел по хозяйству никто никого не освобождал.
В целом музейная деревня от налета не пострадала, лишь на соседнем дворе дымились крыши, и то начавшийся пожар уже тушили, заливая пламя огромными бадьями воды из колодца. Интересно, у соседей тоже трупы валяются? Но хозяевам все равно, потому что они такие же сумасшедшие? И у всей деревни тот же диагноз? Ладно, сейчас полиция приедет – разберется. Умышленное убийство бы только не повесили, хотя не должны – тут ведь необходимая самооборона выходит.